Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вопрос? = Ответ!

Как звали героинь пьесы Антона Павловича Чехова «Три сестры»?

Знаете, бывает такое странное чувство, когда перечитываешь классику и вдруг понимаешь — а ведь ничего, по сути, не изменилось. Люди всё так же мечтают о призрачном счастье, задыхаясь в рутине провинциальных будней. Чехов, конечно, был тем ещё мастером тонкого психологизма, умевшим парой фраз вывернуть душу наизнанку. Его пьеса, написанная на заре двадцатого века, до сих пор заставляет нас задаваться вопросом: почему же так трудно просто начать жить? Но прежде чем пускаться в философские дебри, давайте вспомним базу. Если вы вдруг забыли или просто решили освежить память перед походом в театр, то ответ лежит на поверхности, но за именами этими скрываются целые миры. Героинь звали Ольга, Маша и Ирина. Казалось бы, обычные имена, но в контексте чеховской драмы они звучат как три разных аккорда одной печальной мелодии. Ольга Прозорова — самая старшая из сестер. Честно говоря, её жаль больше всего. Она на своих плечах тащит весь груз ответственности за семью, работая в гимназии. Она — олице
Оглавление

Знаете, бывает такое странное чувство, когда перечитываешь классику и вдруг понимаешь — а ведь ничего, по сути, не изменилось. Люди всё так же мечтают о призрачном счастье, задыхаясь в рутине провинциальных будней. Чехов, конечно, был тем ещё мастером тонкого психологизма, умевшим парой фраз вывернуть душу наизнанку. Его пьеса, написанная на заре двадцатого века, до сих пор заставляет нас задаваться вопросом: почему же так трудно просто начать жить? Но прежде чем пускаться в философские дебри, давайте вспомним базу.

Так всё-таки, как звали героинь пьесы Антона Павловича Чехова «Три сестры»?

Если вы вдруг забыли или просто решили освежить память перед походом в театр, то ответ лежит на поверхности, но за именами этими скрываются целые миры. Героинь звали Ольга, Маша и Ирина. Казалось бы, обычные имена, но в контексте чеховской драмы они звучат как три разных аккорда одной печальной мелодии.

Ольга Прозорова — самая старшая из сестер. Честно говоря, её жаль больше всего. Она на своих плечах тащит весь груз ответственности за семью, работая в гимназии. Она — олицетворение долга, который медленно, но верно выжимает из человека все соки. Уставшая, вечно занятая чужими проблемами, она — тот самый корень, на котором держится дом, пока он окончательно не развалится.

Мария (Маша) Кулыгина — натура страстная и, пожалуй, самая несчастная в своей скуке. Выйдя замуж в восемнадцать лет за учителя Колю, которого когда-то считала невероятно умным, она быстро осознала свою ошибку. Её любовь к Вершинину — это как глоток свежего воздуха в душной комнате, который, увы, заканчивается лишь новым разочарованием.

Ирина — младшая, и её трансформация самая болезненная. В начале пьесы она вся такая воздушная, грезит о работе и Москве («В Москву! В Москву!» — ох, сколько в этом выкрике боли!). А к финалу? К финалу перед нами предстает женщина, осознавшая, что её мечты разбились о быт, как хрупкий фарфор о кафельный пол.

Почему важно знать, как звали героинь пьесы Антона Павловича Чехова «Три сестры»?

Понимаете, в чём фокус? Эти имена — не просто строчки в программке. Чехов через них показывает три стадии женской судьбы в условиях застоя. Глядя на них, невольно задумываешься: а не сидим ли мы сами в своей «провинции», ожидая поезда, который никогда не придет?

И не стоит забывать про Наташу — их невестку. Хоть она и не входит в титульную троицу, именно она становится тем «серым кардиналом», который постепенно выживает интеллигентных и мягкотелых сестер из их собственного дома. Это такой контраст, что просто диву даешься.

В общем, перечитывая или пересматривая это произведение, мы каждый раз находим в Ольге, Маше и Ирине частичку себя. И дело тут вовсе не в именах. Но если вас спросят на светском рауте или на экзамене: «Как звали героинь пьесы Антона Павловича Чехова «Три сестры»?», вы теперь точно не ударите в грязь лицом. Главное — помнить, что за буквами стоят живые, страдающие и искренне надеющиеся на лучшее люди. А Москва... Москва у каждого своя, и, к сожалению, далеко не каждый до неё доезжает. Такие вот дела?