Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алешкинъ

М

А. Суслов. Часть 2. Впечатление. По воспоминаниям современников Суслов был невероятно умен, хитер, производил впечатление идейного коммуниста-аскета... Про него слагали легенды— настоящая совесть партии: валюту и командировочные всегда сдавал в кассу, а галоши и пальто стали чуть ли не его символом. Суслова считали знатоком марксизма-ленинизма— всегда находил нужную цитату и буквально уничтожал идеологическими знаниями оппонентов. Его ставили в один ряд с аскетичным и идейным Андроповым, Михаил Ненашев вспоминал: «Он был одним из тех, кто верил в коммунистическую идею, таким же верующим из лидеров партии того времени я бы назвал только Ю. В. Андропова.» Заместитель Горбачева В. Казначеев также  рассказывал: «Михаил Сергеевич [Горбачев] всегда восхищался Сусловым, называл его совестью партии. Ходили разговоры о том, что когда Суслов приезжал из-за границы, то оставшуюся валюту сдавал в партийную кассу.» Суслов не терпел, когда решали за него партийные вопросы, и отменял решения п

М. А. Суслов. Часть 2.

Впечатление.

По воспоминаниям современников Суслов был невероятно умен, хитер, производил впечатление идейного коммуниста-аскета...

Про него слагали легенды— настоящая совесть партии: валюту и командировочные всегда сдавал в кассу, а галоши и пальто стали чуть ли не его символом.

Суслова считали знатоком марксизма-ленинизма— всегда находил нужную цитату и буквально уничтожал идеологическими знаниями оппонентов.

Его ставили в один ряд с аскетичным и идейным Андроповым, Михаил Ненашев вспоминал:

«Он был одним из тех, кто верил в коммунистическую идею, таким же верующим из лидеров партии того времени я бы назвал только Ю. В. Андропова.»

Заместитель Горбачева В. Казначеев также  рассказывал:

«Михаил Сергеевич [Горбачев] всегда восхищался Сусловым, называл его совестью партии. Ходили разговоры о том, что когда Суслов приезжал из-за границы, то оставшуюся валюту сдавал в партийную кассу.»

Суслов не терпел, когда решали за него партийные вопросы, и отменял решения принятые без него. А. Н. Яковлев вспоминал: «когда Суслов был в отъезде, за него секретариаты вел Андрей Павлович Кириленко. Так Суслов, возвращаясь, первым делом отменял скопом все решения, принятые без него».

В ведении Суслова была идеология, культура, цензура, образование.

Верный продолжатель дела Маркса-Ленина, честный аскет, совесть партии— такое впечатление производил Суслова.

Противоположная реальность.

Образ честного и аскетичного партийца, увы, был лишь образом... Об этом мало говорят.

Но тот же Казначеев вспоминал, как Горбачёв постоянно дедал дорогие подарки семьи Суслова, а тот и не отказывался:

«В день рождения Майе Михайловне преподнесли дорогие сувениры. Перед отлётом в самолёт положили подводное ружье и модную в те годы кожаную куртку для внука Суслова. Он всё принял с благодарностью. А как же партийная совесть главного теоретика коммунизма, о которой народ был столько наслышан? Она молчала.»

Безусловно, Суслов был умен и образован. Можно сказать, что карьеру он сделал на знаниях марксизма-ленинизма, но и тут не обошлось без хитрости — Михаил Андреевич просто сделал картотеку нужных цитат Маркса и Ленина и без труда находил подходящую.

Таким образом, на ХХ съезде КПСС выступил с критикой Сталина, поддерживая Хрущева, подкрепив цитатами Ленина и Маркса доклад Никиты Сергеевича, а позже и его уничтожил таким же образом. В 1964 именно Суслов сделает доклад с критикой Хрущева, после которого тот будет отправлен на пенсию.