Алиса осторожно свесилась с балкона, вслушиваясь в голоса внизу. Мать что-то яростно доказывала отцу, и по интонации было понятно, что спор идет нешуточный. Девушка подтянулась и бесшумно вернулась на балкон, обдумывая ситуацию. Так, матушка снова «обрабатывает» отца, значит, пробраться мимо них незамеченной точно не получится. Придется спускаться по водосточной трубе, как в старые добрые времена.
Алиса ткнула ногой в металлическую поверхность трубы, проверяя ее надежность. Вроде ничего, конструкция казалась крепкой и способной выдержать ее вес. Как хорошо, что она предусмотрительно сделала несколько дубликатов ключей от машины. Ночью, когда она в состоянии сильного алкогольного опьянения въехала в забор, отец в очередной раз конфисковал у нее ключи. Ободрав ладонь и больно стукнувшись коленкой о выступ стены, она наконец спустилась на землю.
Тихо, стараясь не шуметь, девушка подошла к открытому окну гостиной. Из комнаты доносились взволнованные голоса родителей, обсуждающих ее будущее.
— Валера, если ты немедленно не предпримешь каких-нибудь мер, то однажды мы просто лишимся дочери, — голос матери дрожал от напряжения.
— Маш, ну что я могу сделать? — растерянно ответил отец.
— Я не знаю! Валера, это ты ее так избаловал, потакая всем капризам.
— Ты и должен остановить это безумие, пока не стало слишком поздно, — настаивала мать. — Ее нужно выдать замуж, пусть за нее муж отвечает и контролирует поведение. Отец невесело рассмеялся, словно услышал самую нелепую шутку в своей жизни.
— Ну, ты придумала! Скажи, ты знаешь кого-нибудь, кто согласится стать ее мужем? Она же любого в могилу сведет своим характером. Алиса, стоя под окном, тихонько усмехнулась, но тут же снова стала серьезной.
Мать сказала такие вещи, от которых настроение девушки резко упало, сменившись раздражением.
— Валера, послушай, я предлагаю тебе посмотреть кандидатов среди своих коллег или друзей, — продолжала Мария. — Мы отдадим ей часть бизнеса, потом решим, какую именно долю. Ты же понимаешь, сейчас многие клюнут на деньги, а ты их всех знаешь в лицо, чтобы не попался какой-нибудь прохиндей.
— Я всегда был против таких браков по расчету, но в последнее время Алиса переходит все возможные рамки, — задумчиво произнес отец. — Я не буду ничего обещать прямо сейчас, но я подумаю над твоим предложением.
— Подумай, Валера. Не хотелось бы проснуться от звонка с сообщением, что ваша дочь в морге, в тюрьме или еще где-нибудь в подобном месте.
— Спит она сейчас? — тихо спросил отец.
— Не знаю. Надеюсь, что да. Должна же она хоть когда-то уставать от своих бесконечных приключений.
Голоса удалились, и Алиса поняла, что родители пошли в спальню, завершив разговор. Она выпрямилась, стряхивая с одежды пыль, и позволила себе выдохнуть.
— Замуж, значит... Ну что ж, посмотрим, кто кого переупрямит в этой игре, — прошептала она себе под нос. Девушка быстро добралась до своей машины, села за руль и выскочила за ворота особняка, наслаждаясь свободой.
Понятно, что сейчас отец услышит звук мотора и отправит за ней охранников, но Алиса всех их знает лично. Она также прекрасно знает, как от них уйти, используя лазейки в графике патрулирования. Минут через пять езды она услышала нарастающий рев двигателя позади. Ее на большой скорости начал обгонять здоровый черный мотоцикл, сверкая хромированными деталями.
Он почти коснулся борта ее машины, и Алиса в испуге резко затормозила, едва не вылетев на встречную полосу. Мотоцикл рванул вперед и скрылся за крутым поворотом дороги, оставив после себя облако пыли.
— Гад, чтоб тебе семь раз перевернуться на этом корыте! — выкрикнула она в пустоту, чувствуя, как адреналин пульсирует в висках. Она втопила педаль газа в пол и уверенно направила машину в сторону центра города.
Через пару минут тот самый мотоцикл уже висел у нее на хвосте, настойчиво требуя внимания.
— Что тебе надо? Ты кто вообще такой? — возмутилась девушка, теряя терпение. Алиса остановилась у знакомого бара и сразу направилась к мотоциклисту, который тоже притормозил рядом. Парень заглушил двигатель и неторопливо снял шлем, открывая лицо.
— Простите, это вы мне обращаетесь? — переспросил он, слегка опешив от ее напора.
Алиса замерла, разглядывая незнакомца. Парень оказался очень даже симпатичным, с уверенным взглядом и легкой усмешкой на губах.
— Тебе. Ты чего следишь за мной по пятам? — потребовала она ответа, скрестив руки на груди. Парень усмехнулся шире, отчего стал поразительно похож на голливудскую звезду из рекламного ролика.
— Вы себе льстите, девушка. Я бы никогда не стал тратить свое драгоценное время на такую, как вы.
— И еще, воспитанные люди не переходят на «ты» при первой встрече, тем более в таком тоне, — добавил он холодно. Она осталась стоять с открытым ртом, пораженная его наглостью, а парень спокойно направился к входу в бар. Внутри у Алисы все клокотало от возмущения и обиды. Она с минуту постояла на месте, собираясь с мыслями, а потом, пнув колесо его мотоцикла, понеслась следом в заведение.
Парень сидел в дальнем углу зала и с аппетитом ел большой салат, делая вид, что никого вокруг нет. Алису перехватили ее друзья, которые уже успели занять столик, поэтому не получилось высказать сразу все то, что она о нем думала. Через час незнакомец был все еще там, спокойно допивая свой напиток. Алиса уже хорошо выпила и решила, что пришла пора показать этому выскочке, кто здесь главная.
Она решительно направилась к его столику, но тут ее кто-то громко окликнул со стороны входа. Она отвлеклась, а когда, сделав полуоборот на каблуках, повернулась обратно, то за столиком уже никого не было. Ей сразу стало скучно и одиноко, и Алиса громко заявила друзьям: «Хочу веселья!». Захмелевшие приятели были готовы на любой кипиш, лишь бы Алиса не свалила домой раньше времени.
Им было важно, чтобы она не ушла, потому что платить за банкет тогда будет некому, а прекращать праздник никому не хотелось.
«А давайте купаться!» — внезапно предложила Алиса, глядя на друзей вызывающим взглядом. Молодежь переглянулась с недоумением, оценивая погоду за окном.
«Ты че, Алис, на дворе конец сентября, вода ледяная», — попытался возразить один из парней.
— И что, боитесь, что ли? А ну, пошли! — командным тоном оборвала его девушка. И они гурьбой направились из бара, а хозяин заведения облегченно вздохнул, провожая шумную компанию взглядом. Купаться было решено в реке, причем Алиса настояла на том, что прыгать в речку нужно непременно с высокого моста. Ее товарищи притихли, понимая, что сломать шею в такой авантюре никто не хочет.
Алиса презрительно посмотрела на их нерешительность и, покачиваясь от выпитого, пошла одна на мост. Как только она скрылась в темноте пролета, все быстренько разошлись по домам, оставив ее одну. На середине моста ее встретил тот самый парень с мотоцикла, словно он знал, что она придет именно сюда. Алиса даже забыла, что решила сигануть с ограждения, чтобы всем доказать свою крутость и бесстрашие.
— Ты? Это снова ты? — удивленно выдохнула она, узнавая знакомый силуэт.
— Вы, — кратко ответил он, и его белоснежные зубы блеснули в свете фонарей. Он улыбнулся так обезоруживающе, что злость Алисы начала таять.
— Да какая разница! Ты меня преследуешь, признавайся, — обвинила она его, хотя в голосе уже не было прежней агрессии.
Она обернулась туда, где только что были ее друзья, но удивленно поняла, что они ее просто бросили одну.
— Хочешь кофе? — неожиданно спросил парень, нарушая тишину. Алиса почувствовала тонкий аромат свежесваренного кофе и поняла, что она очень, просто ужасно хочет горячего напитка.
— Хочу, — сама не поняв почему, честно ответила она.
Он показал рукой на бетонный парапет и протянул ей бумажный стаканчик. Девушка заметила, что из его рюкзака выглядывает горлышко термоса. Класс! Она даже зажмурилась от удовольствия, делая первый глоток. Парень присел рядом на холодный бетон, а Алиса предусмотрительно отодвинулась, сохраняя дистанцию.
Он рассмеялся, увидев ее осторожность.
— Если бы я был маньяком, я бы не стал тратить продукты на то, чтобы поить тебя кофе. Чего добро переводить? — пошутил он. Алиса фыркнула от смеха, потом заинтересованно посмотрела на него сквозь пар от стакана.
— И все-таки, кто ты такой на самом деле? — спросила она, чувствуя любопытство.
Он сделал вид, что кланяется, и шутливо представился.
— Простите, забыл представиться по форме. Степан. Только имя, без фамилий и регалий. Она снова рассмеялась, оценивая его чувство юмора.
— Информация исчерпывающая. Ну, а что вы хотите еще знать обо мне? Я обычный человек, без секретов.
Алиса протянула ему пустой стаканчик.
— А можно еще немного? — попросила она, чувствуя, как тепло разливается по телу. Внезапно Анна (так ее иногда называли близкие, хотя для всех она была Алисой) стремительно отрезвела. Она понимала, что еще никогда трезвой не бывала здесь, на этом мосту, ночью. Этот большой пешеходный мост построили не так давно, и наибольшей популярностью он пользовался у влюбленных парочек.
Алиса любовь считала дурью и обманом, поэтому обычно обходила это романтическое место стороной.
— Конечно, можно, — согласился Степан и снова присел рядом, наливая ей кофе из термоса.
— Все-таки, хоть осень и засыпает природу, это самое красивое время года, — философски заметил он. Алиса сейчас была полностью с ним согласна, любуясь отражением огней в черной воде реки.
Она с детства любила осень, только кроме бабушки это увлечение было никому не интересно в ее семье.
— А я, когда была маленькая, часто ездила к бабушке в деревню, — вдруг поделилась она воспоминаниями. — Папа тогда еще был обычным человеком, не таким строгим, а бабуля жила в своем доме. Как же там было красиво и спокойно.
— Я приезжала на осенние каникулы, когда листьев на деревьях оставалось совсем мало, — продолжила Алиса. — Но и их хватало, чтобы понять, какое яркое пламя горело на ветках всего неделю назад.
— А сейчас не ездите туда? — мягко спросил Степан.
— Нет, бабушку забрали в город к нам. Она сильно тосковала по дому и вскоре ее не стало, сердце не выдержало.
— А тот дом? Вы ведь теперь взрослые, можете самостоятельно туда поехать и навестить память, — предложил он. Она удивленно посмотрела на него, словно эта простая мысль никогда не приходила ей в голову.
— Странно, почему я сама до этого не додумалась раньше? — искренне призналась Алиса.
— А хочешь, я отвезу тебя завтра? Ну, чтобы тебе не скучно было одной в дороге, — смело предложил Степан.
— Хочу, — выпалила Алиса и сама не поняла, почему это сказала так быстро. У нее была своя машина, она прекрасно могла добраться сама, но на следующий день они уже мчали по направлению к деревне на его мотоцикле. Алиса и Степан провели незабываемый день, полный открытий и тихих разговоров.
Ей не хотелось материться, не хотелось напиться, она наслаждалась каждой минуткой этого странного путешествия. Рядом со Степой Алиса чувствовала себя какой-то нежной, уязвимой, какой-то очень маленькой девочкой. Вернулись они в город уже под вечер, когда небо окрасилось в багровые тона. Алиса была притихшая и задумчивая, совсем не похожая на себя вчерашнюю.
Степа остановил свой мотоцикл у ворот ее дома и заглушил двигатель.
— Ну что, пока? — спросил он, снимая шлем. Девушка улыбнулась ему теплой, настоящей улыбкой.
— Пока, — ответила она. А потом, повинуясь импульсу, поцеловала Степана и убежала в дом, не оглядываясь.
Утром ее разбудили громкие голоса. Отец кого-то отчитывал в своем кабинете, повышая тон. Он вроде спокойный с виду человек, но мог устроить такой разнос подчиненным в один момент, что стены дрожали. Алиса хотела закрыть глаза и доспать, но вдруг поняла, что выспалась. Ее не тошнило и не болела голова, как обычно бывает после бурных вечеринок.
Девушка вскочила с постели, накинула халат и вышла из комнаты, привлеченная звуками ссоры. Папа разошелся не на шутку, его голос гремел по всему дому.
— Ты что себе позволяешь, щенок? Ты для чего был нанят? Присматривать, а ты… — кричал Валерий Сергеевич. Алиса улыбнулась, предвкушая интересное зрелище.
«Может, попытаться спасти того, кого там отец распекает», — мелькнула мысль. Она открыла дверь кабинета.
— Доброе утро, пап, — бодро произнесла она. Мужчина осекся на полуслове, а Алиса замерла на пороге. Перед отцом стоял Степан, опустив голову.
— Ты? Ты что здесь делаешь? — Она никак не могла сообразить, что человек, который снился ей всю ночь, делает в восемь утра в кабинете у отца. Повисла напряженная пауза, в которой было слышно только тяжелое дыхание отца. Наконец Валерий Сергеевич заговорил, пытаясь взять себя в руки.
— Алиса, я закончу разговор и приду к тебе, — сказал он строго.
Но девушка и не собиралась уходить, чувствуя неладное. Она подошла к Степану, который избегал смотреть ей в глаза. Тот смотрел на Алису с какой-то тоской и виной.
— Степа, ты что, тебя нанял отец, чтобы присматривать за мной? Это правда? — тихо спросила она. Он молча кивнул, подтверждая ее худшие опасения.
На глазах девушки появились слезы обиды и разочарования.
— Но как же? Как же кофе на мосту? Как же наши беседы? Я же все тебе про себя рассказала, доверяла! — воскликнула она. Степан кашлянул, не находя слов для оправдания.
— Алис, это совсем другое и не имеет отношения к тому, что я работаю охранником, — попытался объяснить он.
— Не имеет? — горько усмехнулась она. — Это не имело бы значения, если бы ты мне сразу сказал, что ты «собачка» папы. Она повернулась к отцу, который в изумлении слушал ее монолог. Оказывается, его дочь не такая уж и черствая, как он привык думать.
Она умеет чувствовать боль предательства. Может быть, он погорячился, решив уволить этого парня прямо сейчас.
— Папа, зачем ты так со мной? Зачем ты ломаешь все хорошее? — Алиса выбежала из комнаты, захлебываясь слезами. Отец бросился за ней, а Степан крепко зажмурился, чувствуя себя последним негодяем. Но все было кончено.
Он хотел сегодня и все рассказать честно, и сразу уволиться, чтобы можно было встречаться с Алисой открыто. Он не понимал, почему Валерий Сергеевич так плохо отзывается о своей собственной дочери. Ведь она была прекрасна, умна и добра, несмотря на внешнюю шелуху. Он почему-то вспомнил, как в деревне Алиса случайно наступила на ящерицу, вернее, на ее хвост.
Хвост остался на земле, а ящерица убежала, спасая жизнь. Алиса тогда разрыдалась, как будто случилась вселенская катастрофа. Ему пришлось потратить полчаса, чтобы успокоить ее, а потом напомнить, что так обычно и бывает в природе. Алиса потом сама над собой смеялась, вытирая слезы.
— Я так испугалась за нее, что сразу забыла все свои проблемы, — говорила она тогда.
Теперь он к Алисе даже не подойдет, боясь причинить еще большую боль. И совсем не потому, что не хочет, а потому, что Алиса просто разговаривать с ним больше не станет. Девушка уехала из дома, отец ее не догнал, запыхавшись на лестнице. Вечером она не появилась, телефон был выключен.
Мария, ее мать, рыдала в гостиной, не в силах справиться с эмоциями.
— Господи, ну зачем ты вмешался? Степан хороший парень, и черт бы с ним, что не бизнесмен, — упрекала она мужа. — Может быть, у них что-то получилось бы, они подходили друг другу! Валера вскочил с кресла, не выдержав давления.
— Да ничего у них не получилось бы! Наша Алиска и он в принципе не могут быть вместе, это разные миры, — кричал он. — Она сумасшедшая, избалованная дрянь, которой плевать на всех окружающих. А он серьезный парень, на руках у которого больная мать, ему не до таких проблем.
— Да откуда тебе знать? Может быть, с ним она была бы другой, лучшей версией себя, — возразила Мария.
К утру позвонили из полицейского участка с просьбой, чтобы Валерий Сергеевич забрал дочь. Алиса утопила машину в реке, чуть не утонув сама в попытке ее спасти. Потом в участке она сломала полицейскому нос за неосторожное слово и заснула прямо в патрульном автомобиле. Через два дня она снова сбежала из-под домашнего присмотра.
Снова напилась до беспамятства, пытаясь заглушить боль. На этот раз она угнала чужую машину и каталась по городу, дразня полицейских и прихлебывая виски из горла. Валерий Сергеевич был вынужден посадить ее под строгий домашний арест и даже приставить круглосуточную охрану. А сам занялся активными поисками мужа для дочери, рассылая предложения партнерам.
Но даже учитывая то, что все знали про преданный бизнес семьи, а это были вполне приличные заводы по изготовлению напитков, никто даже не решился попробовать. Многие помнили случай, когда Алиса встречалась с парнем, а потом поймала его с подружкой. Утром их нашли на центральной площади, обнаженных, испуганных, связанных и перемазанных чем-то очень вонючим.
Кто-то явно помогал Алисе в этой акции, хотя за ее-то деньги можно было нанять профессионалов. Связать свою жизнь с такой отмороженной девушкой означало пойти на риск не проснуться как-нибудь утром. Вечером за ужином Валерий Сергеевич был мрачнее тучи. Мария испуганно посматривала на него, боясь лишнего слова.
Она любила мужа и чаще всего могла поставить его на место, успокоить или поспорить, но иногда лучше было его не трогать. Он отодвинул тарелку с нетронутым ужином и тяжело вздохнул.
— Значит так, у нас получается, что наша дочь, в которую мы вкладывали любовь и деньги на протяжении двадцати лет, просто никому не нужна, — начал он. — От нее шарахаются как от чумы, и я не вижу выхода.
— Скажи, Алиса, как ты себя чувствуешь в этом состоянии всеобщего отвержения? — обратился он к дочери. Алиса широко улыбнулась, демонстрируя полное безразличие.
— Отлично, папочка. Мне даже нравится быть изгоем, это так романтично, — язвительно ответила она.
— Ясно. Ну что ж, мне кажется, я знаю, что нужно делать радикального.
— За городом, километров в семидесяти, есть монастырь. Не просто монастырь, а трудовой, с строгим уставом, — объявил отец. — Там очень нужны рабочие руки для хозяйства. Люди там серьезные, заборы трехметровые с колючей проволокой.
— Кого туда привезешь, самостоятельно оттуда не вырвется, гарантирую, — продолжил Валерий Сергеевич. — Да, придется носить монашескую одежду, молиться, поститься и много работать физически. Я думаю, годик в такой обстановке пойдет тебе на пользу и прочистит мозги. Алиса смотрела на отца широко раскрытыми глазами, не веря услышанному.
— Папа, ты не сделаешь этого. Это незаконно и жестоко, — прошептала она.
— Сделаю. Было, конечно, желание выдать тебя замуж, но раз ты никому не нужна... — холодно отрезал он. Мария откошливалась, пытаясь найти слова для возражения.
— Валера, мне тоже кажется, что это слишком жестко для нашего ребенка, — вмешалась она.
— Все, разговор окончен. Решение принято, — твердо заявил глава семейства. Он хотел встать из-за стола, но на кухню заглянула взволнованная домработница.
— Валерий Сергеевич, там к вам пришли посетители, — сообщила она.
— Кто? В такое время? — удивился он.
— Ну, вы сами увидите. Он говорит, что пришел к вам и к Алисе одновременно.
— К Алисе? Днем? Ну, зови, посмотрим, что за чудо, — разрешил отец.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Степан. Он, смущаясь, протянул цветы Алисе и Марии, избегая взгляда Валерия.
— Я знаю, что не очень подхожу вашей дочери по статусу, но я буду много работать, — начал он сбивчиво. — Нам ничего не нужно от вас, я всего добьюсь сам своими руками. Алис, выходи за меня замуж.
Он встал на одно колено и протянул ей маленькую бархатную коробочку с кольцом.
— Ты прости меня, я хотел рассказать все в тот день, когда ты все услышала у окна, — говорил он, глядя ей в глаза. — Я же пошел на эту работу, не зная, какая ты на самом деле. Я поверил слухам, что ты и правда ненормальная, а ты оказалась лучшей из всех, кого я знал.
Алиса секунду смотрела на Степана, оценивая его искренность, а потом кинулась к нему на шею. Отец и мать сначала смотрели на эту сцену в полном изумлении, не ожидая такого поворота. Но затем они облегченно заулыбались, чувствуя, как камень падает с души. Они просто обняли Алису и Степана, благословляя их союз.