О том, почему 170 лет — не причина, а лишь предлог
Тридцать три дня назад посчастливилось в несчетный раз побывать в Третьяковской галерее. Аккурат в тот день ей исполнялось 170.
Не вдохновляло писать текст только ради красивой цифры в календаре. Юбилеи вообще подозрительная вещь: в них слишком много символов и слишком мало живых причин. Картины не становятся глубже от круглых дат — и не теряют очарования от некруглых. Я просто шла по залам, останавливаясь у родных полотен, и наслаждалась знакомым ощущением: когда маршрут известен, но каждый раз складывается иначе. И всё же повод настиг меня сам.
Выставка «Выбор коллекционеров»: неожиданный ключ к истории
25 июня Государственная Третьяковская галерея открыла выставку «Выбор коллекционеров». Вдруг стало ясно: разговор о 170-летии — это не про число. Это повод вернуться к человеку, с которого всё началось по-настоящему. К Павлу Михайловичу Третьякову.
Купцу с душой творца, однажды решившему собрать «русскую школу, как она есть в последовательном своём ходе…» ©. И тем самым изменившему не одно только частное собирательство, но и саму структуру культурной памяти страны. Он не просто покупал картины на свой вкус. Он находил то, что будет востребовано поколениями.
Однако важно и другое: он не возник в пустоте. До него уже существовали люди, чьи частные коллекции стали неявными эскизами будущего музея. Их имена сегодня звучат глуше, чем имя основателя галереи, но тогда именно они задавали тон.
До Третьякова: частные собрания как черновик музея
Фёдор Прянишников, государственный деятель и меценат, одним из первых стал системно собирать произведения русских художников. Коллекция его считалась образцовой и произвела сильное впечатление на молодого Третьякова. Какое-то время она даже рассматривалась как ядро будущего собрания.
Козьма Солдатёнков, московский купец, издатель и благотворитель. Его коллекция не выглядела «образцовой» в академическом смысле, но в ней уже чувствовалось другое мышление: искусство как необходимость, а не как украшение. Он поддерживал художников, его выбор во многом формировал культурную среду эпохи.
Не один голос: как складывалась Третьяковская галерея
И если смотреть на факты сегодня, становится очевидно: Третьяковская галерея всё же началась не с одного человека, каким бы гениальным визионером он ни являлся. Её породили созвучие взглядов, вкусов, рисков и чаяний, которые постепенно сложились в общее целое.
Из частного в общее: судьба коллекций и музея
Выставка объединяет произведения XVIII–XIX веков, некогда принадлежавшие этим коллекционерам и находящиеся в постоянной экспозиции. Часть из них прошла через Румянцевский музей, а после его расформирования в 1920-х годах вошла в собрание Третьяковской галереи. И в этом стечении обстоятельств видится некая справедливая закономерность: личный выбор становится публичной историей, а частное собрание — пространством, в котором может свободно пребывать любой взгляд
Ваш взгляд в этой истории
Живое продолжение этой эпопеи — Ваши собственные мнения. Пожалуйста, напишите в комментариях, какая картина Третьяковской галереи для Вас самая важная, самая личная, — а мы обязательно соберём эти ответы и добавим их в тело статьи как ещё один слой общего музейного опыта. Продолжим историю вместе!
Автор: Лёля Городная
Благодарим Вас за подписку на канал. Если понравилась публикация, будем рады Вашему одобрению «👍» и комментарию.