Какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе?

Знаете, когда мы сегодня открываем книгу или смотрим мелодраму, нам кажется совершенно естественным, что герои плачут, страдают от неразделенной любви или просто любуются закатом. Но так было далеко не всегда. В XVIII веке в России литература была дамой строгой, затянутой в корсет классицизма. Всё должно было быть по линеечке: долг превыше всего, разум побеждает чувства, а если ты пишешь стихи, то изволь воспевать победы империи. И вот тут-то, на рубеже веков, всё перевернулось с ног на голову.

Погружение в историю: Какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе?

Ох, это было время перемен! Если спросить любого филолога-первокурсника: «Какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе?», он, не моргнув глазом, выпалит имя Николая Михайловича Карамзина. И будет абсолютно прав. Карамзин был тем самым смельчаком, который решил, что пора бы уже перестать говорить только о царях и полководцах. Он обратил взор читателя на обычного человека, на его внутренние терзания и, простите за пафос, движения души.

Ну, серьезно, до его «Бедной Лизы» мало кто верил, что крестьянки тоже умеют любить. А оказалось — еще как умеют! Именно это произведение в 1792 году буквально взорвало книжный рынок того времени. Люди зачитывались историей любви дворянина Эраста и простой девушки Лизы до дыр, а потом толпами ходили к Симонову монастырю, чтобы поплакать у пруда, где, по сюжету, погибла героиня.

Почему именно он?

Карамзин не просто принес новый жанр, он переделал сам русский язык. До него писали тяжело, пафосно, используя кучу церковнославянизмов. Николай Михайлович же сделал слог легким, «французским», живым. Глядя на его тексты, понимаешь, что он не побоялся бить в самое сердце. Он ввел в обиход слова, без которых мы сегодня как без рук: «влюбленность», «впечатление», «трогательный».

Размышляя о том, какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе, нельзя забывать и о его «Письмах русского путешественника». Это же был настоящий блог того времени! Карамзин ездил по Европе и делился не цифрами и фактами, а своими личными ощущениями. Право слово, это был настоящий прорыв — сделать субъективное мнение центром повествования.

Конечно, кто-то может сказать, что сентиментализм — это сплошные «ахи» и «охи». Но ведь именно благодаря этому направлению в нашей литературе появился Психологизм с большой буквы. Мы научились сопереживать, чувствовать тончайшие нюансы настроения. И пускай сегодня «Бедная Лиза» кажется кому-то наивной, без неё не было бы ни Пушкина с его Татьяной, ни Тургенева, ни Достоевского.

Так что, если вас вдруг спросят в компании или на экзамене, какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе, смело называйте Карамзина. Человек, который научил Россию плакать над страницами книг, определенно заслуживает того, чтобы его помнили. В конце концов, разум — это хорошо, но сердце-то у нас одно, и оно требует настоящих чувств. Какой писатель стал родоначальником сентиментализма в русской литературе, если не тот, кто первым во весь голос заявил: «И крестьянки чувствовать умеют!»? Вот то-то и оно.