Продолжение. Начало цикла вот тут
После двух предыдущих своих фильмов на этнографическую тему о жизни в Грузии и США в середине-конце XIX века — «Не горюй!» и «Совсем пропащий», Георгию Николаевичу в Госкино предложили сценарий дипломника заочного отделения сценарного факультета ВГИКа, маляра-штукатура из Воркуты Александра Бородянского «Про Борщова, слесаря-сантехника ЖЭКа № 2».
Бородянский потом напишет массу сценариев, по которым будут сняты «Мы из джаза», «Душа», «Инспектор ГАИ», «Дамы приглашают кавалеров», «Зимний вечер в Гаграх», «Город Зеро» и много других популярных фильмов. В 80-е годы Бородянский среди сценаристов советского кино, получается, был номер один. Да и потом — в девяностые-нулевые-десятые — не потерялся, был в первых рядах отечественных сценаристов. Всего им написано более 80 экранизированных сценариев.
Но сценарий про слесаря-сантехника четвертого разряда был первым у Бородянского. В первоначальной задумке сценария главный герой, по профессии маляр, должен был быть таким обаятельным выпивохой-разгильдяем, прожигающим свою жизнь. Примером для вдохновения Бородянского служил Кузьма Иорданов в исполнении Юрия Никулина из «Когда деревья были большими». Хороший человек, но какой-то слабохарактерный. Завел свою жизнь в тупик, где выпивка, мелкое жульничество, ни кола ни двора, ни семьи.
И вот в этого разгильдяя Борщова влюбляется хорошая, чистая, добрая девушка. А разгильдяй её не любит. Поматросил и бросил. А девушка и повесилась.
Вот такой сценарий Бородянский написал в качестве диплома во ВГИКе. Но его творческие руководители отговорили от того, чтобы девушка кончала жизнь самоубийством. В итоге девушка остаётся в живых, и вроде бы как сам главный герой должен был покончить свою никчёмную жизнь самоубийством. Но и от этого Бородянского отговорили.
И вот такой сценарий про такого сантехника Афанасия Бочкова — пьяницу, разгильдяя, рвача, но симпатичного и где-то даже с юмором, Бородянский отправил на всесоюзный конкурс, объявленный Госкино СССР, о рабочем классе. И ведь что характерно, этот сценарий взял одну из премий.
И этот премиальный сценарий о рваче-сантехнике, в Госкино предложили экранизировать Георгию Данелия. Чтобы было понятно, что такое в 70-е годы слесарь-сантехник из ЖЭКа. Несколько т.н. «рабочих» профессий из т.н. «сферы обслуживания» были жутко "престижны" в СССР, стране всеобщего дефицита: продавец магазина, официант в ресторане, таксист и слесарь-сантехник.
Эти люди всегда могли подколымить и иметь лишний "нетрудовой доход" в виде наличных дензнаков от продажи товара из подсобок или со складов по завышенной цене, чаевых и обсчётов у официантов и таксистов, или оказания помощи в установке качественной сантехники ( это сейчас этой сантехники завались), а тогда её можно было купить или с заднего хода магазина или на базе через знакомых только, а это ведь квалифицировалось как нарушение правил советской торговли и можно было получить срок. Хоть и небольшой, но неприятно таки.
В общем, на конкурсе о советском рабочем классе одним из победителей стал сценарий о сантехнике в самой что ни на есть обличительной — пьянство, блат и рвачество — коннотации. Однозначно, Афанасий Борщов — это не «передовой советский рабочий», не «хозяин страны» и не пример для подражания.
Если повнимательнее к нему присмотреться, то он ведь уже законченный гад, правда, гад не злобный, а маскирующийся под шутника и балагура. Сделает невинные глазки, включит дурачка перед начальством и общественностью — и снова прокатило ему за всё его пьянство, рвачество, мелкие хулиганства, аморальный образ жизни.
Кто такой Афанасий Борщов? Деревенский парень. Родился году в 42-м, 43-м. Мать умерла, когда ему был год, отец погиб на фронте, воспитывала тётка, души в нём не чаявшая, звавшая его «Конёк-горбунок». То есть весёлый и шустрый был пацанчик. Потом после семилетки учился в городе, в «ремеслухе» на слесаря. Пел в хоре. Играл здорово в волейбол. Потом три года армии. После армии простой деревенский Афоня остался в городе, работает слесарем-сантехником в ЖЭКе. Кругозора ноль, но, что называется, понтов немерено. Живёт в убитой служебной квартире. Ни радио, ни телевизора, ободранные обои, банка из-под кильки с окурками, куча пустых бутылок. Настоящий бичевник.
С утра, что называется, «выпил — весь день свободный». А вечерком можно и на танцы, там какую-нибудь чувиху с «высоким образованием и широким интеллектом» подцепить для приятного ночного времяпрепровождения в своём бичевнике.
А утром опять — «с утра выпил — весь день свободный», подколымил трёшку-пятёрку у жильцов на обсуживаемой территории с заменой «японских» прокладок для смесителей, а вечером или на танцы, или в кафе «Ассоль». Вполне нормальная жизнь советского сантехника, который вольный как казак.
И как в такого охламона могла влюбиться самый настоящий «светлый луч в тёмном царстве» — чистая, непорочная, преданная и настойчивая, хоть вообще-то простоватая и малость провинциальная, медсестра Катя Снегирева? Нравится он ей давно, ещё когда она ребенком была, а Афоня здорово играл в волейбол, бил с правой "пушкой", за команду "ремеслухи", в которой учился и брат Кати.
Афанасий Катю по пьянке поматросит и бросит, из-за чего в сценарии Бородянский даже хотел Катю самоубить через повешение.
В общем, картина мрачная и ясная. Никаким «передовым советским рабочим» тут и не пахнет. Сплошная депрессия, жизненный тупик простого деревенского парня, который никак не прижился в этом городе, где народу много, а поговорить не с кем. Разве что выпить с грузчиком Федулом.
И всё зависело от того, кто будет исполнять главную роль Афанасия Борщова. Будет ли это трагедия, драма, мелодрама, трагикомедия или легкая сатира с обличением «родимых пятен капитализма» в виде рвачества, пьянства, отсутствия активной общественной позиции и формальной воспитательной работы со стороны родного рабочего коллектива.
Как пишут сами Данелия и Бородянский, на роль Афони в первую очередь рассматривались Владимир Высоцкий, Николай Караченцов, даже такой экзотичный персонаж, как поляк Даниэль Ольбрыхский. Высоцкий предполагался в связи с тем, что Данелия хотел, чтобы Афоня под гитарку пел какие-нибудь грустные или веселые песенки. С песенками Афоне как-то сподручнее медсестру Катю Снегиреву было бы соблазнить на секс. Ну, совсем как в «Единственной» Иосифа Хейфица, где Высоцкий играл траченного молью, потертого и ободранного руководителя музыкального самодеятельного хора. Да и Ольбрыхский порядочно так мог исполнить под гитару песенки Булата Окуджавы, типа «Не верьте пехоте», с душой и драматично.
Но опять же задача у Данелии была, чтобы у зрителя, как минимум, не появилось такой, личной неприязни к Афоне. Ну пьёт, ну гуляет. А кто не пьёт и не гуляет? В этом плане Афоня был очень даже близок Георгию Николаевичу, который и сам выпить, а там и загулять на несколько дней из дома, никак не любил. То есть Афоня при всех его гадских качествах должен был, как минимум, вызывать у зрителя снисходительную симпатию.
А какие снисходительные симпатии могли вызвать эти «волки в овечьей шкуре» Высоцкий и Ольбрыхский? «Да, попала девка», — только и сказали бы зрители в адрес медсестры Кати. «Да этому гаду давно морду, наверное, не били», — это уже в адрес уже Афони в исполнении Высоцкого или Ольбрыхского.
В общем, Афоню сыграл Леонид Куравлёв. Типаж такого активного деревенского разгильдяя и балабола ему был близок — «Такой парень» Пашка Колокольников и «Ваш сын и брат» Степан Воеводин. Правда, было это почти десять лет назад, а после этих своих шедевров у Леонида Вячеславовича в основном были только комические персонажи вроде жулика Жоржа Милославского. Но вот Данелия почему-то решил, что скрестим Пашку Колокольникова с Жоржем Милославским — и этот милый прохиндей вполне завуалирует всю гадскую сущность сантехника Афони Борщова.
В итоге, по нашему мнению, первоначальный жутко депрессивный и обличительный материал сценария вошёл в противоречие с созданным Куравлёвым образом весёлого и наглого прохиндея. Ну какой зритель осудит этот симбиоз Пашки Колокольникова с Жоржем Милославским? Да только посмеётся его проделкам. А кто не пьёт! Ну и всё остальное тоже.
Никакого хэппи-энда в виде возникающей в финальном кадре на сельском аэродроме Пошехонье перед мутным взором Афони медсестры Кати Снегирёвой с её коронной фразой: «Афанасий, мне кто-то позвонил, я подумала, что это вы», — быть не могло. Никакой Кати вообще.
Единственное, что ждало героя в первоначальном сценарии, — одиночество и моральное поражение. Он должен был вернуться в город и, проходя мимо кинотеатра, увидеть весёлых людей и пёструю афишу, которые бы создали контраст с его разбитой "профуканной" жизнью.
Да и не монтируется, если честно сказать, этот «луч света в тёмном царстве» Катя Снегирёва,
В исполнении молоденькой, свеженькой, кровь с молоком, студентки, комсомолки (она была секретарём комитета комсомола у себя в Щуке), с отличницей проблема (чуть не вылетела за профнепригодность ещё на первом курсе), но всё-таки красавицы Жени Симоновой, с потёртым и потасканным жизнью Афанасием.
Если Симонова абсолютно точно попала в типаж своей героини и по внешности, и по возрасту, и по внутреннему содержанию примерной девочки и отличницы, то вот почти сорокалетний, видавший виды и в паричке, маскирующем лысину, Куравлёв, играет текст из какой-то другой пьесы. Особенно зрителей убила сцена, когда пьяный сантехник затаскивает в постель недавнюю школьную отличницу с примерным поведением. Зрители писали Данелии.
Товарищ режиссер, а вы сами когда-нибудь спали с пьяным сантехником?
На что Данелии пришлось ответить, что не спал - ни с пьяным, ни с трезвым сантехником.
Да и самого Куравлёва еле-еле пришлось уговорить, чтобы он лёг в постель с на восемнадцать лет его младше Женей Симоновой и что-то там любовное изображать — пальчики её нежно целовать, по щёчке гладить. Правда, лежал под одеялом в майке и джинсах.
Почему же такое противоречие между исходным материалом и окончательным результатом? Ведь в сценарии эта самая Катя, которой пьяный сантехник попользовался и бросил, вообще хотела повеситься. И ни в какую деревню Афоня в сценарии не ездил, это противоречило бы логике его характера — эгоиста, хама, алкаша, который уже 14 лет как не давал о себе весточки воспитавшей его тетке. Какая деревня, когда он с горя, что его за все его выкрутасы по работе и в быту был переведен в подсобники, однозначно ушёл бы в запой вместе с Федулом.
А просто Данелия полностью переделал сценарий. «Чего снимать кино в такой мрачной тональности, жизнь и так тяжелая. Тональность будет — радуйся».
Вот и добавил Данелия в самом начале фильма комические эпизоды. Как Афоня останавливает такси, чтобы прикурить у таксиста, симулирует травму ноги, чтобы сесть в переднюю дверь автобуса и т. п. Настраивает зрителя на комедийный лад. Правда, никак не спрячешь наглое мурло алкаша и хама Афони совсем уж. Вот он какой настоящий, когда заставляет маляра Колю, у которого аллергия, пить пиво с водкой. Вот тут Афоня настоящий.
А ещё он настоящий, когда танцует в кабаке под частушки «Милый, чо!» Это после того, как он узнал, что красотка Елена из квартиры № 139, к которой он питает, в отличие от Кати, симпатию,
замужем за довольно импозантным представителем советской буржуазии, таким хозяином жизни, для которых он, сантехник А. Н. Борщов, просто обслуживающий персонал,"добрый волшебник" и "крокодил Гена".
Вот этот пьяный отчаянный танец Афанасия, чья «любовная лодка» и мечты о шестерых детишках по лавкам от красавицы Елены разбились о суровую правду жизни. Ты, Афоня, для этих городских красивых, сытых, упитанных и наглых только лишь «крокодил Гена» из деревни, который в синем вертолёте привезет им забесплатно дефицитную финскую мойку. «Грань между городом и деревней», может, когда-нибудь и сотрётся в светлом коммунистическом будущем, но пока до этого далеко.
И тут же в ресторане вместе с Афанасием гуляет и его верный собутыльник, грузчик из гастронома напротив, Федулов, по прозвищу Федул. Играет его украинский актёр Борислав Брондуков. До этого на его счету были очень небольшие роли второго плана, но вот после роли алкаша Федула он приобрёл всесоюзную славу. После него таким же подвигом прославился только Владимир Толоконников, вмиг ставший кинозвездой после роли Шарикова в фильме Бортко.
Что самое первое придёт на память из фильма «Афоня»? Конечно же, бессмертное федуловское: «Родственник, рупь гони. Мне Афоня рупь должен. А лучше два!» Полное попадание в типаж и характер героя, в отличие от нашего «конька-горбунка». Фильм вообще забудут, а Федула будут помнить всегда.
Вот только какой-то тут Брондуков чистенький и выглаженный. Не до конца реализм соблюден. И брюки мятые должны быть, и свитер затасканный и грязный, и физиономия должна быть небритой, мятой и серой после хронического непрекращающегося пьянства. Понятно, что Данелия и алкаша Федула любит. Если алкаш Афоня хороший, то его постоянный партнер в этом деле тоже должен вызывать симпатию. Хотя в фильме и говорят, что Федул такой же гад, как и Афоня. Пьёт беспробудно, жену, детей постоянно по пьянке гоняет и бьёт.
А есть ли, кроме медсестры Кати, в фильме ещё какой-нибудь «светлый луч в темном царстве»? Вот кто такой Коля-маляр в исполнении Евгения Леонова? Вот он какой красавчик. Всё отнекивался перед Афоней, которого первый раз в жизни увидел в кафешке: «Я не пью. У меня, типа, аллергия на спиртное». Но ведь назюкался, что ни своих, ни чужих не помнит. Сразу скажем, что «аллергия» не у Коли, а у его жены Клавдии на Колины пьянки.
Вроде бы Коля и хороший такой добрячок-толстячок, особенно если его играет Леонов. Да нет, этот такой же мещанин и обыватель, как и Афоня. Только тихий такой, флегматичный. В отличие от сангвиника Афанасия. Да к тому же и и женин подкаблучник.
Выгнала его жена Клавдия за пьянку из дома. А он сразу к Афоне с чемоданом и раскладушкой пришёл. Афоня его знать не знает, один раз то и видел, и к тому же и не помнит — сколько вчера выпили-то. А Коля тихой сапой к Афанасию внедрился и прижился. И так бы и жил, рассказывая про международное положение, про то, как его Клавдия по турпоездкам везде ездит и ему то галстук с рисунком горы Ахун, то кожаную шляпу из Риги привезет. И надо сказать ради справедливости, Коля этот бичевник Афонин привёл в культурный вид.
И ведь чувствуется, что Леонов с прохладцей, без энтузиазма относится к своему герою. Что и попытался доказать Данелии.
Штукатура Колю сыграл Евгений Леонов. В противовес разгильдяю Афоне
Коля считался у нас фигурой положительной: он аккуратный, здраво
рассуждает, интересуется международной политикой и мечтает о всеобщей
коммуникабельности.
А Леонов своего героя не уважал, говорил, что Коля эгоист еще хуже, чем
Афоня. И все время ворчал, что этот штукатур у него получается плоский,
как блин. И только когда сняли сцену «уход Коли домой», он успокоился. В
этой сцене Коля, который помирился с женой, уходя от Афони, оставляет
ему листок со своим телефоном. На репетиции Леонов вынул из кармана
бумажку с телефоном, и из нее на стол случайно выпало несколько монет.
Он убрал монетки и записку в карман и сказал:
— Смотри.
Он снова достал бумажку из кармана, из нее снова высыпались монетки. Он снова аккуратно их собрал и положил в карман.
— Понял? — спросил он меня.
— Что?
— Какой говнюк твой штукатур! Две недели прожил у человека, пил, ел, а самому жалко три гроша оставить!
Женя всегда искал в своих героях отрицательные черты — считал, что так образ объемнее.
Ещё там есть Тамара, сожительница Афони. Может, она ещё один положительный персонаж в этом «тёмном царстве»? Нет! Играет её Нина Русланова. Самая её знаменитая кинороль до этого была красная комиссарша Мария Воронова из культового многосерийного художественного фильма «Тени исчезают в полдень», которую кулаки зверски убили. И ведь сразу и не узнать бывшую комиссаршу в этой крашенной хабалке то ли в мини-платье, то ли в макси-майке. От деревенской комиссарши ничего не осталось. Полное перевоплощение. Такой типаж заведующей мясным отделом гастронома или завскладом на продуктовой базе. Просто шикарно и всеми узнаваемо.
Чем ещё сразу же запомнился «Афоня» тогдашнему зрителю? А в фильме в эпизоде танцев в ДК прозвучали впервые официально на всю страну композиции «Машины времени» и «Аракса».
Танцы договорились снимать ночью, в зале клуба имени Крупской в
Текстильщиках. Я попросил, чтобы были современные музыканты. Привели
группу, главный — курчавый лохматый парень. Худющий. Одеты небрежно,
держатся независимо. Спросили, сколько заплатим, и сказали, что сыграют.
Показались мне ненадежными, потому что в мое время лабухи выглядели
совершенно по-другому, красиво: длинные волосы густо набриолинены и
ровно зачесаны назад, пиджак в клетку до колен, яркий галстук, чаще
всего с павлином. Темные брюки дудочкой, белые носки и туфли на толстом
каучуке, на безымянном пальце — перстень. А эти! Какие-то не такие. В
мятых дырявых джинсах, в майках, небритые и волосы во все стороны. Я
сказал, что эта компания не вызывает у меня доверия и я не уверен, что
они придут.
— Вы же сами просили современных. Эти и есть самые современные, — возразили помощники.
— Приведите еще кого-нибудь для страховки, — сказал я.
Они привели еще, точно таких же волосатиков.
Вечером я не мог проехать к клубу — столько было кругом народа. Толпы молодых девушек и парней, которые рвутся в клуб и их еле сдерживает милиция. А мы-то боялись, что ночью будет трудно наполнить зал массовкой, потому что мало кто согласится за три рубля всю ночь не спать.
Оказалось, что мы пригласили сниматься самые популярные и самые запрещенные в те времена группы. Первая группа была «Машина времени» Макаревича, а вторая — «Аракс» Шахназарова.
На наш взгляд, не справился Георгий Николаевич с материалом в этом фильме. А всё потому, что не сам его писал. Да ещё и Виктория Самойловна не принимала в этом участия. Захотел он мрачный, депрессивный сценарий о хаме, алкоголике и не очень-то хорошем человеке, который всю свою жизнь спускает в унитаз, а всё потому, что жить-то по-другому в силу своей малообразованности и бескультурья не может, переделать в комедию под лозунгом - «В жизни и так мрачного хватает. Будем снимать весело и радостно».
А материал-то и не поддался. Материал был совсем про другое. И вот так легко и просто сделать из хама и быдла Борщова легкого и непринужденного «Жоржа Милославского» не получилось. В итоге пришлось Данелии придумывать финал в виде возвращения Афони в родную деревню, где он, узнав о смерти год назад единственного в мире человека, который его любил, родной тётки, вдруг осознаёт, что не так живёт, что никакой он уже не «конёк-горбунок», а спивающийся алкаш Афоня. И как надежда на будущее, в качестве «хэппи-энда» вновь появляется добрая фея Катя Снегирёва со своим коронным: «Мне кто-то позвонил, и я подумала, что это вы».
Долго мучился над таким финалом Георгий Николаевич. Понимал, что такого, согласно логике характеров, быть не может, надо это возвращение в деревню и Катю в аэропорту вырезать. Но не смог. Дал-таки Афоне шанс.
Фильм почему-то собрал в 1975 г. огромную зрительскую аудиторию — 62 млн. 200 тыс. человек. Уступил только двум иностранным хитам — мексиканской «Есении», которая в тот год поставила абсолютный рекорд зрительской посещаемости за всё время Советской власти. Больше ни один фильм этот показатель в 91 млн. зрителей никогда не превзошёл, и индийскому «Бобби» — 62 млн. 600 тыс. зрителей.
У нас есть объяснение такому феномену, когда фильм о сантехнике показывает результат наравне с «Всадником без головы». «Щит и меч», «Табор уходит в небо». Молодёжь валом валила на «Афоню», чтобы посмотреть и послушать тот самый маленький кусочек, где «Машина времени» поёт «Солнечный остров», а «Аракс» — «Мемуары». «Удивительное рядом, но оно запрещено». А тут вот они — таинственные «машинисты», которых на основных просторах нашей Родины никто и в глаза-то не видел. Поэтому и принимали чуть-чуть показанных в фильме музыкантов «Аракса» именно за «машинистов».
На следующем после «Афони» фильме Данелия уже не сделал такой ошибки — снимать чужой сценарий. Для «Мимино» Данелия писал сценарий сам вместе со своими старыми боевыми товарищами — Резо Габриадзе и Викторией Токаревой.
О "Мимино" в следующей части. Продолжение следует.