Сегодня имя Измаила Срезневского знакомо, пожалуй, только языковедам. Между тем это одна из самых масштабных фигур отечественной науки XIX века. Его главное достижение — создание первого фундаментального словаря древнерусского языка. А еще Срезневский занимался полевыми исследованиями, читал лекции в Санкт-Петербургском университете и воспитал целое поколение лингвистов. Рассказываем о человеке, внесшем существенный вклад в развитие отечественной школы славистики.
Одаренный юноша из Ярославля
Исма́ил (ударение на втором слоге) родился 13 июня 1812 года в Ярославле, в семье профессора словесности Демидовского училища Ивана Евсеевича Срезневского. Иван Евсеевич был глубоко верующим человеком из рода священников, и именно он дал сыну библейское имя, означающее «слышит Бог».
В 1819 году Срезневский-старший умер, и мать с детьми перебралась в Харьков, где мальчик сначала получал домашнее воспитание, а затем поступил в местный университет. Ему было всего четырнадцать лет, но в те времена минимальный возраст студентов еще не был установлен. Исмаил изучал право, но тянулся к языкам с такой страстью, что его научные интересы определились задолго до получения диплома.
В 1833 году, когда Срезневскому был всего двадцать один год, вышел первый выпуск его главного фольклористического предприятия — сборника «Запорожская старина». На протяжении шести лет, до 1838 года, он выпускал один сборник за другим, публикуя малоросские исторические песни, думы, предания и легенды о казацкой вольнице, о Хмельницком, о борьбе с татарами и поляками.
Это был довольно смелый шаг: дело в том, что фольклор в те времена не вызывал такого же восторга как сейчас и считался, скорее вредным контентом. В сказках и песнях часто встречались крепкие выражения, насмешки над начальством и даже крамольные политические высказывания. Цензоры запрещали подобные публикации от греха подальше и человеку, который хотел делать карьеру следовало держаться от фольклора подальше.
Однако Срезневский, кажется, неплохо для себя справился с этим вызовом: исследователи находят в его фольклорных публикациях следы редактирования. Собранные сказки он просто отправлял в архив Русского географического общества, которым впоследствии воспользовался Александр Афанасьев.
Начало славистики
При этом научный интерес к славистике начал формироваться как раз в 30-е годы XIX века и без изучения фольклора он был бы неполноценным. В 1835 году в некоторых университетах открываются кафедры истории и литературы славянских наречий, в том числе в Санкт-Петербургском и Харьковском университетах.
Это была совершенно новая область знания — без устоявшихся методов исследования, без готовых инструментов анализа. Многое приходилось создавать с нуля: и подходы к изучению текстов, и принципы описания языка, и саму научную традицию. Срезневский стал одним из тех, кто стоял у самых истоков этой дисциплины в Российской империи.
Сказки, которые стали афанасьевскими
Параллельно с «Запорожской стариной» Срезневский собирал и другой материал — народные сказки. Он понимал, что живая устная традиция исчезает на глазах, что каждое десятилетие уносит с собой сюжеты и образы, которые потом могут забыться. Его полевые записи стали частью того огромного общего дела, которое чуть позже завершил Александр Николаевич Афанасьев.
Когда Афанасьев в 1850-е годы начал работу над своим знаменитым сводом «Народные русские сказки», он опирался на рукописные материалы из самых разных источников — из архивов Географического общества, от частных собирателей, от коллег. Среди этих источников были и записи Срезневского: часть собранных им сказок вошла в афанасьевский корпус, который по сей день остается фундаментальным памятником русской фольклористики.
Молодой доктор
В 1839 году (ему было только 27 лет) Срезневский защитил докторскую диссертацию на кафедре политической экономии и статистики и занялся тем, что его действительно интересовало — языком. Он отправился в большую научную командировку по славянским землям. Три года он провел в Чехии, Словакии, Словении, Хорватии, Сербии, Болгарии, побывал в Германии и Скандинавии. Путешествовал пешком, читал рукописи в монастырях, беседовал с местными учеными, изучал живые диалекты и исторические памятники. Вернувшись осенью 1842 года, Срезневский занял в Харькове новую кафедру славистики.
А пять лет спустя, он получил кафедру славистики в Петербургском университете и начал читать лекции по истории русского языка и славянской филологии. Его лекции пользовались популярностью: он умел говорить о средневековых документах с большим воодушевлением. Как ученый он был весьма плодовит, он написал массу статей, публиковал тексты из церковных библиотек, например, «Задонщину». Его перу принадлежит также методические работы, такие как «Мысли об истории русского языка» и «Об изучении родного языка вообще и особенно в детском возрасте». Впрочем, не обошлось и без курьезов: в одной публикации он исследовал чешскую Краледворскую рукопись, не зная, что этот «древний документ» — подделка его современника Вацлава Ганки.
Словарь как подвиг
Но главное дело его жизни было иным — он работал над словарем. «Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам» — это название сухое и академическое не передает того, чем этот труд является на самом деле. Срезневский собирал материал к нему десятилетиями. Он читал летописи, грамоты, жития, юридические документы, переводные тексты, церковнославянские рукописи — и выписывал слова. Каждое слово с контекстом, с указанием источника, с датировкой, с параллелями из других языков.
К концу жизни он накопил сотни тысяч карточек. Сам словарь вышел уже после его смерти — с 1893 по 1912 год — в трех огромных томах. По сей день это один из важнейших инструментов в руках каждого, кто изучает историю русского языка. Лексикографы, историки, литературоведы — все они обращаются к Срезневскому. Его словарь цитируют просто по фамилии: «у Срезневского», «по Срезневскому» — и специалист сразу понимает, о чем речь.
В 1861 году Срезневский исполнял должность ректора Санкт-Петербургского университета. Его научные заслуги были признаны во многих странах. Его учениками были такие известные ученые и деятели образования, как Владимир Ламанский, Александр Пыпин, Антон Будилович, братья Николай и Петр Лавровские. В 1880 году тайный советник (4-й класс в Табели о рангах) Срезневский скончался и был похоронен в родовом имении Срезнево.
Подписывайтесь на канал «История. Вопросы и ответы», чтобы не пропустить новые публикации!