Обычно, даже от этого просто слова мороз по коже.
Слишком серьёзный диагноз, стремительный и часто не предсказуемый.
Пугающий так, что по прошествии уже девяти лет, вспоминать вообще не хочется. Только возможность оказать хоть небольшую поддержку тем, кто сейчас в этом аду, заставляет подробно перебрать всё то, что тогда происходило и как потом выкарабкивалось.
Причины перитонита могут быть совсем разные. Общее, видимо, одно. В полость кишечника попадает кровь и гной. И продолжительность жизни начинает исчисляться очень малыми промежутками времени.
В моём случае это большой неожиданностью не было. За месяц - два примерно до этого наш любимый семейный доктор гинеколог, впоследствии мой спаситель, после обследования сказала. " Ира, надо лечь на операцию, не на долго, неделя примерно, удалить что-то там достаточно простое, но желательно прямо сейчас " . Было начало лета, дел много, ничего не болело, казалось, до осени подождёт.
Не подождало.
Сначала просто утром чего-то живот заныл, дело привычное. Сильно правда. Но-шпа и спазган не помогли. Муж настоял вызвать скорую. Сказали, видимо кишечный грипп, надо понаблюдать. К ночи болело капец уже как, до утра места не находила, ни лежать, ни ходить. Утром в машину и в областную больницу на само обращение. Ехала уже как в бреду от боли. Чудом можно назвать то, что врач мой дежурила в этот день. Одного взгляда ей хватило, чтобы понять, что дело на минуты идёт. Она сама после операции отходила, не оперировала пока. Ради меня встала за операционный стол и просто спасла мне жизнь. Как всем другим, как многим за её большую и трудную карьеру. Такое никогда не забывается. Низкий, земной поклон ей и вечная благодарность.
Пока готовили анализы, собирали подписи, я уже плохо помню. Адская боль, за гранью терпимого. И холод, такой, что подкидывало на каталке, ледяной, нестерпимый. И каждое движение наверно только с помощью каких-то Высших сил, своих не было. Муж, пока меня катал от кабинета к кабинету, своих полжизни потерял наверно, глядя на моё фиолетовое лицо и синие руки. После всего этого сама уговаривала его всё забыть, как страшный сон, ни спать ни есть не мог. Говорит, видел как я умираю. У дверей реанимации только его выпроводили ждать. Сознание на столе уже потеряла, как увидела что доктор моя подошла, так и успокоилась, отключилась. Давление уже было 40/60 говорили и температура какая-то не для жизни. Вместе с сознанием и боль отключилась, так хорошо стало.
Понимание, что такое настоящая боль именно после этого появилось, когда за гранью того, что человек может вынести, побывала.
Очнулась первый раз в реанимации, тоже от боли, но уже терпимой. Сумрак, комната вроде без окон или ночь, вокруг всё пикает,мигает и пищит, рядом на низкой каталке мужик весь в проводах и бинтах хрипит и подергивается. Может это бред был, его потом простынью накрыли и увезли.
Потом уже в палате в себя пришла, вот тут капец настал опять. Всё жжет и болит, горло пересохло, из под простыни слева и справа трубки до пола и в бутылку. Потом бутылки заменили на пакетики специальные. Шевельнуться боюсь, спина онемела, язык как не мой во рту. Лежала и потихоньку плакала. От страха. Сильного, липкого, от осознания, что это ещё не всё, что впереди ещё много боли. Очень жить хотелось.Очень дочку, мужа, маму, сестер жалко было, если не смогу. И сил совсем не было, как будто разум не в теле жил, а в пустом мешке, из которого выхода нет. Пошевелиться, пальцы там согнуть, страх боли не давал, даже дышать страшно было, даже на помощь позвать. Только слезы сами текли.
Потом кто-то пришёл, поругал, что плачу, дал чуть воды, бутылочки убрал и разрешил поворачиваться хоть немного.
Эту неделю смутно совсем помню, полу явь, полу бред, обезболы вроде работали, а вот сознание плавало, может от наркоза, может просто психика отключала эмоции, чтоб не свихнуться.
Потом приходило много других врачей, что-то спрашивали, смотрели в папку, удивлялись, но мне ничего не понятно было на их врачебном языке, а спросить страшно было. Вдруг я безнадежна, мозг решил, что про это лучше не знать.
Сколько дней не ела, не знаю, но видимо долго. С привычных 46-47 кг стала 41, кожа аж повисла вся. Кишечник и раньше работал на отвали, а тут совсем послал, после промывания, разделения старых спаек и отрезания чего-то. Сказал, я эту вашу еду переваривать не буду. Вот пусть лежит и всё вокруг отравляет. И нефиг в меня всё это пихать было
Месяц провела тогда в палате. Впору было задуматься, как сама себе беду устроила, когда можно было в лёгкой форме за неделю. И дела все ушли на задний план сразу, как в лоб получила. Вот так и учимся.
Уже наверно три четыре состава в палате сменилось, а я всё лежу. Хоть от слабости еле встать могла, но как разрешили, стала ходить, под конец по коридору два километра уже нахаживала. Через силу, с повязками этими неудобными. От безделья посчитала количество плиток в коридоре, умножила на размер и получила длину в одну сторону. Ходила и считала, сколько раз туда обратно. Чтоб спаек было меньше. Зарядку по утрам трясущимися конечностями делала, на выдержке только. Сам шов хорошо заживал, быстро, а вот отверстия от трубок никак. Всё сочилась оттуда прозрачная жидкость. Заклеивали всё это каждый день по два раза, и всё равно утром лужа на кровати. От лейкопластыря уже аллергия жуткая, вокруг вся кожа воспалялась и чесалась капец как.
Доктору моей через неделю после операции уехать надо было надолго, а её рекомендации ещё один курс антибиотиков провести почему-то не применили, наверно, жалели, думали само заживёт. Говорили, потому что мясо не употребляете в пищу, не зарастает. Так домой и поехала я, с дырками. Сама за месяц перевязывать их научилась.
Правда, домой не на долго я попала. С радости домашней жареной картошки как покушала, что снова в больницу, в хирургию, с непроходимостью. Опять боль, страх, что снова разрежут и понимание, что уже нет и не будет сил на восстановление. Паника, почти истерика была, вены все и без того плохие, тут вообще отказались уколы принимать, по двенадцать раз кололи и потом звали какого-то мастера, если был кто на дежурстве. Но спасли, не разрезали. И ещё курс антибиотиков провели, дырки прямо за два дня затянулись. Хирурги, они честные люди, прямо говорят. Спасибо им. Посыл "не жрать" усвоен на пять с плюсом. Каждый раз, как с непроходимостью попадала к ним, это слышала. Тут до любого дойдёт. Вот и не жру, очень действенный есть для этого у меня аргумент.
Восстановление после всего этого заняло очень долгое время. Может года через три только стала замечать, что уже без труда все делается. До этого только на упертости и выдержке. И ещё на желании не пугать и так напуганных близких. Не показывать, как тяжело даётся любая активность, как наглухо изматывают любые мероприятия и праздники. Это было моё состояние, и втягивать в него своих дорогих и устраивать вокруг себя танцы с бубнами, это вот совсем не моё. Всё разговоры на эту тему старалась пресекать, даже сейчас не просто об этом писать, а тогда вообще психика отказывалась это ворошить. От простой домашней работы усталость была, как от тяжкого труда.
И очень долго восстанавливался вес. Строжайшая диета со мной навсегда, и она набору веса не способствует. Ну и двигаюсь я по традиции, очень много. Тоже все запасы сгорают на лету. Но я, блин, живу! И очень этому радуюсь каждый день. И стала крепче, ввдержаннее, дисциплинированее. Ещё раз стала после всего этого совсем другой. И не могу сказать, что в худшую сторону. И научилась быть действительно благодарной людям, которые спасают других. И стала понемногу учится любить и беречь себя. И думаю, что этот урок был не в наказание. Иногда надо нас хорошо так пнуть, чтоб глаза открылись в новый мир.
И уже могу говорить спасибо за испытание. Спасибо.
И тем кто сейчас там, или только оттуда говорю, держитесь. Это можно и нужно пережить. Ради себя, своей будущей жизни, своих близких. Если успели спасти, значит это знак, что этому миру вы нужны.
Будьте благодарны ему и всё постепенно наладится.