Луна готовилась отдохнуть; такая радость ей выпадала не часто, пару раз в год. Когда можно заняться своими женскими делами и не думать ни о чём.
С недавних пор стал я замечать за собой непреодолимое желание выть на Луну. Раньше это случалось только от больших душевных переживаний. Старым стал. Мысли стали посещать разные, да и оглох почти. Вроде и не жив. А завоешь — защекочет внутри, подпрыгнет сердце к самой пасти, а потом хлоп — и потекло тепло по жилам, побежала свобода по кровушке и на душе истома. Да и не вой это, а песня. Песня по ушедшей молодости. Воспоминания накатили. Помню, как попал я сюда щенком, махоньким, глупым. Мамка облизала меня в последний раз теплым языком и отошла; много нас у неё было, одним ртом меньше. И вот сижу я в свою первую ночь: страшно, запахи чужие, а в окне — Луна. Белая и жирная, как мамкино молоко. Вот тогда первый раз я и завыл. Слабенько так, тоненько. А та смотрит на меня круглым своим лицом и жалеет, а главное — слушает. Нет, на жизнь я не жалуюсь; любят меня, за ночные мои серенады не ругают. Добрые. А помнишь ту спаниелиху, вертлявую такую? Любила она подразнить, да хвостом вильнуть. Не подпускала, сучка. Да разве могла устоять перед таким, как я? Ну и пусть, что не породист; зато как ухаживал! Эх, детей, правда, наших утопили, а меня только на поводке с той поры выгуливали.
Тогда я пел тебе особенно проникновенно. Луна, как будто, подмигнула, опустила слегка веко, да так и залип её глаз на половинке; в глубокой задумчивости.
А помнишь, на Новый год хозяйка холодец варила? Знатный такой, с говяжьей ноги. В честь праздника кость мне перепала — мясная. Да гости стали собираться, ну и решил я её припрятать, от греха подальше. Народишко-то разный, голодный, так на еду накинулись, что к полуночи, кроме водки с шампанским, ничего и не осталось. А тут кость, да ещё с мясом… Хахаль хозяйский тискаться полез к ней, да на кость и наступил — крику было, суеты. Так и не попробовал я её; хахаль с собой унес. А я тогда тебе всю свою тоску излил — до хрипоты.
А Луна совсем закатилась, одна щелочка пробивается, вспоминает, наверное, но главное — слушает. Внимательно так. Смотрю, а она глаз свой совсем закрыла, веко тяжёлое опустила, да вроде уснула. Ну, а как? Она, хоть и Луна, но отдых и ей нужен. Сколько таких, как я, с ней самым сокровенным делится, но ведь самое главное, что она слушает и всё помнит. Она ведь женщина.
Автор: Татьяна Рамбе
Источник: https://litclubbs.ru/articles/62897-zatmenie-luny-glazami-staroi-sobaki.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: