Как-то незаметно пролетели полтора десятка лет с тех пор, как вступил в силу федеральный закон «О полиции». Тем, кто успел подзабыть, как он появился, напомним.
В июле 2010 года Госдума неспешно обсуждала поправки к закону «О милиции». И вдруг 6 августа тогдашний президент Медведев на совещании по вопросам реформирования МВД предложил переименовать милицию в полицию и предоставить законопроект «О полиции» для всеобщего обсуждения в Интернете.
«Нам нужны профессиональные люди, сотрудники, которые эффективно, честно и слаженно выполняют свою работу. Поэтому я считаю, что пришла пора вернуть органам правопорядка их имя - полиция».
Милиция же, по его мнению, со времён Октябрьской революции подчёркивала «народный, рабоче-крестьянский характер» сотрудников правоохранительных органов. Подразумевалось, что обновлённые органы правопорядка станут лучше во всех аспектах.
Безусловно, идея с полицией родилась не спонтанно, а базировалась на многочисленных предварительных обсуждениях и консультациях. А вот кто первым вбросил её и непосредственно принимал участие в судьбоносном решении - остаётся лишь предполагать. По крайней мере, ещё в январе 2010 года на заседании Ассоциации юристов России с участием главы МВД Рашида Нургалиева председатель Счётной палаты РФ Сергей Степашин впервые сообщил о том, что милиция исчезнет, а на смену ей придёт профессиональная полиция. Буквально было заявлено следующее:
«Милиции общественной безопасности, насколько я знаю - её больше не будет. И, наверное, создание профессиональной полиции - это решение абсолютно правильное».
Уже 7 августа 2010 года МВД России на сайте «Законопроект.ру» сообщило, что милиции больше не будет. И представило в открытом доступе с возможностью комментирования проект соответствующего закона, призванного заменить ФЗ «О милиции». До этого, заметим, ни профессиональное, ни экспертное сообщество (не говоря уже о простых гражданах) об этой инициативе не ведали, что называется, ни сном ни духом. Но зато теперь ( неслыханное дело!) её вынесли на всенародное обсуждение.
Его результаты, казалось бы, пыл реформаторов должны были сильно остудить.
10 августа 2010 портал Superjob.Ru опубликовал результаты опроса, согласно которому 57 % опрошенных выступили против переименования; при этом 85 % заявили, что смена названия не отразится на работе милиции.
По данным опроса фонда «Общественное мнение» 52% респондентов к идее переименовать милицию в полицию отнеслись с безразличием, 33% – отрицательно и только 11% – положительно.
Опрос ВЦИОМ показал, что 63 % опрошенных не верят в изменение работы милиции после переименования; 15 % считают, что станет только хуже; в положительные результаты верит лишь 11 %.
При этом противники и скептики привели следующие основные аргументы против переименования: финансовые затраты; негативные исторические ассоциации с оккупантами («полицаи»); нечто западное и чуждое российской культуре.
Как и предполагалось, негативно оценили идею представители КПРФ. В частности, Геннадий Зюганов заявил, что «на счету царской полиции множество расстрелов, жестоких расправ и преследований тех, кто думал иначе». Накануне голосования в первом чтении в Госдуме он высказался иронично:
«Как теперь будет называться городское отделение полиции? ГОП. А ГАИ, похоже, будет называться «Гоп-стоп».
А вот тогдашний председатель Совета Федерации Сергей Миронов горячо поддержал идею.
Глава МВД Нургалиев заявил, что не видит негативного смысла в слове «полицейский», хотя признал, что тема переименования является «дискуссионной» и «требует осмысления».
Любопытно мнение милицейских экспертов-профессионалов. Один из разработчиков проекта закона «О милиции» генерал-майор милиции в отставке Владимир Овчинский посчитал смену названия ненужной, назвав её «игрой в фантики». Он повторил основные аргументы, а также отметил, что теперь правозащитники смогут говорить о построении «полицейского государства».
Ему вторил военный эксперт Владислав Шурыгин:
«Думать о том, что переименование что-то изменит, на мой взгляд, очень наивно. Дело в том, что существует система, которая уже выстроилась, и переименованием её не изменить. С таким же успехом можно переименовать наш АвтоВАЗ в концерн BMW. Но что изменится?»
Вот мнение члена комитета Госдумы по безопасности Алексея Волкова:
«Сути название не меняет. Сейчас МВД и так выполняет те функции, которые во всём мире называются полицейскими. Траты на переименование будут огромные - бланки, вывески и т. д.»
А вот наиболее распространённые мнения представителей народа, который был «против»:
«Конечно, в условиях благополучного и богатого общества слово «полиция» может не вызывать такого отторжения. Например, когда большая часть населения представляет средний класс. Там полиция - это одно. А у нас идёт латентная, неявная гражданская война. Отчуждение многих слоев населения от государства на самом деле уже трудно усилить. Потому что оно и так достигло высокого уровня. Тем не менее, как говорится, «нет предела совершенству». Такими действиями всегда можно перейти грань, которую вроде и не собирался переходить».
«Думается, что президенту просто «нашептали» этот проект, вряд ли он сам это затеял. В любом случае, этого не следовало бы делать. Потому что в данном случае получается конфронтационная, а не консолидирующая инициатива».
Такой скепсис вполне объясним: слово «полиция» у нашего народа всегда вызывало отнюдь не лучшие ассоциации. В этом плане показательна позиция братьев-белорусов, которую чётко озвучил министр внутренних дел республики Иван Кубраков:
«Для белорусского народа, пострадавшего в годы Великой Отечественной войны от предателей, слово «полиция» неприемлемо».
К тому же было совершенно непонятно, почему переименование должно улучшить качество работы стражей порядка. Ну хотите осуществить какие-то реформы, делайте их под старым названием, кто вам мешает?
Не выдерживает никакой критики и аргумент ряда государственных деятелей, утверждающих, что новое название звучит более профессионально. А что, разве советская милиция была непрофессиональна? В ней не было коррупции, а сейчас - это повсеместно распространённое явление, и сменой названия эту проблему не решить. Сила советской милиции была в подборе кадров, там не было (или почти не было) случайных людей, а нынешним служителям закона народ зачастую просто не доверяет.
Тем не менее, несмотря на критику со стороны определённых слоёв общества и ряда оппозиционных политических партий, 10 декабря 2010 года законопроект был принят Госдумой в первом чтении, а 28 января 2011 года — в заключительном. За принятие закона высказались только единороссы: 314 депутатов поддержали закон, 131 высказались против, воздержавшихся не оказалось.
Думается, если бы волеизъявление народа имело легитимную силу (как, например, голосование в Думе), то у этого законопроекта шансов на успех не было бы никаких. Но народ, судя по всему, спросили лишь для проформы, поскольку голоса многочисленных критиков, убеждённых в бессмысленности переименования, не были услышаны. А оппозиционеров-думцев, заявлявших, что потребные для реализации этой идеи 2 миллиарда (на самом деле потом потратили куда больше) можно израсходовать на что-то более нужное, послали по известному адресу. В общем, как зачастую у нас водится, новоявленные «революционеры» действовали по старому проверенному принципу: «Мы посовещались, и я решил».
Главной фишкой реформаторов была её антикоррупционная составляющая. Предполагалось очистить ряды стражей порядка от скверны, проведя тотальную переаттестацию и сократив ряды органов МВД на 20%. На самом деле сократили на 22%, причём за бортом оказалась масса высококлассных профессионалов, по каким-то причинам не устраивавших своё начальство. Пресловутое сокращение штатов облегчило жизнь преступникам без погон: многие сельские районы остались без участковых, а крупные города – без необходимого количества сотрудников патрульно-постовой службы. Кроме того, закрылся ряд специализированных учебных заведений, что не могло не повлиять на качество подготовки полицейских.
При этом один из главных идеологов реформы тогдашний министр МВД Рашид Нургалиев в ходе встречи с личным составом своего ведомства торжественно заявил: «Вот там, за моей спиной, в прошлом, остались взяточничество, злоупотребления служебными полномочиями, коррупция и весь негатив. Нет его сегодня!».
Начал ли к тому времени сколачивать свой миллиард благополучно прошедший аттестацию полковник Захарченко, широкой публике неизвестно. Но уже в полицейскую бытность на счету доблестных стражей порядка образовался чуть ли не весь Уголовный кодекс: кражи, грабежи, злоупотребления служебным положением, вымогательства.
На сей счёт имеется официальная статистика. Так, например ( это следует из доклада генпрокурора РФ Игоря Краснова для Совета Федерации), в 2020 году из 10 879 должностных лиц, уличённых в коррупции, 17,4% составили сотрудники правоохранительных органов – это 1897 человек, из них 22 руководителя территориальных подразделений.
P.S. Знаковая (и неоднозначно воспринятая) реформа поставила жирный крест на одном из последних системных атрибутов советской эпохи - на «пролетарской» милиции. Постепенно это словечко народ стал подзабывать. А те, кому сейчас менее тридцати лет от роду, и вовсе милиционеров почти не помнят, искренне считая, что у нас всегда полицейские охраняли порядок...
На мой взгляд, эти две субстанции вообще нельзя сравнивать - это как две разные планеты! В сегодняшних полицейских реалиях такие понятия, как «люди», «права», «честь», «достоинство», «совесть», «участие», «ответственность» и т.п., зачастую воспринимаются служителями правопорядка скептически: для них сейчас главное - слово начальника, приказ, отчётность и желание заработать деньги. Причём в этом нет вины полицейских - это следствие того, что повсеместно происходит в ведомстве и в стране.
Немного подслащу горькую полицейскую пилюлю. По своим личным наблюдениям могу сказать, что полицейские стали более опрятными и дружелюбными, а цифровизация устранила многие конфликтные ситуации. Это несомненный плюс. Вот только горько осознавать, что мы уже не увидим советского милиционера с его человечностью и душевностью - сейчас только официоз и формальности...
Мои последние публикации на канале:
Подписывайтесь на мой канал! Проявляйте уважение к автору и друг к другу, воздерживаясь от откровенных оскорблений, хамства и мата в комментариях!