Европа годами обещает снизить зависимость от российского газа. Но статистика показывает другое: Испания резко нарастила закупки российского СПГ, а США откатились на третье место среди поставщиков. Рынок снова проголосовал объёмами, а не пресс-релизами.
Россия укрепляет позиции
Майские данные испанской Enagás показали сдвиг, который трудно списать на случайность. Испания импортировала из России 8 726 ГВт·ч сжиженного природного газа — против 5 505 ГВт·ч годом ранее. Доля российского топлива в структуре газового импорта выросла до 27,8%, пишет ТАСС.
Речь идет не о трубопроводном газе, а именно о СПГ — сегменте, который Европа после 2022 года активно перестраивала, рассчитывая заменить российские объемы поставками из США, Катара и других экспортеров.
Россия заняла второе место среди поставщиков газа в Испанию, уступив только Алжиру. США сместились на третью позицию. Для рынка это важнее политических заявлений: именно такие цифры определяют маршруты танкеров, загрузку терминалов и доходы экспортёров.
Почему Европа до этого докатилась
- Европа не смогла заменить российский газ одним источником. После резкого сокращения трубопроводных поставок континент начал собирать газовый баланс из нескольких направлений: Алжир, Норвегия, США, Катар и СПГ с глобального рынка. Полной замены «один к одному» не произошло.
- Испания — особый рынок. У страны развитая инфраструктура СПГ‑терминалов и высокая доля морского импорта. Это делает испанский рынок чувствительным прежде всего к цене и доступности грузов, а не к происхождению газа в политическом смысле.
- Американский СПГ — конкурент, но не монополист. США остаются крупным поставщиком СПГ в Европу, однако их грузы конкурируют на мировом рынке с Азией и другими покупателями. Когда спотовая экономика и логистика складываются иначе, европейские импортеры переключаются на альтернативные партии.
- Европейская политика и европейская энергетика — не одно и то же. Политическая цель «снижения зависимости» существует, но энергосистема работает в режиме ежедневного баланса: нужно обеспечить спрос, загрузить терминалы и не переплатить за каждый мегаватт‑час. В результате на рынке появляются решения, которые выглядят неудобно для публичной риторики, но рационально для закупщиков.
Что это значит для Европы в целом
Картина по Испании не означает, что Европа «вернулась к прежней модели». Трубопроводные потоки, структура контрактов и инфраструктура действительно изменились. Но она показывает другое: российский газ не исчез из европейского энергобаланса, а трансформировался в значительной степени в СПГ‑формат и продолжает конкурировать на общих рыночных условиях.
Ирония ситуации в том, что чем громче звучали заявления о полном отказе, тем внимательнее трейдеры считали стоимость доставки, регазификации и конечную цену для потребителя. Газовый рынок оказался менее идеологичным, чем политические дебаты вокруг него.
Подписывайтесь и высказывайте своё мнение. В следующих публикациях ещё больше интересного!