Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
НЕЗРИМЫЙ МИР

Муж твердит, что денег нет. Но я же знаю, сколько он зарабатывает

— Гуляла? На такси небось деньги потратила? Сама платить будешь, я в этих тратах не участвую. И вообще, это ненормально — ходить по ночам одной. — Конечно, сама, — спокойно ответила Алина, проходя в спальню и начиная складывать свои вещи в дорожную сумку. — И за квартиру в следующем месяце я тоже платить не буду. — Я купила билеты в театр на субботу, Вадим. На «Мастера и Маргариту». — Зачем? Я же говорил, у нас сейчас нет лишних денег. — Я купила их на свои деньги, Вадим. С личной карты. Тебе не нужно ничего платить. — Все равно не пойду. Я устал за неделю, в субботу планировал в гараж сходить, там у Сани карбюратор барахлит, надо помочь. Хочешь — иди сама. — «Иди сама»? Мы женаты три года, Вадим! Мы нигде не были с июля. Ни одного кафе, ни одного кинотеатра, вообще ничего мы не посетили! Только работа и дом. — Ну и что? Дома телевизор есть, диван удобный. Зачем деньги на ветер выбрасывать на эти гл..пые спектакли? — Деньги на ветер? Ты получаешь в два с половиной раза больше меня! Поч
— Гуляла? На такси небось деньги потратила? Сама платить будешь, я в этих тратах не участвую. И вообще, это ненормально — ходить по ночам одной.
— Конечно, сама, — спокойно ответила Алина, проходя в спальню и начиная складывать свои вещи в дорожную сумку. — И за квартиру в следующем месяце я тоже платить не буду.

— Я купила билеты в театр на субботу, Вадим. На «Мастера и Маргариту».

— Зачем? Я же говорил, у нас сейчас нет лишних денег.

— Я купила их на свои деньги, Вадим. С личной карты. Тебе не нужно ничего платить.

— Все равно не пойду. Я устал за неделю, в субботу планировал в гараж сходить, там у Сани карбюратор барахлит, надо помочь. Хочешь — иди сама.

— «Иди сама»? Мы женаты три года, Вадим! Мы нигде не были с июля. Ни одного кафе, ни одного кинотеатра, вообще ничего мы не посетили! Только работа и дом.

— Ну и что? Дома телевизор есть, диван удобный. Зачем деньги на ветер выбрасывать на эти гл..пые спектакли?

— Деньги на ветер? Ты получаешь в два с половиной раза больше меня! Почему мы до сих пор делим каждую копейку пополам?

— Потому что это честно, Алина. Мы оба работаем, оба пользуемся квартирой, оба едим продукты.

Почему я должен платить больше только потому, что моя работа оценивается выше? Я свои деньги трудом зарабатываю, а не нахожу на улице.

— Честно? А когда у тебя два года назад были проблемы, и ты получал гроши, я платила за аренду, покупала продукты и ни разу не упрекнула тебя!

Я не считала, кто сколько съел!

— Это было другое время. Тогда мы выживали, был кризис. А сейчас все стабилизировалось. Зачем ворошить прошлое?

Алина разозлилась:

— Стабилизировалось для кого? Для тебя? Ты откладываешь себе на карту круглые суммы, покупаешь запчасти в гараж, а я всю свою зарплату отдаю за половину аренды и коммуналки! У меня на себя ничего не остается!

— Так найди работу получше, кто тебе мешает? — Вадим даже не оторвал взгляда от экрана телефона. — Я же не виноват, что в твоей конторе платят копейки.

Ты просто развиваться не хочешь, Алин.

Алина стояла посреди гостиной и ничего не понимала. Куда делся тот внимательный, щедрый парень, за которого она выходила замуж три года назад?

***

Выходные проводить с опостылевшим мужем Алине не хотелось, поэтому она напросилась в гости к подруге.

— Я просто перестала его узнавать, — жаловалась Алина. — В первый год наших отношений он был невероятным.

Дарил цветы без повода, устраивал свидания, возил меня за город.

Когда мы поженились, он полностью взял на себя все крупные расходы. Я работала, но свои деньги тратила на себя, ну и по собственному желанию покупала продукты домой, какие-то мелочи.

Я чувствовала себя действительно за каменной стеной.

— И когда все сломалось? — спросила подруга.

— На второй год брака. У него начались проблемы на работе, сократили зарплату, начались задержки.

Мы еле сводили концы с концами. Тогда я сама предложила делить расходы пополам, пока все не наладится.

Мне хотелось поддержать его, показать, что мы команда…

А вышло видишь как…

— А он на шею сел?

— Именно. Сел и ножки свесил! Прошло больше года, его повысили, дела пошли в гору, сейчас его доход в два с половиной раза превышает мой.

Но система «пополам» никуда не делась.

Мы продолжаем делить аренду квартиры, коммуналку и даже чеки из супермаркета до последнего рубля.

— Подожди, он реально высчитывает копейки?

— Буквально вчера прислал мне скриншот чека из магазина. Там сумма три тысячи четыреста рублей. И подпись: «С тебя 1700».

Причем в чеке были его любимые пельмени, которые я вообще не ем, и пойло, которое он пьет в гараже.

Когда я ему об этом сказала, он обиделся. Назвал меня мелочной.

— Какой кошмар... А как же поездки, отдых? Вы ведь раньше так любили путешествовать…

— Никуда не ездим с лета. Вообще никуда. Даже в кино не можем сходить. Он постоянно твердит, что денег нет.

Но я же знаю, сколько он зарабатывает! Просто ему лень. Все выходные он проводит либо на диване перед телевизором, либо у себя в гараже.

Машина для него — культ, туда он деньги не жалеет. А на меня, на нашу совместную жизнь — жалко.

Алина углубилась в воспоминания. Наверное, трещину их отношения дали полтора года назад.

Вадим только начал оправляться от кризиса, его перевели на новую должность, и он пригласил ее в ресторан, чтобы отпраздновать.

Алина тогда радовалась за него, думая, что тяжелые времена позади, но в конце ужина Вадим просто положил чек между ними и сказал:

— Ну что, делим пополам? Мне сейчас нужно долги закрывать.

Алина тогда растерялась, но послушно достала карту.

Она оправдывала его тогда, жалела, верила, что все наладится…

А не наладилось…

***

В прошлую пятницу вечером конфликт вспыхнул с новой силой.

Алина вернулась домой уставшая, а Вадим уже сидел на кухне, изучая что-то в телефоне.

— Алин, ты купила сыр? — спросил он, даже не поздоровавшись.

— Да, купила. А что?

— Я посмотрел в приложении банка, там списание по карте на две тысячи.

Мы же договаривались брать обычный сыр по акции, а ты опять взяла этот дорогой, с плесенью. Я за него платить половину не буду.

— Вадим, я купила этот сыр исключительно для себя. Тебе не нужно за него платить.

— Но мы же договаривались вести общий бюджет!

Если ты тратишь деньги на деликатесы, у тебя в конце месяца не останется на твою долю за аренду квартиры. И мне опять придется за тебя докидывать?

— Докидывать? — Алина разозлилась. — Вадим, ты слышишь себя? Ты за три года хоть раз за меня докинул?

Я всегда плачу вовремя, даже когда мне приходится занимать у мамы!

А ты вернул мне те деньги, которые я платила за аренду одна, пока ты полгода сидел без работы и искал вакансию мечты?

— Это было другое время, Алин! Зачем ты постоянно вспоминаешь то, что было? Тогда мы из ямы выбирались, а сейчас нужно думать о будущем, копить.

— Копить на что? На твою новую зимнюю резину? Или на очередной набор инструментов для гаража?

— Машина — общая, между прочим! Если она сломается, как мы будем продукты возить?

— Мы возим продукты из магазина в пяти минутах ходьбы от дома, Вадим! Для этого не нужен внедорожник и новая резина за шестьдесят тысяч.

Мы ни разу за эти полгода не выехали на ней за город. Ты используешь авто только для того, чтобы доехать до своего гаража и посидеть там с друзьями!

— Ты ничего не понимаешь в экономии, — махнул рукой Вадим и ушел в комнату.

В субботу Алина все же решила пойти в театр. Надела свое любимое платье, которое не доставала из шкафа больше года, сделала макияж и прическу.

Вадим лежал на диване в растянутых спортивных штанах и играл в телефоне.

— Я ухожу, Вадим, — сказала она, обуваясь в прихожей.

— Угу, — не отрывая глаз от экрана, отозвался муж. — Ключи не забудь. И это... хлеба купи на обратном пути. Только чек сохрани, потом посчитаем.

Алина в этот момент она осознала важную вещь — у нее больше не было мужа. Рядом жил просто сосед по комнате, с которым она делила быт, да и то пятьдесят на пятьдесят.

Ничего не ответив мужу, она развернулась и вышла из квартиры.

Спектакль был великолепным, но Алина почти не следила за сюжетом. Она сидела в полутемном зале, глядя на сцену, и напряженно думала.

Наверное, так и стоит поступить. Нужно просто уходить, потому что дальше будет только хуже.

***

Она вернулась домой около одиннадцати вечера. Вадим все так же лежал на диване, в комнате было темно, горел только экран телевизора.

— Где ты моталась? — недовольно спросил он, приподнимаясь на локте. — Спектакль идет два часа, а тебя не было четыре. И хлеб забыла купить?

— Я гуляла, Вадим. Одна. Хотела побыть на воздухе.

— Гуляла? На такси небось деньги потратила? Сама платить будешь, я в этих тратах не участвую. И вообще, это ненормально — ходить по ночам одной.

— Конечно, сама, — спокойно ответила Алина, проходя в спальню и начиная складывать свои вещи в дорожную сумку. — И за квартиру в следующем месяце я тоже платить не буду.

— Это еще почему? — Вадим зашел в спальню, недоуменно глядя на то, как жена складывает свои платья. — Снова твои капризы?

— Потому что я подаю на развод и съезжаю к маме. Прямо сейчас.

— Да ты с ума сошла! — Вадим сделал шаг вперед, но остановился. — Из-за каких-то билетов в театр устраивать такой цирк? Ты ведешь себя как истеричка!

— Нет, Вадим. Дело вообще не в театре. Ты получаешь приличные деньги, но тебе просто жалко тратить их на меня. Именно на меня, Вадь!

Тебе лень сделать шаг ради меня. Мне надоело быть твоим финансовым партнером по аренде жилья, соседом — кем угодно! Я хочу быть женой, понимаешь?

— Да кому ты нужна со своими претензиями? — выкрикнул он, теряя самообладание. — Ты думаешь, найдешь кого-то, кто будет тебя полностью содержать?

Сейчас все так живут! Партнерские отношения — это норма!

— Возможно. Но для меня это ненормально. Все, Вадь. Разговор окончен.

Алина застегнула молнию на сумке, вызвала такси и вышла из квартиры. Вадим даже не попытался ее остановить — только дверь на замок закрыл...

***

Развод прошел быстро, так как делить супругам, несмотря на систему равных долей, оказалось практически нечего.

Алина долго восстанавливала свое душевное равновесие, но больше так и не смогла довериться мужчинам, предпочитая жить одна, а Вадим быстро нашел себе новую сожительницу, которая без лишних вопросов согласилась оплачивать половину его расходов.