Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Только Правда

«Коллега постоянно дарила мне подарки, угощала обедом, льстила. А потом я узнала, для чего она это делала»

Меня зовут Евгения, мне 39 лет. Я работаю в крупной компании руководителем отдела маркетинга. Три года назад в наш отдел пришла Анжела — молодой специалист, энергичная, всегда с улыбкой. Она с первого дня стала ко мне подлизываться: дарила шоколадки, угощала обедом (всегда говорила: «Женя, не отказывайтесь, я всё равно больше не съем»), называла меня «лучшей наставницей», «золотым руководителем». Мне было приятно. Думала — попалась хорошая девочка. В отделе шутили: «Анжела — тень руководителя». Но я не обращала внимания. Мне было приятно, что меня ценят. Тем более что я готовила её на повышение — через год-два она могла занять должность заместителя. Но она метила выше. Гораздо выше. Началось странное через полгода её работы. Анжела стала задерживаться допоздна — якобы помогала мне с отчётами. Я не просила. Она говорила: «Я с удовольствием, вы так много работаете, я хочу быть полезной». Я была рада — у меня двое детей, я могла уйти пораньше. Я и уходила. А она оставалась. Через год наш

Меня зовут Евгения, мне 39 лет. Я работаю в крупной компании руководителем отдела маркетинга. Три года назад в наш отдел пришла Анжела — молодой специалист, энергичная, всегда с улыбкой. Она с первого дня стала ко мне подлизываться: дарила шоколадки, угощала обедом (всегда говорила: «Женя, не отказывайтесь, я всё равно больше не съем»), называла меня «лучшей наставницей», «золотым руководителем». Мне было приятно. Думала — попалась хорошая девочка.

В отделе шутили: «Анжела — тень руководителя». Но я не обращала внимания. Мне было приятно, что меня ценят. Тем более что я готовила её на повышение — через год-два она могла занять должность заместителя. Но она метила выше. Гораздо выше.

Началось странное через полгода её работы. Анжела стала задерживаться допоздна — якобы помогала мне с отчётами. Я не просила. Она говорила: «Я с удовольствием, вы так много работаете, я хочу быть полезной».

Я была рада — у меня двое детей, я могла уйти пораньше. Я и уходила. А она оставалась.

Через год наш генеральный директор ушёл в отпуск. Исполняющим обязанности назначили меня. Анжела подошла и сказала: «Евгения Сергеевна, я хочу вас поздравить. Вы достойны этой должности. И я всегда рядом, если нужна помощь». Я умилилась. Какая преданная сотрудница.

А потом стали происходить странные вещи. Мои отчёты начали «случайно» исчезать с сервера.

Мои письма с важными согласованиями уходили не адресатам.

Телефон разряжался в ноль за час.

Компьютер зависал в самый ответственный момент. Я думала — сбои в системе. Анжела тут же появлялась: «Женя, давайте я помогу. Вы устали, отдохните».

Я отдавала ей документы. Она работала. Я отдыхала. Она набирала очки.

Разоблачение произошло случайно. Мой старый знакомый, системный администратор из соседнего отдела, попросил показать мой компьютер — у него была теория о вирусе в локальной сети. Я дала доступ. Через час он пришёл с жёлтым стикером, на котором был список.

— Евгения Сергеевна, это не вирус. Это программа-шпион. Установлена на вашем компьютере. У неё одно назначение — отслеживать ваши действия и дублировать файлы на внешний носитель. Вы знаете, кто мог это сделать?

Я не знала. И попросила установить скрытую камеру в кабинете. Маленькую, под потолком. В камеру был виден мой стол, компьютер, кто за ним работает. Никому не сказала, даже своему заместителю.

Через два дня камера засняла, как Анжела — образцовая Анжела — входит в мой кабинет в мое отсутствие. Достаёт флешку, запускает программу, синхронизирует мои файлы. Затем залезает в ящик стола и фотографирует на телефон мои личные заметки, пароли, даже список контактов.

Я смотрела видео и не верила. Та самая Анжела, которая дарила мне подарочки и называла «лучшей». Она готовила мне западню.

Я пошла к финансовому директору — он отвечал за безопасность. Мы изучили переписку Анжелы в корпоративном мессенджере (после того, как я дала согласие на служебную проверку). Оказалось, она вела двойную игру.

В переписке с подругой Анжела писала: «Я должна стать незаменимой для Жени. Пусть привыкнет, что я решаю её проблемы. А когда она войдёт в доверие — я подставлю её с отчётами, сорву сроки сдачи проекта. Её уволят, а меня поставят на её место. Я уже наладила контакты с гендиректором. У нас с ним "особые" отношения».

В другой переписке: «Женя — дура. Она ведётся на любую лесть. Думает, я её подруга. А я копаю под неё уже год. Осталось немного. Уволюсь сама перед тем, как она рухнет, чтобы не связываться. А потом вернусь на её место по приглашению нового директора. Которым стану я».

Я сидела и читала. Эта женщина год втиралась мне в доверие, дарила подарки (часть из которых была, как выяснилось, куплена за счёт компании — она подделывала чеки), угощала обедами, чтобы я «расслабилась». А сама планировала моё уничтожение. Чтобы занять мою должность.

Я не стала увольнять её сразу. Я собрала комиссию. Предъявила доказательства шпионажа, подделки документов, клеветы. Анжела сначала пыталась отпираться, потом заплакала, потом заявила, что «я сама её спровоцировала».

— Евгения Сергеевна, я не хотела. Вы сами отдали мне столько полномочий, я думала, вы хотите уйти. Я просто помогала вам уйти красиво.

— Помогала уйти в тюрьму за срыв госконтракта, который ты же и подстроила? Спасибо.

Её уволили по статье. Никакой рекомендации, конечно, я не дала. Другие компании, куда она пробовала устроиться, звонили мне — я рассказывала правду. Её черный список рос.

Сейчас Анжела работает где-то далеко, в другом городе, на должности младшего специалиста. Говорят, жалуется, что «бывшая начальница» испортила ей карьеру.

Я не испортила. Она сама. Я просто не дала себя уничтожить.

А техника — тайные программы, удалённый доступ, скрытые камеры — оказалась не только оружием токсичных коллег, но и моей защитой.

Я теперь не доверяю подаркам. Не верю угощениям. Не ведусь на «я вам помогу». Спасибо, Анжела. Ты научила меня главному: доброта, за которой ничего нет — это не доброта. Это разведка боем.

Я, правда, с тех пор не люблю шоколадки.

Вопрос читателям: как вы думаете, жестоко ли я поступила, испортив ей репутацию в других компаниях? Или она заслужила? Как не пропустить токсичного «друга» на работе, который маскируется под поддержку?