Максим Горький был страстным собирателем всего восточного — в его квартире-музее есть портрет а-ля Рерих. У него была большая коллекция мелкой пластики из слоновой кости — нэцке, дьявольские шары, разные статуэтки. Картины он тоже собирал. Из-за одной из них страшно донимал Нестерова, буквально забрасывал его письмами с просьбой продать портрет умирающей от туберкулеза девушки. Он считал, что не встречал еще в искусстве, чтобы так опоэтизировали смерть.
Художник Павел Корин, который был учителем живописи Надежды Пешковой, невестки Горького, в конце концов убедил Нестерова. И теперь этот портрет, и еще один пейзаж Нестерова можно тоже увидеть в музее. Правда, мне кажется, что им там не очень хорошо – они прямо напротив окна висят :(
У Горького, кстати, в коллекции были даже «Каджары» — мега-популярная иранская живопись, моду на которую ввел в своей время Петр Щукин. Про них тоже будет отдельная история!
Друзья знали про его увлечение Востоком – подарили ему смешные табуретки в виде слонов (не во всех странах знали, как они выглядят, поэтому у них вот таки ослиные хвосты и собачьи уши). Ему и мебель в восточном стиле дарили – и она тоже есть здесь.
