Давно у нас не было обращения к великим богатствам искусства Китая. Я успела соскучиться по Поднебесной, надеюсь, и вы тоже.
Друзья, сегодня предлагаю вам историю человека, который не мог похвалиться благородным происхождением или дарованным официальным статусом (а на момент жизни и творчества этого мастера, в Китае уже 700 лет бытовало твердое убеждение, что истинную живопись может создавать только тот, кто обладает возвышенной человеческой природой и свободен от необходимости зарабатывать искусством на жизнь), кого можно назвать «самородком», а ученые эстеты- современники поначалу признавали лишь невероятным трудягой и способным имитатором классических работ древних художников.
Дамы и господа, сегодняшний наш герой - Цю Ин (или, в старых российских изданиях - Чоу Ин), родился в семье простой и бедной, в одном из округов Сучжоу - города, от изысканной красоты которого захватывает дух и сегодня, - предположительно, в 1494 году. Как сыну небогатых людей, ему пришлось начинать свой трудовой путь с того, что красил стены, двери и карнизы домов. Что ж, мои читатели знают, что подмастерьем маляра работал, в начале своей жизни, например, Юдель Пэн. И хотя скромному мальчику из еврейского местечка не удалось достичь тех высот славы, на которые история и судьба подняли, за сотни лет до него, маленького китайского маляра, но зато великими стали ученики Пэна, а мы с вами согласимся, что талант пробьет себе дорогу из любых трущоб и в любые времена.
Сучжоу, на тот момент, уже был крупным торговым и культурным центром. Сучжоусская управа подчинялась напрямую императорскому Двору, и в городе работали превосходные художники, как местные, так и известные всей империи.
И наш трудяга Цю Ин, через некоторое время, сумел стать учеником именитых мастеров. Признаться, на него изначально не возлагалось особых надежд, именно потому, что он не мог похвалиться ни принятым в том кругу прекрасным образованием - эрудицией и владением каноничными литературными и философскими трудами (и комментариями к ним), ни знанием классических музыкальных произведений, и так далее; он не обладал, разумеется, и изящными светскими манерами. Его невысокое социальное положение, казалось, вытесняет молодого художника из эстетского круга местных живописцев, оставляя Цю Ину только скромную нишу копировальщика старинных мастеров. Тем не менее, хочу вам напомнить, друзья, две вещи: во-первых, В ЛЮБОМ виде искусства присутствует очень много ремесла, и нет такого (хорошего) художника, каким бы прогрессивным и оригинальным он ни был, который на заре своей деятельности не снимал бы копии с работ мастеров прошлого; а во-вторых, в китайской культуре, весьма консервативной по сути своей, хорошее копирование древних - не «подделка» и не «подражание», а практически, посвящение великим предкам, собственной многотысячелетней истории искусства, и сохранение связи времен.
У выходца из бедной семьи не было влиятельных патронов или природного навыка, как бы мы сейчас сказали, самопрезентации (каким обладал, например, западный современник Цю Ина, блистательный Альбрехт Дюрер), но был незаурядный интеллект, экстраординарное, даже для китайца, трудолюбие и бесспорный талант. Да, он начал со скрупулезного изучения техники знаменитых мастеров древности. Но вскоре Цю Ин мог с такой степенью точности копировать их картины, что его имитации принимали за подлинники даже самые искушенные собиратели живописи.
В конце концов, его стали приглашать в дома известных коллекционеров не только для того, чтобы скопировать или отреставрировать старинные картины, но и написать свои.
Взгляните повнимательнее, друзья, на эту максимально детализированную работу. На картине изображен пейзаж на окраине города с горами и реками, поздней осенью. Крыши традиционных павильонов наполовину скрыты в горных рощах и струящихся облаках. В центре картины изображены покатые горы, а на переднем плане - река, окаймленная красными кленами, на которой мужчина в свободной одежде удит рыбу с небольшой лодки. Под навесом внутри играет ребенок, что добавляет сюжету нежности - и снимает мотив одиночества.
Композиция и колорит придают картине впечатляющий и завораживающий эффект. Современник-коллекционер отметил, что эта работа дарит зрителям ощущение приподнятости и беззаботности.
Итак, Цю Ин, постепенно и вдумчиво, создавал свой собственный стиль, которым впоследствии так восхищались интеллектуалы-книжники, - несмотря на тот факт, что он, по-прежнему, зарабатывал себе на хлеб только живописью, то есть, всецело зависел от вкусов и требований своих заказчиков и покупателей.
Через некоторое время Цю Ин уже повсеместно считался великолепным мастером изображения пейзажа с людьми в технике гунби - «тщательной кисти» - и зрители отмечали его манеру изображать специфическую атмосферу и особый ландшафт для создания «реального впечатление присутствия божеств».
Я покажу вам еще пару работ, на одной из них изображен сам заказчик, коллекционер Сян Юаньцы в образе отшельника, обладающего высокими нравственными принципами (это было высшей хвалой для ученого в те времена). На этой картине написан реальный, земной пейзаж.
И еще один пейзаж, на этот раз, мистический.
Сегодня, дамы и господа, мы только начали знакомство с замечательным художником, одним из «Четырех великих живописцев династии Мин», надеюсь, он привлек ваше внимание, и его работы вам понравились. Вскоре мы вернемся к его творчеству, и я покажу вам две его самых известных работы, одну из которых можно увидеть и в Москве.
А пока - благодарю за уделенные время и внимание, друзья, приятных вам праздников!