Все опрошенные жили в III веке н. э.
😊Плотин, философ, основатель неоплатонизма.
Верил, что заниматься искусством — значит быть проводником некой высшей энергии, а не просто изображать достоверно, писать реалистичные диалоги и ласкающую слух музыку. В гениальном есть секретный ингредиент.
Какой?
Душа (настоящность, я бы ещё сказала) художника.
«В творце больше красоты, чем в творимом им. В творческих возможностях воображения и мастерства художника заложено большее количество эстетического богатства, чем вложено им в его произведениях. Но ещё выше уровня творческого ума художника стоит уровень самого искусства, из которого индивидуум черпает свой талант».
Искусство не может быть подражанием в обычном смысле этого слова, говорит Плотин, так как руки и голова художника создают больше того, что мы видим обычно в природе. В душе Фидия заложено больше творческих элементов, чем требуется для простого копирования».
Художник вкладывает в произведение кое-что невидимое — часть своей души. Я предполагаю, Плотин здесь имел в виду, хоть и не так называл, что-то вроде коллективного бессознательного, архетипов. Отсюда и эффект некого «узнавания» или «инсайтов» в процессе чтения, слушания, смотрения на произведение искусства🤔. Мы ощущаем то, что где-то в глубине души знаем сами, а художник просто это вытянул на поверхность.
«… все вещи, которым искусства подражают, сами суть образы высших первобытных сущностей (то есть идей), потом, что они, воспроизводя вещи, не останавливаются на одной только видимой их стороне, но восходят и к тем принципам, на которых основывается их природа, наконец, что они иногда и в собственном смысле творят новое, когда, например, прибавляют то, чего недостаёт для совершенства предмета, и это потому, что обладают в самих себе красотою.
Фидий, например, создал фигуру Зевса, совсем не имея пред глазами чего-либо чувственного, но изобразил Зевса таким, каким представлял его себе, каким он и нам явился бы, если бы мог быть видим глазами».
«В голове художника она [форма] оказалась вовсе не потому, что у него есть глаза и руки, а потому, что ему присуще искусство».
Гилберт и Кун в книге «История эстетики» поясняют слова Плотина:
«Фидий сам носил в себе красоту. Его гений объясняется не общением между его чувствами и внешним миром, а потоком творческой энергии, вливающейся в него прямо из лежащих в основе мира идей или причин, которые внешний мир сам копирует».
😊 Лонгин, ритор и философ.
Считал, что великий стиль рождается величием художника.
«Ошибки и неточность неизбежны у тех, кто ставит себе возвышенные цели. Но испытание временем будут выдерживать скорее те предметы и в природе, и в литературе, которые созданы возвышенными, чем те, которые тщательно отделаны и уравновешенны согласно правилам искусства».
«Сила литературного стиля возникает из чего-то более сложного, чем просто знание технических приёмов и умением анализировать речь; скорее всего она связана с душевным подъёмом и глубоким интересом к вещам, находящимися за пределами обычного мира, — к бесконечности, океану, звездам, к исторгаемому Этной пламени».
Слова Лонгина — лекарство для перфекционистов и контрол-фриков. Иногда, чтобы сделать классно, надо просто расслабиться и поверить в себя.
😊 Теофраст, философ, естествоиспытатель, теоретик музыки
Сказал примерно то, что и главный редактор, под чьим началом я когда-то работала: чем более абстрактно ты напишешь, тем бОльшее количество людей себя в твоих словах найдут. Впрочем, с художественной прозой так вроде не работает.
Ну да вернёмся к Теофрасту:
«Не все пункты в ней должны быть педантично и нудно разработаны; что-то должно быть оставлено для пытливости и выводов самого слушателя».
Ещё:
Большая и массовая литература: разделял ещё Сократ
Пророки и простаки: про Казимира Малевича и Петра Иванова, который рисует навозом