Я думала, что меня убивает боль. Потом поняла, что меня убивает ожидание конца этой боли. Мне хотелось нажать кнопку. Ускорить процесс. Перемотать вперёд. Проснуться в том дне, где уже не сжимает грудь, где можно дышать полной грудью и не вздрагивать от воспоминаний. Но кнопки не было. Сначала я злилась. Потом металась. Потом искала способ взять управление обратно. А потом вдруг услышала странную вещь. Моя боль сказала: «Я помогаю тебе стереть из памяти всё ненужное». Я не поверила ей сразу. Но заметила, что не хочу её останавливать. Ускорить - да. Остановить - нет. Потому что где-то глубоко понимала: она делает свою работу. Как врач. Очень хороший врач, который причиняет боль не потому, что жестокий, а потому, что иначе не умеет лечить. Меня мучила не боль. Меня мучили сроки. Точнее, их отсутствие. Если бы кто-то сказал: «Потерпи три дня», я бы терпела. Если бы сказал: «Неделю», я бы отметила дату в календаре. Но никто не говорил. И тогда я заметила внутри себя того, кого давно знал