Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Странная любовь

... Небесный свод встряхнет пророк Илья,
Опохмелит грозою - рабское сословье,
Исчерпанное барскою любовью -
Насильной, но которой до Ея...

Старые песни про Главного

... Небесный свод встряхнет пророк Илья,

Опохмелит грозою - рабское сословье,

Исчерпанное барскою любовью -

Насильной, но которой до Ея...

А после - долго будут голосить

О том, как славно при царе Иване жили.

И в памяти тщедушной хоронить

Не идолов - лишь не-мощь прежней гнили!

Даниил Гжебовский

1876г.

«А потом - началось самое смешное ... »
«А потом - началось самое смешное ... »

Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой.

Ни слава, купленная кровью,

Ни полный гордого доверия покой,

Ни темной старины заветные преданья

Не шевелят во мне отрадного мечтанья.

Но я люблю — за что, не знаю сам —

Ее степей холодное молчанье,

Ее лесов безбрежных колыханье,

Разливы рек ее, подобные морям;

Люблю дымок спаленной жнивы,

В степи ночующий обоз

И на холме средь желтой нивы

Чету белеющих берез.

С отрадой, многим незнакомой,

Я вижу полное гумно,

Избу, покрытую соломой,

С резными ставнями окно;

И в праздник, вечером росистым,

Смотреть до полночи готов

На пляску с топаньем и свистом

Под говор пьяных мужичков.

Михаил Лермонтов

1841 г.

На ладони — карта, с малолетства Каждая проставлена река, Сколько звезд ты получил в наследство, Где ты пас ночные облака. Был вначале ветер смертоносен, Жизнь казалась горше и милей. Принимал ты тишину за осень И пугался тени тополей. Отзвенели светлые притоки, Стала глубже и темней вода. Камень ты дробил на солнцепеке, Завоевывал пустые города. Заросли тропинки, где ты бегал, Ночь сиреневая подошла. Видишь — овцы, будто хлопья снега, А доска сосновая тепла. И. Эренбург 1938г.
На ладони — карта, с малолетства Каждая проставлена река, Сколько звезд ты получил в наследство, Где ты пас ночные облака. Был вначале ветер смертоносен, Жизнь казалась горше и милей. Принимал ты тишину за осень И пугался тени тополей. Отзвенели светлые притоки, Стала глубже и темней вода. Камень ты дробил на солнцепеке, Завоевывал пустые города. Заросли тропинки, где ты бегал, Ночь сиреневая подошла. Видишь — овцы, будто хлопья снега, А доска сосновая тепла. И. Эренбург 1938г.

#говорим по-русски #уроки совести #странная любовь