Вернувшись в общежитие, Лика открыла галерею в телефоне. Ей захотелось удалить совместные фотографии с Валерием Игоревичем, чтобы ничего не напоминало о нём. Но внезапно она увидела то, что повергло её в шок: это были фото, сделанные вчерашним вечером.
На первом снимке Лика позировала на сером фоне возле лиственного комнатного растения и улыбалась. На ней был тот самый пиджак Андрея. Этот кадр её не смутил, так как всё смотрелось достаточно прилично. Но вот второй выглядел совсем иначе: там уже новоиспечённая модель под градусом позировала в расстёгнутом пиджаке, демонстрируя голое бедро. Там было ещё несколько таких пикантных снимков. А на последнем изображении Лика позировала в одних трусах и галстуке, прикрываясь руками.
Несмотря на креативность кадров, Лика, сразу испытав стыд, захотела их удалить. Во‑первых, ей не хотелось лишний раз наткнуться на эти фотографии, и она не видела смысла их хранить. А во‑вторых, девушка предполагала, что их может кто‑нибудь украсть и опубликовать в интернете. Ей этого не хотелось. Поэтому фото всё же отправились в корзину, и после этого начинающая артистка вздохнула с облегчением.
Тут же ей пришло сообщение от Леры:
— Мы всё выяснили. Чебурашка нанял детектива, который во всём разобрался.
Потом подруга в переписке рассказала, что же произошло с ней на самом деле. Как‑то раз вечером она вместе с Олесей села пить чай. Подруга добавила снотворное Лере в напиток, и та выпила, ни о чём не подозревая: ведь лекарство совсем не чувствовалось в чае, и, к тому же, она давно знала Олесю и не ждала от неё какого‑либо подвоха.
Наконец, когда Лера заснула, Олеся вместе с приятелем положила её в машину, а потом они поехали к реке. Оказавшись на месте, они с.б.р.о.с.и.л.и девушку с моста.
Олеся надеялась, что её подруга не п.о.г.и.б.н.е.т: таким образом ей хотелось устранить соперницу. Дело в том, что она была влюблена в парня Леры по прозвищу Чебурашка и тайно мечтала занять её место. Но, к счастью, всё пошло не по плану, и Лера выжила. Теперь Олесе грозят годы тюрьмы.
А в это время Валерий Игоревич случайно наткнулся на группу в сети, которая была посвящена его бывшей девушке Лике Размаховой. Сообщество называлось «Подслушано: королева Гитиса», и на его аватарке красовалась Лика в зелёном платье и короне. Всё началось с того, что он увидел в группе «Подслушано университета» пару строк о паблике и ссылку. Испытывая любопытство, он перешёл по ней в надежде, что это прольёт свет на причину его внезапного расставания с Ликой.
Первое сообщение оказалось таким:
«Ликуйте, девочки! Наша Королева бросила Алеева! Я вас не обманываю, инфа сотка. Я — человек из близкого окружения нашей королевишны, мне можно доверять. Девчонки, налетайте, пока Валерка свободен!С одной стороны, она очень гадко с ним поступила: бросила его ради именитого продюсера Сабурова, легла под него. Но, с другой стороны, девочка приняла верное решение — сбежала туда, где деньги и новые возможности. Это всё же лучше, чем нестабильные отношения с преподом.Ну сами посудите: что он ей может дать? У него вроде есть однушка в Подмосковье и старенький ретромобиль. А у Андрюшки Сабурова целый этаж квартир выкуплен в Сити, да ещё и особняк на Рублёвке. У него миллионы долларов на счетах и связи — с ним Лика взлетит по карьерной лестнице.Да, они с Алеевым любят друг друга, но что толку от этой любви? Пройдёт пара‑тройка лет, и их чувства угаснут, оба поймут, что они разные люди, и разойдутся».
Валерий не поверил ни единому слову, решив, что это наглая клевета.
«Нет, она не могла так поступить. Моя Лика не такая», — подумал Алеев.
Он продолжил листать страницу. Там была фотография, где Лика и Валерий танцуют в парке на первом свидании.
Алеев сжал кулаки и нахмурил брови — ему было неприятно это читать. Он нашёл создательницу группы, некую Ангелину Самсонову, с аватаркой, на которой красовалась Бритни Спирс времён нулевых годов, и написал ей, наплевав на свою обычную вежливость, галантность и привычку обращаться ко всем на «вы»:
«Ангелина, хватит распространять о нас мерзкие слухи. Прекрати лезть в чужую жизнь, которая тебя не касается. Займись своей жизнью, учёбой, работой и не трать время на всякую х.е.р.н.ю. Пожалуйста, удали группу».
Но шли минуты, а ответ всё никак не приходил. А потом загадочная Ангелина почему‑то заблокировала его. Алеев решил сообщить обо всём ректору.
Чуть позже Валерий позвонил Лике, но её телефон был выключен. Тогда он решил пойти в общежитие, надеясь найти её там. Оказавшись на пороге здания, он увидел Лику, выходящую из общежития. На ней было вечернее платье вишнёвого цвета средней длины с разрезом на бедре и открытыми плечами. На шее красовался чокер с жемчугом, её волосы были собраны в высокую причёску, образ дополнял макияж со стрелками и помадой в тон платья. В руке девушка держала чёрный клатч.
— Ты зачем пришёл? — резко проговорила она.
— Лика, нам надо поговорить, — ответил Алеев.
— О чём? Мы же всё обсудили.
— Лика, я понимаю: ты решила со мной расстаться, потому что о нас ходят слухи, — предположил он.
— Какие слухи? О чём вы, Валерий Игоревич? — холодно спросила она.
— Ну, про тебя группу создали. Там обсуждают наш роман.
— Про меня? Группу?
О существовании группы о себе Лика не знала и впервые услышала об этом от Алеева.
— Да. Сообщество называется «Подслушано: королева Гитиса».
— Впервые об этом слышу. Но последние сплетни о нас были ещё в первом семестре.
— Об этом я не знал. Но группа ведётся уже три месяца — с начала наших отношений.
— Мне очень жаль, — вздохнула она. — Но я думаю, шумиха скоро утихнет. Мы же теперь не вместе.
— Лика, давай снова будем вместе, — предложил он.
— Нет. Я не могу, — проговорила она.
— Ты всё‑таки переживаешь из‑за сплетен?
— Нет. Я к этому уже привыкла, — ответила Лика.
Это была не совсем правда. Лику всё‑таки встревожила новость о группе, но она виду не подала, предпочитая держать дистанцию с Алеевым.
— Ну тогда в чём дело?
— Знаешь… — задумчиво произнесла она. — В любви, как в шахматах: проигрываешь партию — теряешь королеву.
С этими словами она направилась к чёрному автомобилю, где её ждал личный водитель, цокая каблуками по асфальту. Глаза Алеева округлились от удивления: он провожал взглядом фигуру Лики и не понимал, что с ней происходит. А фраза про шахматы и любовь, сказанная бывшей возлюбленной, застряла у него в голове и часто повторялась, словно заезженная пластинка.
А Лика тем временем поехала на конкурс красоты, где, помимо неё, ещё участвовали Лера и Анжела. Она встретилась с ними в холле концертного зала, и обе девушки были в вечерних платьях чёрного цвета.
— Мы с Лерой решили выпить по горячему шоколаду. Тебе тоже взять? — спросила Анжела.
— Да, — ответила Лика.
С этими словами подруги направились к автомату, а тем временем Лика сидела на скамейке и ждала их. Наконец они появились с коричневыми стаканчиками в руках. Лера протянула один из них Лике.
Все выпили по стаканчику. Девушки отправились за кулисы, и в гримёрке Лике стало плохо — она побежала в туалет. Уже в уборной королева университета поняла, что точно не будет участвовать в этом конкурсе, так как не может встать с у.н.и.т.а.з.а. Конкурс должен был начаться через три минуты, и она понимала, что за это время точно не сможет прийти в себя.
Лика сразу же написала организатору мероприятия, объяснила ему ситуацию, чувствуя себя очень неловко, и сообщила, что снимает свою кандидатуру с конкурса.
Она провела в уборной очень долго и не могла понять причину своего плохого самочувствия.
«Может, это отравление?» — подумала Лика.
Потом она вернулась в общежитие. Лика была очень расстроена из‑за того, что не смогла участвовать в конкурсе. Она вспомнила, что Валерий рассказывал про какую‑то группу, посвящённую ей, и вбила её название в поиск. Сразу высветилось единственное сообщество с таким названием.
Лика стала читать то же, что недавно прочёл Алеев. У неё на глаза наворачивались слёзы, а мем с о.р.а.л.ь.н.ы.м с.е.к.с.о.м её задел больше всего, ведь это была наглая ложь. Лика всегда зарабатывала оценки честно: как и все, перед поступлением проходила прослушивание, готовилась к экзаменам. Она вовсе не была блатной студенткой — Алеев старался справедливо оценивать её навыки.