– Наташа, только не говори, что ты уже приехала. Я же просила сегодня ко мне не заходить.
Лариса говорила торопливо и почти шёпотом. В трубке что-то звякнуло, а затем послышался приглушённый мужской голос. Слов Наталья не разобрала, но интонация показалась ей знакомой.
Она остановилась перед дверью подруги, прижимая к груди большую пластиковую папку.
– Ты ничего подобного не просила. Утром сказала, что документы нужны до понедельника. Я оказалась неподалёку и решила занести их сейчас, чтобы завтра не ехать через весь город.
За дверью наступила тишина. Наталья услышала слабый гул телевизора и шорох, словно в квартире поспешно передвинули стул.
– Лучше оставь папку у соседки, – наконец произнесла Лариса. – У меня сейчас совершенно неподходящий момент. Голова разболелась, я собиралась немного полежать.
Ещё час назад подруга присылала фотографию новых штор и жаловалась, что никак не может выбрать между серыми и зелёными. На плохое самочувствие она тогда не намекала.
– Хорошо, положу документы возле двери. Заберёшь их, когда тебе станет легче.
Наталья завершила разговор и наклонилась к коврику. В этот момент дверь приоткрылась.
Лариса выглянула в узкую щель. На ней была нарядная голубая блузка, волосы аккуратно уложены, губы накрашены. На человека, собиравшегося прилечь из-за головной боли, она совсем не походила.
– Ты всё-таки успела приехать, – с натянутой улыбкой сказала подруга. – Давай папку, я потом внимательно всё посмотрю.
Наталья протянула документы, но её взгляд невольно скользнул за плечо Ларисы.
На светлом коврике стояли коричневые мужские ботинки.
На левом вместо обычного чёрного шнурка был тёмно-синий. Наталья сама вставила его утром, потому что старый порвался возле наконечника. На носке правого ботинка белела косая царапина, оставшаяся после неудачного похода Сергея в гараж.
Такие совпадения были невозможны.
– Лариса, чьи ботинки стоят у тебя в прихожей? – спросила Наталья, чувствуя, как пальцы сжались на ручке папки.
Подруга быстро оглянулась через плечо.
– Володя заехал после работы. Ты же знаешь моего брата. Он сейчас в ванной, скоро выйдет.
– У Володи сорок второй размер, а у Сергея сорок пятый. Синий шнурок я сегодня утром вставляла собственными руками.
Улыбка исчезла с лица Ларисы. Между бровями появилась тонкая складка.
– Наташа, только не устраивай сцену в подъезде. Здесь соседи всё слышат, а ты пока ничего не знаешь.
Из глубины квартиры донёсся кашель. Сергей всегда так кашлял после слишком крепкого кофе.
Наталья отодвинула дверь ладонью и вошла. Лариса попыталась преградить ей путь, но почти сразу отступила.
– Я пришла к подруге без предупреждения и увидела в прихожей ботинки своего мужа, – медленно произнесла Наталья. – Думаю, в такой ситуации любая женщина захочет узнать, что происходит в квартире.
Лариса поспешила следом.
– Ты всё поняла неправильно. Сергей действительно здесь, но между нами нет того, о чём ты сейчас подумала. Мы собирались тебе рассказать, просто ещё не успели.
Наталья вошла на кухню.
Сергей сидел за столом в носках. Перед ним стояла чашка, рядом лежали раскрытая тетрадь, несколько листов с расчётами и цветная папка с рисунком вывески.
Увидев жену, он медленно поднялся.
– Наташа, почему ты приехала сюда? Ты же собиралась после работы заехать к сестре.
– Сестра перенесла встречу. Теперь объясни, почему ты находишься у Ларисы, хотя сказал, что весь вечер проведёшь на складе.
Сергей провёл ладонью по волосам и посмотрел на Ларису, словно надеялся, что она подскажет правильный ответ.
– Мы обсуждали одно дело. Я хотел сначала разобраться во всём сам, а потом спокойно поговорить с тобой.
Наталья перевела взгляд на чашку.
– Поэтому ты снял ботинки и пил кофе у моей подруги? Видимо, на складе сегодня особенно уютно.
Лариса поспешно подошла к столу и раскрыла цветную папку.
– Не надо сразу представлять самое плохое. Посмотри сначала, над чем мы работали. После этого можешь сердиться сколько угодно.
На первой странице был изображён румяный пирог. Под ним крупными буквами стояло название: «Ларискины пироги».
Наталья посмотрела на раскрытую тетрадь и узнала зелёную обложку с выцветшими цветами. В ней она много лет записывала рецепты, меняла пропорции и отмечала, какое тесто лучше подходит для разных начинок.
Обычно тетрадь лежала в нижнем ящике кухонного шкафа.
– Почему моя тетрадь находится здесь? – спросила Наталья, не сводя глаз с мужа.
Сергей быстро закрыл её, но это движение только усилило неприятное чувство.
– Я взял её ненадолго. Хотел уточнить пропорции капустной начинки. Ты бы всё равно не заметила до вечера.
– Ты вынес из дома мою вещь, соврал, что едешь на работу, и привёз её Ларисе. Что именно я должна понять правильно?
Лариса выдвинула стул, предлагая Наталье сесть, но та осталась стоять.
– Мне предложили недорого арендовать небольшое помещение рядом с рынком. Там раньше продавали хлеб, поэтому многое уже подготовлено. Мы подумали открыть пекарню.
Наталья провела пальцами по краю тетради.
– При чём здесь мои рецепты?
– Именно поэтому мы и собирались с тобой поговорить, – оживился Сергей. – Ты печёшь лучше всех, кого я знаю. Люди постоянно хвалят твои пироги. Помнишь, на моём юбилее даже директор спрашивал, где мы их заказывали?
– Помню. Ты тогда ответил, что мне просто повезло с тестом.
Муж поморщился, словно жена напомнила о незначительной мелочи.
– Мало ли что говорится за праздничным столом. Сейчас речь идёт о настоящем деле. Лариса занимается помещением и продажами, я беру на себя оборудование и поставщиков, а ты отвечаешь за кухню.
Наталья снова посмотрела на вывеску.
– Вы уже распределили обязанности, даже не спросив, нужна ли мне эта работа?
Лариса закрыла папку и осторожно подвинула её на край стола.
– Ты сама много раз говорила, что устала от регистратуры и хотела бы заниматься выпечкой. Мы решили не дразнить тебя пустыми обещаниями, а сначала подготовить нормальный план.
– Почему тогда пекарня называется твоим именем?
Подруга на мгновение растерялась.
– Это пока рабочий вариант. Название можно изменить, если оно тебе совсем не нравится.
Наталья слегка наклонила голову.
– А кому будет принадлежать сама пекарня?
Лариса поправила рукав блузки и посмотрела на Сергея.
– Помещение беру я, потому что хозяйка согласилась обсуждать аренду со мной. Все предварительные договорённости тоже веду я.
– Сергей получает какую-то часть этого дела? – Наталья заметила, как муж отвёл взгляд.
Он взял лист с расчётами и начал выравнивать его по краю стола.
– Мы ещё не дошли до окончательного оформления. Сначала надо понять, пойдут ли продажи. Зачем сейчас цепляться к каждой бумаге?
– Я пытаюсь выяснить, какое место вы оставили мне в предприятии, построенном на моих рецептах.
Лариса достала ещё один лист.
– Мы записали примерные условия. На первое время ты получаешь определённую сумму каждый месяц. Когда появится стабильная прибыль, можно будет добавить премию.
Наталья посмотрела на цифру. Она была почти вдвое меньше её нынешней зарплаты.
– За эти деньги я должна каждый день печь пироги для вашей пекарни?
– Вначале всем придётся немного постараться, – сказал Сергей. – Любое дело требует сил. Зато потом ты будешь заниматься тем, что действительно любишь.
Наталья перевела взгляд с мужа на подругу.
– Пока я буду вставать затемно и стоять возле печи, чем займётесь вы?
– Я буду вести закупки, договариваться с поставщиками и решать текущие вопросы, – объяснил Сергей. – Лариса займётся покупателями и помещением. Там тоже работы хватает.
– Значит, я готовлю товар, а вы им распоряжаетесь.
Муж раздражённо вздохнул.
– Не говори так, будто мы хотим посадить тебя в подвал. Я тоже буду помогать после своей работы. Лариса рискует деньгами и отвечает за помещение.
– Моё имя вам почему-то для вывески не понадобилось.
Наталья подняла зелёную тетрадь и прижала её к груди.
– Наташа, не уходи сейчас, – попросил Сергей, выходя следом в прихожую. – Мы несколько недель всё считали, искали оборудование и договаривались с хозяйкой.
Она остановилась возле коричневых ботинок.
– Несколько недель? Значит, вы встречались не первый раз?
Лариса осталась в дверях кухни и уставилась на папку с расчётами.
– Нам нужно было проверить, насколько идея реальна, – ответил муж. – Если бы мы пришли к тебе с сырой задумкой, ты бы сразу испугалась и отказалась.
– А теперь, когда вы приняли решения без меня, я должна согласиться из благодарности?
Сергей нахмурился и засунул руки в карманы.
– Ты хотя бы выслушай всё до конца. Мы старались ради тебя.
Наталья опустила взгляд на ботинки.
– Надевайся, Сергей. Разговор продолжим дома.
– Я ещё не закончил обсуждать смету, – недовольно произнёс он, но уже потянулся за обувью.
– Можешь остаться и закончить. Только не приходи потом домой с видом человека, который случайно задержался на работе.
Сергей тяжело вздохнул и начал обуваться. Синий шнурок никак не хотел затягиваться, и он раздражённо дёргал его обеими руками.
По дороге домой Наталья почти не говорила. Сергей несколько раз пытался начать объяснения, но она просила его следить за дорогой. Ей хотелось сначала увидеть кухонный ящик и убедиться, что исчезла только тетрадь.
В квартире она сразу прошла к шкафу и выдвинула нижний ящик. На месте тетради лежала стопка салфеток. Рядом стояла коробка с кондитерскими насадками, но двух металлических форм не оказалось.
– Формы ты тоже отнёс Ларисе? – спросила Наталья, когда муж появился на кухне.
– Мы пекли пробную партию. Хотели понять, сколько времени занимает один замес и сколько пирогов помещается в духовку.
Наталья закрыла ящик.
– Кто именно пёк? Лариса никогда даже тесто для блинов сама не делала.
Сергей снял куртку и повесил её на спинку стула.
– Я замешивал по твоим записям, она занималась начинкой. С первого раза получилось не очень, но несколько пирогов вышли вполне нормальными.
Наталья представила их вдвоём на Ларисиной кухне. Они листали её тетрадь, спорили о пропорциях, открывали духовку и решали, сколько будут платить ей за работу. Всё это происходило, пока она сидела в регистратуре и отвечала на звонки.
– Ты мог хотя бы один раз сказать мне, что считаешь моё увлечение настоящим делом.
– Я всегда говорил, что ты хорошо печёшь.
Наталья покачала головой.
– Когда я предлагала брать заказы, ты отвечал, что дома должен пахнуть ужином, а не производством. Когда буфет в соседнем здании хотел покупать мою выпечку, ты уверял, что я быстро устану. Мечту о маленькой мастерской ты назвал женской фантазией.
Сергей потянулся к чайнику, но воды в нём не оказалось.
– Тогда у нас не было подходящего помещения и человека, который умеет продавать. Теперь есть Лариса. Она общительная, настойчивая и знает, как разговаривать с покупателями.
– А я, по вашему плану, умею только работать возле печи.
– Ты всё выворачиваешь так, будто я тебя унижаю. Наоборот, я поверил в твои способности и хочу наконец на них заработать.
Последние слова он произнёс слишком быстро. Поняв это, Сергей замолчал.
– Вот теперь ты сказал честно. Ты хочешь заработать на моих способностях.
– Не придирайся к словам. Мы одна семья. Если дело пойдёт, хорошо будет всем.
Наталья посмотрела на мужа долгим взглядом.
– Лариса тоже теперь входит в нашу семью?
Сергей устало опустился на стул.
– Она твоя ближайшая подруга. Ты сама не раз говорила, что доверяешь ей почти как сестре.
– Именно поэтому она солгала, что плохо себя чувствует, и пыталась не пустить меня в квартиру.
Муж несколько секунд молчал, затем отвернулся к окну.
– Не надо делать выводы на эмоциях. Утром всё обсудим спокойнее.
Наталья не ответила. Она прошла в спальню, открыла нижнюю полку шкафа и достала металлическую коробку, где они хранили деньги на новую кухню.
Полки и технику собирались менять осенью. Наталья откладывала часть каждой зарплаты, Сергей иногда добавлял премии. В коробке должно было лежать четыреста восемьдесят тысяч рублей.
Она пересчитала купюры дважды.
Не хватало трёхсот тысяч.
Сергей появился в дверях, когда жена закончила считать.
– Даже не пытайся говорить, что переложил деньги в другое место.
Он остановился и опустил руки.
– Я собирался рассказать, когда мы окончательно договоримся с помещением.
– Куда ты отнёс триста тысяч? – Наталья закрыла металлическую коробку.
– Передал деньги за оборудование. Там хорошая печь, тестомес и большой холодильник. Если бы мы не заплатили сразу, всё забрал бы другой покупатель.
Наталья села на край кровати. Кричать не хотелось. От возмущения стало тихо и холодно внутри.
– Эти деньги мы собирали вместе.
– Поэтому я вложил их в дело, которое могло стать общим, – ответил Сергей. – Кухня подождёт. Старые шкафы ещё постоят, а такая возможность может больше не появиться.
– Ты спросил меня, согласна ли я отказаться от кухни?
Муж выпрямился, стараясь говорить уверенно.
– Я знал, что ты начнёшь сомневаться. Иногда решение должен принять тот, кто видит дальше.
Наталья подняла голову.
– И что ты там увидел? Вы с Ларисой становитесь хозяевами, я получаю зарплату меньше нынешней, а наши накопления превращаются в оборудование, документы на которое находятся у неё.
– Никто не собирается тебя обманывать. Когда всё заработает, условия можно будет пересмотреть.
– Вы уже использовали мои деньги, рецепты, формы и время, которое я ещё даже не согласилась вам отдавать. Что вы собирались попросить следующим?
Сергей раздражённо развёл руками.
– Почему с тобой невозможно нормально разговаривать? Ты увидела ботинки, придумала измену, а теперь хватаешься за каждую мелочь.
– Я не придумала измену. Я увидела другое. Ты выбрал мою подругу для разговора о моей мечте, потому что со мной договариваться не собирался.
Сергей остался ночевать в гостиной. Наталья долго лежала без сна и вспоминала вопросы Ларисы, которым раньше не придавала значения.
Подруга просила прислать рецепт капустной начинки, спрашивала, сколько пирог может храниться без холодильника, однажды забрала несколько изделий якобы для коллег. Наталья радовалась её интересу и не замечала, что Лариса собирает сведения.
Утром на кухонном столе лежала записка. Сергей просил не звонить Ларисе и не портить отношения, пока он не разберётся с оборудованием.
Наталья скомкала листок, но затем разгладила его и положила рядом с металлической коробкой. Теперь ей хотелось сохранять всё, что касалось денег и договорённостей.
На работе она дважды перепутала время приёма. Коллега Вера заметила её состояние, принесла чай и закрыла дверь маленькой комнаты отдыха.
– Ты сегодня сама на себя не похожа. Сергей снова спорил из-за ремонта?
Обычно Наталья не рассказывала о семейных ссорах, но сейчас ей требовалось мнение человека, не связанного ни с мужем, ни с Ларисой.
Она объяснила, что произошло. Вера слушала внимательно и не перебивала.
– Значит, они хотели, чтобы ты стала у них пекарем, – подвела итог коллега. – А деньги на оборудование взяли из ваших накоплений?
– Сергей уверяет, что всё делал ради меня. Самое неприятное, что часть меня почти готова поверить. Я действительно мечтала заниматься выпечкой.
Вера поставила чашку на подоконник.
– Мечта, которую у тебя забрали и вернули на чужих условиях, уже не похожа на подарок. Представь, согласилась бы Лариса открыть пекарню под твоим именем, вложить свои деньги и работать у тебя за небольшую зарплату?
Наталья невесело улыбнулась.
– Она не стала бы даже обсуждать такое предложение.
– Тогда не соглашайся только потому, что они успели потратить деньги. Кстати, помнишь Елену из кафе на первом этаже? Она до сих пор спрашивает, кто пёк пирог на нашем весеннем чаепитии.
Наталья вспомнила невысокую женщину с короткой стрижкой. Елена несколько раз заходила в регистратуру и передавала благодарность за яблочный пирог, который Вера принесла на общий стол.
– Она тогда говорила, что ищет домашнюю выпечку небольшими партиями, – продолжила коллега. – Я не стала давать твой номер без разрешения. Могу познакомить вас после смены.
– Я пока не готова открывать собственное дело, – призналась Наталья, разглаживая край салфетки.
– Никто и не предлагает тебе сразу открывать пекарню. Поговорите о нескольких пирогах в неделю. У тебя будет возможность понять, нравится ли тебе печь на заказ, а у неё не пропадёт половина витрины.
Елена оказалась деловой женщиной без лишних восторгов. Она внимательно расспросила Наталью о времени, количестве изделий и продуктах.
– Мне не нужны горы выпечки, – объяснила хозяйка кафе. – Начнём с двух видов небольших пирогов по пятницам. Если посетители будут брать, добавим ещё один день. Ваш яблочный я пробовала, но хочу посмотреть, как получится капустный.
Наталья пообещала принести пробный пирог. Никаких больших решений она не принимала, однако после разговора впервые за сутки смогла спокойно вдохнуть.
Лариса позвонила, когда Наталья уже возвращалась домой.
– Нам необходимо встретиться без Сергея. Я не хочу, чтобы между нами оставалось это неприятное недоразумение.
– Недоразумением можно назвать перепутанную дату или забытый зонтик. Ты несколько недель встречалась с моим мужем и обсуждала, как использовать мои рецепты.
Лариса шумно выдохнула. На заднем плане работал телевизор.
– Ты говоришь так, словно мы совершили что-то ужасное. Сергей сам пришёл ко мне с идеей. Он сказал, что ты боишься перемен и тебя нужно заинтересовать готовым планом.
Наталья остановилась возле подъезда.
– Ты не подумала спросить меня лично?
Подруга несколько секунд молчала, а потом заговорила мягче:
– Я хотела помочь. Ты постоянно жалуешься на работу, посетителей и бесконечные звонки. Мне казалось, что ты обрадуешься возможности уйти оттуда.
– Я должна была обрадоваться вывеске с твоим именем и зарплате, которую вы назначили без меня?
Лариса заговорила быстрее, почувствовав раздражение подруги.
– Название можно поменять. Не делай из него главную проблему. Давай встретимся втроём и всё спокойно пересчитаем.
Наталья посмотрела на окна своей квартиры.
– Приезжайте в субботу к четырём. Возьми все бумаги, связанные с оборудованием.
После разговора Сергей заметно повеселел. Он решил, что жена постепенно успокаивается. Принёс коробку пирожных и за ужином заговорил о поставщике муки.
Наталья не спорила. Она задавала вопросы и слушала ответы.
Выяснилось, что Лариса собиралась принимать заказы и вести расчёты. Сергей хотел контролировать закупки и доставку. Наталье отводилась вся кухня: тесто, начинки, выпечка и обучение помощницы, если покупателей станет много.
– Кто будет убирать помещение после работы? – спросила она, складывая тарелки в раковину.
– Вначале, наверное, придётся справляться всем вместе, – ответил Сергей. – Нанимать отдельного человека пока дорого.
Наталья повернулась к мужу.
– Лариса умеет мыть большие противни и чистить печь?
Он поморщился и отодвинул от себя пустую чашку.
– Не надо заранее делить работу на важную и неприятную. Мы же не чужие люди.
Наталья промолчала. Именно этой фразы она и ожидала.
К субботней встрече она успела испечь два пробных пирога для Елены. Хозяйка кафе разрезала их при Наталье, попробовала начинку и предложила начать с небольшой партии.
– Я не обещаю огромных денег, – честно сказала она. – Поставим на витрину десять небольших пирогов. За то, что продастся, рассчитаемся вечером. Если людям понравится, увеличим заказ.
Наталью устроила такая осторожность. Ей не пришлось вкладывать чужие деньги, бросать работу и обещать невозможное.
Лариса пришла раньше назначенного времени. На ней был светлый костюм, в руках она держала новую папку и коробку конфет.
Сергей встретил её в прихожей слишком свободно, словно они уже давно стали деловыми партнёрами. На этот раз его коричневые ботинки стояли возле стены в квартире Натальи.
За столом Лариса сразу потянулась за ножом, увидев яблочный пирог.
– Вот о чём я и говорила. Такие пироги люди будут покупать целыми коробками. Нужно только правильно их подать и красиво упаковать.
– Давайте сначала разберёмся, кто и что получает, – предложила Наталья. – Покажите мне окончательные условия.
Сергей раскрыл папку.
– Пока всё выглядит так: Лариса отвечает за помещение и торговлю. Я занимаюсь оборудованием, закупками и доставкой. Ты становишься главным человеком на кухне.
Наталья положила ладонь на край стола.
– Мне принадлежит какая-то часть дела?
Муж переглянулся с Ларисой. Подруга аккуратно положила нож рядом с тарелкой.
– На старте такие вещи сложно делить, – объяснила она. – Сначала нужно выйти хотя бы на небольшую прибыль.
Наталья медленно отодвинула от себя лист.
– Значит, мне ничего не принадлежит, кроме обещанной зарплаты.
– У тебя будет ещё премия от выручки, – поспешил добавить Сергей. – Это даже безопаснее. Ты ничем не рискуешь.
Наталья поставила рядом с собой металлическую коробку.
– Я уже рискнула тремястами тысячами, хотя меня никто не спросил.
Лариса поправила салфетку возле чашки.
– Эти деньги вложены в оборудование. Оно никуда не исчезло.
– На кого оформлена покупка? – Наталья посмотрела прямо на подругу, не позволяя ей перевести разговор.
– Все бумаги находятся у меня, потому что с продавцом договаривалась я, – после паузы ответила Лариса.
– Значит, оборудование куплено на наши общие деньги, а у меня нет ни одного документа.
Сергей резко выпрямился.
– Ты нарочно произносишь всё так, будто мы тебя обокрали. Мы предлагаем нормальное дело, а ты устраиваешь допрос.
Наталья взяла с подоконника зелёную тетрадь.
– Тогда я тоже сделаю предложение. Вы возвращаете триста тысяч. После этого открываете любую пекарню, называете её как хотите и печёте по собственным рецептам.
Лариса нервно рассмеялась и покачала головой.
– Мы не сможем сразу вернуть всю сумму. Часть оборудования уже привезли, а продавец не станет отменять сделку только потому, что ты передумала.
– Тогда продавайте его человеку, который якобы хотел всё купить раньше.
Сергей постучал пальцами по закрытой папке.
– При перепродаже мы потеряем деньги. Нужно хотя бы попробовать поработать несколько месяцев.
Наталья закрыла тетрадь и убрала её со стола.
– Пробуйте без меня. Я не запрещаю вам заниматься пекарней, но своих рецептов и труда не дам.
Сергей откинулся на спинку стула.
– Ты всё разрушишь из упрямства, а потом сама пожалеешь.
– Я уже пожалела, что доверяла вам обоим.
Лариса оставила вилку на краю тарелки. Кусок пирога остался почти нетронутым.
– Неужели ты готова перечеркнуть нашу дружбу из-за названия и каких-то формальностей?
Наталья заметила, как подруга избегает произносить слово «деньги».
– Дружбу перечеркнула ты, когда начала прятать моего мужа за своей дверью. Неважно, что вы делали на кухне. Вы оба знали, что мне не понравится ваш план, поэтому решили поставить меня перед готовым решением.
– Мы хотели избавить тебя от лишних волнений, – пробормотала Лариса.
Наталья придвинула к ней нетронутую чашку.
– Вы хотели избавить себя от необходимости спрашивать моё согласие.
Сергей сердито закрыл папку.
– Хорошо, допустим, ты отказываешься. Что дальше? Вернёшься в регистратуру и продолжишь жаловаться, что никто не даёт тебе заниматься любимым делом?
Наталья достала из ящика лист с расчётами для кафе.
– Дальше я начну печь небольшие партии для заведения рядом с моей работой. Его хозяйка давно пробовала мою выпечку, а теперь мы обсудили первый заказ.
Муж недоверчиво просмотрел лист.
– Ты всё решила за моей спиной?
– Я решила только за себя. Не брала твои деньги, не выносила твои вещи и не распределяла твою работу.
Лариса быстро пробежала глазами по записям.
– Небольшое кафе не даст тебе тех возможностей, которые предлагаем мы.
Наталья забрала у неё лист.
– Возможно. Зато там сначала спросили, согласна ли я. Никто не потребовал отдать рецепты, накопления и право голоса в обмен на зарплату помощницы.
Сергей встал из-за стола.
– Значит, ты выбрала чужих людей вместо семьи.
– Нет. Я выбрала людей, которые не решают за меня.
Лариса закрыла папку и поднялась следом.
– Я не стану уговаривать. Только не приходи потом проситься к нам, когда поймёшь, сколько могла заработать.
Наталья проводила взглядом вывеску «Ларискины пироги», торчавшую из папки.
– Не волнуйся. На место возле печи в заведении с твоим именем я не претендую.
Подруга ушла первой. В прихожей она долго не могла застегнуть сапог, сердито дёргала молнию и громко вздыхала. Сергей проводил её до двери, а затем вернулся на кухню.
– Ты поставила меня в нелепое положение.
Наталья начала убирать чашки со стола.
– Ты сам вложил наши деньги в дело, где тебе даже не пообещали ничего определённого. Я этого решения не принимала.
– Лариса порядочный человек. Она бы меня не обманула.
Жена остановилась возле раковины и посмотрела на него через плечо.
– Ты доверился ей больше, чем мне. Теперь сам разбирайся с последствиями этого доверия.
Дом после той встречи будто разделился невидимой стеной. Сергей возвращался поздно, привозил образцы выпечки и пытался доказать, что пекарня справится без Натальи.
Первый нанятый пекарь запросил сумму, которую Лариса не захотела платить. Второй согласился работать дешевле, но его тесто оказалось слишком плотным. Сергей принёс домой капустный пирог и поставил его перед женой.
– Попробуй и скажи, чего здесь не хватает. Нам нужно только немного поправить рецепт.
Наталья даже не разрезала пирог.
– Я уже сказала, что не участвую. Не проси меня бесплатно исправлять работу человека, которого вы наняли вместо меня.
Сергей убрал коробку в холодильник, но утром пирог остался нетронутым.
Первые заказы кафе, напротив, разошлись быстрее, чем ожидала Наталья. Елена позвонила до конца рабочего дня и попросила привезти в следующий раз пятнадцать яблочных пирогов и десять капустных.
Наталья не стала сразу соглашаться на такое количество. Она предложила увеличить заказ постепенно, чтобы не подвести покупателей и не превратить домашнюю кухню в круглосуточный цех.
Сергей наблюдал за коробками возле двери и всё чаще молчал.
Его сотрудничество с Ларисой постепенно превратилось в бесконечные споры. Подруга обвиняла его в том, что он обещал привести готового мастера. Сергей отвечал, что она слишком рано заказала вывеску, упаковку и мебель.
Однажды он вернулся домой раньше обычного и положил на стол документы.
– Мы решили продать оборудование. Сразу всю сумму вернуть не получится. Часть потеряем при перепродаже и перевозке.
Наталья спокойно просмотрела список.
– Остаток вернёшь из своих денег.
– Мы муж и жена. Неужели ты станешь считать каждую тысячу?
Она положила документы обратно на стол.
– Считать начал ты, когда назначил цену за мою работу. Теперь доведи расчёты до конца.
Большую часть денег удалось вернуть после продажи печи и холодильника. Остаток Сергей переводил постепенно. Наталья записывала каждую сумму на последней странице новой тетради, которую завела специально для заказов.
Лариса больше не звонила. Несколько раз прислала сухие сообщения о формах и бумагах, оставшихся в её квартире. Наталья попросила передать её вещи через Сергея и не стала предлагать встречу.
В кафе появился небольшой деревянный стеллаж с табличкой: «Домашняя выпечка Натальи Орловой». Елена сама придумала надпись и показала её перед тем, как отдать мастеру.
– Ваше имя обязательно должно стоять здесь, – сказала она. – Покупатели имеют право знать, чью работу хвалят.
Наталья провела пальцами по вырезанным буквам и впервые почувствовала, что её давняя мечта действительно принадлежит ей.
Сергей продолжал жить в квартире, но прежней близости между ними уже не было. Он то оправдывался, то обвинял жену в излишней холодности. Наталья долго прислушивалась к себе, пока не поняла: муж ждёт не прощения, а возвращения к удобной для него жизни.
Когда он в очередной раз предложил забыть неприятную историю, она поставила перед ним чашку чая и попросила спокойно выслушать.
– Тебе нужно найти другое жильё. Я не хочу каждый вечер проверять, на месте ли мои деньги, вещи и записи.
Сергей долго смотрел на неё, не прикасаясь к чашке.
– Ты действительно рушишь нашу семью из-за неудавшейся пекарни?
– Дело не в пекарне. Рядом с тобой мне приходится охранять собственные планы от человека, который должен был быть самым близким.
Он ещё пытался спорить, но Наталья не изменила решения.
Сергей постепенно перевёз одежду, книги и инструменты. В квартире становилось просторнее, а в прихожей исчезали его куртки и сумки.
За последними коробками он приехал в воскресенье. Наталья открыла дверь и снова увидела на коврике те самые коричневые ботинки с тёмно-синим шнурком.
Когда-то от одного их вида у неё задрожали руки. Теперь это была просто обувь человека, который пришёл забрать оставшиеся вещи.
Сергей вынес коробки на лестничную площадку и задержался возле двери.
– Может быть, не будем ставить окончательную точку? Я поживу отдельно, а потом мы ещё раз спокойно поговорим.
Наталья посмотрела на одинокий синий шнурок. Он снова начал распускаться у верхней петли.
– Спокойно поговорить нужно было тогда, когда ты впервые взял мою тетрадь. Всё, что произошло после, стало результатом твоего выбора.
Сергей наклонился, чтобы завязать ботинок, но шнурок выскользнул из пальцев.
На полке лежал новый комплект, который Наталья купила ещё до поездки к Ларисе. Она достала упаковку, секунду подержала её в руке, а затем положила в верхнюю коробку с вещами мужа.
– Забери. Больше мне не придётся следить за твоей обувью.
Сергей ничего не ответил. Подхватил коробки и спустился по лестнице.
Наталья не стала сразу закрывать дверь. Она подождала, пока шаги стихнут, затем убрала с коврика несколько песчинок и поставила на освободившееся место две тёплые сумки с пирогами для кафе.
Утром эти коробки впервые должны были отправиться не на пробную продажу, а по постоянному заказу.
Наталья прикрепила к каждой бирку со своим именем, проверила застёжки и только после этого повернула ключ.
Теперь в её прихожей стояло лишь то, что она сама решила туда поставить.
А вы смогли бы сохранить доверие к мужу и подруге, узнав, что они тайно распоряжались вашими деньгами, трудом и мечтой, уверяя, будто действуют ради вашего блага?