Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Сегодня стала свидетелем сцены, которая не выходит у меня из головы

Бизнес-зал аэропорта. Место, где всё заточено под комфорт и пунктуальность. На лежаках у окон невозможно спать — спина затекает через пятнадцать минут. Но она спала. Маленький мальчик, лет шести, стоял рядом и тряс её за плечо. Сначала тихо: «Мама, вставай». Потом громче. Потом отчаянно, взрослые начинали оборачиваться, а мама не просыпалась. Он кричал: «Мама, проснись! Мама, нам надо идти!». Подошла администратор. Начала будить её вдвоём с ребёнком. Я встала. Подошли другие люди — мало ли, вдруг человеку плохо, вдруг это не сон, а потеря сознания. Женщина в хорошей одежде, сумочка Gucci, новый iPhone. Но ей было хорошо. Она была пьяна. Мертвецки, беспробудно. Я видела это состояние раньше, но здесь оно ударило особенно сильно, потому что рядом стоял её сын. Я не думала раньше, что проблема женского алкоголизма стоит так остро. Пока не столкнулась с ним много раз. Не в новостях, не в передачах про «синюю» — а в своей работе. И что страшно — не имеет значения ни образование, ни с

Сегодня стала свидетелем сцены, которая не выходит у меня из головы.

Бизнес-зал аэропорта. Место, где всё заточено под комфорт и пунктуальность. На лежаках у окон невозможно спать — спина затекает через пятнадцать минут.

Но она спала.

Маленький мальчик, лет шести, стоял рядом и тряс её за плечо. Сначала тихо: «Мама, вставай». Потом громче. Потом отчаянно, взрослые начинали оборачиваться, а мама не просыпалась. Он кричал: «Мама, проснись! Мама, нам надо идти!».

Подошла администратор. Начала будить её вдвоём с ребёнком. Я встала. Подошли другие люди — мало ли, вдруг человеку плохо, вдруг это не сон, а потеря сознания. Женщина в хорошей одежде, сумочка Gucci, новый iPhone.

Но ей было хорошо.

Она была пьяна. Мертвецки, беспробудно. Я видела это состояние раньше, но здесь оно ударило особенно сильно, потому что рядом стоял её сын.

Я не думала раньше, что проблема женского алкоголизма стоит так остро. Пока не столкнулась с ним много раз.

Не в новостях, не в передачах про «синюю» — а в своей работе. И что страшно — не имеет значения ни образование, ни социальный уровень, ни возраст, ни интеллект.

Сотрудница склада. Простая женщина. Не вышла на работу, пропала на неделю. Мы волновались, звонили, думали — вдруг что серьёзное. Вернувшись, сказала, что сильно болела. А вскоре я нашла её спящей в кладовке. Пьяной в стельку, среди коробок. У неё сын, 12 лет. Дома один. Ждёт маму, которая ушла на работу. А она спит в кладовке.

Администратор салона. Я вспоминаю её до сих пор с тупой болью, ибо она была прекрасна. Красивая, стройная, спортивная. Умная. А потом она уснула прямо во время рабочего дня. Я не сразу поняла, думала — давление, переутомление. Но это была водка.

В новом городе, в новом салоне. Девушка на ресепшен. Пьёт крепкое пиво прямо на рабочем месте, не прячась, потому что в какой-то момент мозг перестаёт оценивать риски. Потом спит в хлам на кушетке для посетителей. Это видео прислала мне моя же клиентка. Ладно, хоть, постоянная и лояльная. А у этой молодой девушки-администратора, которая отработала всего неделю - сын-дошкольник.

Менеджер учебного центра в 2018 году. Я узнала о ней от покупательницы, случайно. Та пришла в магазин и застала картину: менеджер спит пьяная на рабочем месте. Пока я была в отпуске. Она перессорила весь коллектив, я думала — характер. Нет, это зависимость, которая уничтожает личность.

Руководитель отдела продаж. Острый ум, образование, опыт, на собеседовании — просто бриллиант. Через 10 дней пропала. Коллектив переживал — вдруг несчастье. А я уже знала, научилась распознавать этот почерк. Пробили через общих знакомых — прежний работодатель лечил её у нарколога. Ребёнок в младших классах.

Видите закономерность?

Ребёнок. Везде — ребёнок. Женщина пьёт не в вакууме. Рядом часто есть маленький человек, для которого мама — это весь мир.

Это ужасно. Потому что это не кино про маргиналов из подворотни. Это женщины, которые учились, управляли отделами, вели переговоры, делали карьеру. И до какого-то момента были даже лучше многих — красивее, успешнее. А потом их повело.

Я не пью алкоголь. Вообще никакой и никогда. Это не моральная позиция и не воспитание — просто выбор. Когда меня начинают уговаривать, могу нагрубить в ответ. Мне всё равно, пьют другие или нет — если они при этом в адеквате.

Можно же пить адекватно! Не опускаясь до запоев, не засыпая на лежаке в аэропорту с маленьким сыном, который трясёт тебя за плечо и боится, что ты никогда не проснёшься.

А если уж опустилась — надо лечиться. Это взрослое решение, никто не заставит. Спасать против воли — бесполезно. Но этот мальчик в бизнес-зале. Его лицо, когда он понял, что проснувшаяся мама не помнит, где она. Вот этот взгляд.

Я не знаю, что с ними стало. Успели они на рейс или нет. Очухалась она в самолёте или её просто вывели в комнату. Но эту сцену я запомню надолго.

Если вы когда-нибудь были свидетелем чего-то похожего — расскажите. Молчать об этом и делать вид, что женский алкоголизм — это удел социального дна, опасно. Он среди нас. И он спит на неудобном лежаке, пока 6-летний ребёнок учится быть взрослым.