Подружки еще в четверг договорились о походе в бар. Неделя выдалась тяжелая. Бухгалтерию трясло — шла аудиторская проверка. Не дай Бог, если выплывала самая мизерная ошибка, главбухша шипела на подчиненных, обзывая всех подряд тупыми дурами и обещая разобраться с ними попозже.
Девочки — Жанна и Лиза — громко радовались, шутливо подтрунивая над Ольгой, которая, пригорюнившись, сидела за своим столом. Эта девочка была как-то по-королевски красивая и характер имела схожий. Не выносила унижений. Особенно трудно было оторвать взгляд от ее глаз — точно глубокие чистые озерца, в глубине которых вспыхивали солнечные блики. Все портили три неровных шрама, тянувшиеся от бровей до самых губ. Все знали, что Ольга копит деньги на пластическую операцию, чтобы отделаться от них. Как ни близки были подружки, но тайну шрамов не знали и они, между собой считая, что достались они девушке от какой-то из партнерш многочисленных Ольгиных ухажеров.
Бар распахнул двери приветливо и весело. В зале сверкала, переливаясь разными красками, цветомузыка. Гремела какая-то новомодная песня, под которую лихо отплясывал танцпол. Было жарко и тесно. Но девчатам удалось найти свободный столик, и они сразу же заказали себе по коктейлю. Когда спиртное разлилось по венам, глаза подруг заблестели, и они стали шумно обсуждать прошедшую неделю и ее главную героиню — бестию главбухшу, обещавшую всех лишить премии, если ей не понравится акт по итогам аудиторской проверки.
— Вот стерва, — с чувством проговорила Лиза, — чтоб она провалилась. Одни беды от нее.
А Жанна вдруг добавила:
— Девочки, ввиду того, что пришли мы сюда по горестному поводу, предлагаю заказать по "Кровавой Мэри." Это только на радостях пьют легкие спиртные напитки.
Лиза захлопала в ладоши с явным одобрением.
Подруги не заметили, как резко вздрогнула Ольга, только увидели ее побелевшее вдруг лицо, на котором резко выступили вдруг побагровевшие шрамы.
— Что с тобой, Оль? — забеспокоились они.
— Да вот что-то поплохело враз, — отозвалась та, — я домой, девчонки.
Она встала и вышла на улицу. Фонари подмигивали ей, шепча на своем языке о прелестях ночи, ее забавах и радостях.
Тайна Кровавой Мэри
Воспоминания нахлынули волной, бешено закрутили ее, точно мелкую щепку в бурном потоке, опрокинули и повлекли за собой.
Несколько лет назад Ольга натолкнулась в сети на статью о спиритических сеансах. Люди при помощи духов хотели узнать свою судьбу. Особенно в этом преуспели молодые девушки, которые гадали на женихов.
Много там писалось о разных сеансах, о духах, которых пытались вызывать с той или иной целью. Особенное впечатление на нее произвел призыв духа "Кровавой Мэри", которая при исполнении обряда могла показать гадающей суженого. Она когда-то читала о Марии Тюдор, английской королеве, которой приписывали неслыханную жестокость в расправе со своими противниками. Мария так и не смогла оставить наследника трона. Обезумев от потери собственных детей, она стала похищать чужих - так гласила легенда. Переводов имени Кровавой Мэри было множество, среди прочего ее называли Черной Мадам. Ольга не была суеверной и быстро забыла о прочитанном.
Встреча с Черной Мадам
Прошло несколько месяцев. Стоял конец октября, но не расцвеченный яркими красками осени, а унылый и сырой. Был выходной, настроение под стать погоде. Ольга шла от доктора, который сообщил ей приятное известие о беременности. Ничего общего с отцом будущего ребенка она иметь не хотела, но о малыше задумывалась давно. Да и годы подгоняли.
Пришла домой в дом, оставшийся ей от матери с отцом, бывшими университетскими профессорами. В нем даже в солнечные дни царил полумрак от поднимающихся под потолок стеллажей с книгами. Да и тяжелый бархат штор плохо пропускал свет. Старинные часы во всю стену отбивали каждый час еще одну канувшую в вечность единицу времени. В гостиной догорали поленья в камине. Причудливые язычки пламени вдруг нарисовали в воображении Ольги огненную саламандру, мгновение смотревшую на нее своими огненными раскосыми глазами, и распавшуюся вмиг на тысячи искр.
Ольга подкинула дров, села в кресло перед камином, протянув к огню озябшие руки. Она согрелась и не заметила, как уснула. Рядом по-барски раскинулся черный пушистый кот Бегемот, названный в честь героя "Мастера и Маргариты" Булгакова.
Старинный бой часов начал отсчитывать удары, один за другим. Наступила полночь, в незримых недрах которой зарождался новый день. Ольга потянулась и осмотрелась. После вчерашнего визита Ската, непризнанного компьютерного гения, на журнальном столике стоял недопитый бокал коктейля "Кровавой Мэри" и ее стакан с остатками апельсинового сока. Скат обожал этот коктейль, всегда сам покупал для него все необходимое и смешивал ингредиенты с таким видом, будто вершил таинство.
Ольга взяла бокалы и пошла на кухню. Пустила горячую воду, добавила жидкого мыла и начала тереть их губкой, смывая душистую пену. Скользкий бокал из-под коктейля выскользнул из рук и со звоном разлетелся на куски, поранив Ольге руку. По пальцам струилась кровь.
— Ну вот, приехали, надо было сначала умыться и проснуться толком, а потом чистоту наводить, — подумала девушка с досадой.
Она отправилась в ванную комнату, где хранилась аптечка со всем необходимым в таких случаях. Сонный Бегемот потащился за ней и, мурлыкая, терся об ее ногу.
Ольга взглянула на себя в огромное зеркало и сказала ему, ухмыляясь:
— Вот видишь, кровь течет, это Кровавая Мэри виновата, это она, Черная Мадам мне ущерб нанесла. Слышите, Ваше Величество, Королева Английская, Мария Тюдор придите и исправьте то, что натворили.
Затем открыла ящичек, чтобы достать бинт, но тут вдруг услышала какое-то невероятное шипение. Бегемот, точно какой-то пес, принял боевую стойку, черная шерсть вздыбилась, только уши были прижаты к голове. Так он делал, когда чего-то пугался.
— Что ты, хороший мой, успокойся, что случилось? — говорила девушка, нервно поглаживая кота. Тот шипел все сильнее, глядя куда-то в зеркало. Туда невольно перевела взгляд Ольга и в ужасе застыла. Из-под верхнего левого ободка зеркала медленно стекала кровавая дорожка. Через мгновение кровь появилась и на правой стороне зеркала. И вдруг раздался протяжный то ли вздох, то ли стон: "Оооооооооооо..." На потолке ванной одна за другой с треском лопались электрические лампочки. Стало почти темно, так как в ванной находились только два соляных светильника, которые излучали мягкий рассеянный свет.
Ольга услышала, как смолкло бормотание телевизора и отключился холодильник. Она стояла, не в силах сдвинуться с места и, как зачарованная, смотрела в огромное зеркало. Между тем, в нем стала проявляться какая-то фигура, сначала бесформенная, а потом все больше и больше приобретавшая черты человеческой. Точно невидимая кисть накладывала все больше красок, играя тенями. Вот уже виден длинный черный плащ с низко опущенным капюшоном на пока еще несуществующие глаза.
Медленно поднимается голова, и на Ольгу устремляются две пустые мертвые глазницы. В них тлеют кровавые огоньки, жадно разгорающиеся все сильнее и сильнее. Вот уже из-под плаща тянутся мертвые руки, нет, не руки, а костяшки пальцев с огромными черными ногтями давно сгнившего трупа. Казалось, они могут дотянуться до тебя и проткнуть насквозь.
Девушка в ужасе отпрянула от зеркала, в котором за спиной потусторонней гостьи стал проявляться крошечный детский гроб, и рванула в гостиную. Бегемот давно выскочил в окно и истошно орал откуда-то с улицы.
— Что за бред, — лихорадочно думала Ольга, — что со мной творится?
Визжа от ужаса, она бросилась в кухню, надеясь прогнать холодной водой наваждение, открыла кран и, о Боги, оттуда полилась густая черная кровь.
В гостиной была пластиковая бутылка с водой, Ольга рванула туда. Она резко сорвала крышку с бутылки и вылила всю воду враз себе на голову. Но вместо воды на нее полилась кровавая жижа.
— Что же это, что, неужели и вправду существует эта злополучная Кровавая Мэри, и сказки не врут? Не может быть, такого не бывает, — отбивалась она от собственных мыслей. Но не верить своим глазам и ушам Ольга была не в силах.
За дверью вновь раздался стон, потянуло сыростью и гнилью и послышалось:
— Оооооооооо...Отдай......
— Что тебе надо, проклятая? У меня ничего нет. Изыди, сатанинское отродье, — исторгла она из себя совсем неожиданные для нее слова.
— Отдашшшшь или умрешь, — прошелестел голос, от которого чуть не останавливалось сердце.
— Не отдам, ничего не отдам, — ревела, обливаясь слезами, Ольга во весь голос, не понимая, что просит у нее эта Черная Мадам.
Фигура вдруг резко полоснула костяшками пальцев с длинными черными ногтями по лицу девушки. Острая и холодная, как лед, боль пронзила насквозь правую сторону. Ольга взвыла, бросилась к камину и выхватила оттуда тлеющее полено, на ходу обернув его какой-то первой попавшейся тряпкой.
— Вон, пошла вон, — размахивала Ольга своим "оружием", стараясь проткнуть страшную гостью. Она несколько раз попала по плащу и капюшону и даже ткнула горячим поленом в мертвые глазницы.
В тех местах, куда ткнула огнем Оля, в фигуре образовались дыры, через которые она видела свою гостиную.
Гостья чуть помедлила, но девушка не собиралась упускать такую возможность. Она схватила совок для чистки золы, проворно набрала горячих углей и стала швырять их в Кровавую Мэри, в существовании которой уже не сомневалась. Горячие угли понаделали в фигуре столько прорех, что казалось, все ее части двигались каждая по себе.
И снова пронесся полустон-полувздох:
— Забралааааааааа..., — и враз фигура исчезла.
Возмездие страшной гостьи
Ошеломленная Ольга осторожно осмотрелась. Вновь заговорил телевизор, тихо задребезжал старенький холодильник, засветился экран компьютера. Возвращался старый добрый мир, в котором не было места вымыслам и духам. Она вытащила из бара бутылку водки, оставленную Скатом, налила полстакана и выпила одним духом. Ей требовалась разрядка и осмысление пережитых событий.
На каминной полке стояло небольшое зеркальце. Ольга подошла ближе и со страхом заглянула в него. На нее смотрело обезображенное тремя глубокими шрамами лицо, как напоминание о том, что все случившееся этой ночью, не было сном. Но кровь, которой она запачкалась, исчезла.
Осмелев от выпитой водки, девушка решила принять душ. Все ее тело и душа просили омовения. Осторожно приоткрыла дверь в ванную, зеркало отражало полочку с аптечкой. Больше нигде ничего. Никаких напоминаний. Осмелев еще больше, Ольга повернула ручки смесителя. Дружными веселыми струйками запрыгала вода.
— Слава Богу, все хорошо! — подумала она и притащила из комнаты торшер, в который вкрутила целую лампочку.
Встала под спасительные струи, которые смывали с тела и души ужас пережитой ночи. После душа аккуратно обработала раны на лице, надела свой любимый махровый халат и пошла к огню камина. Удобно устроившись в кресле, Ольга вдруг почувствовала, что-то мокрое. Она распахнула халат — по ногам текла ярко-алая кровь. Из нее уходил ее будущий ребенок.
— Так вот что Черная Мадам хотела забрать, — поняла Ольга и заплакала навзрыд.
Эпилог
Потом была больница. Ей пришлось пережить операцию по удалению остатков плода и хирургическую обработку ран на лице с наложением швов. Время лечит, и телесные раны потихоньку затянулись. Однако, вряд ли удастся скоро забыть происшедшее той темной октябрьской ночью.
Она боялась кому-то рассказывать об этом, стала ходить в церковь, молилась, выпрашивая прощение, и клялась иконам всех святых, что никогда в жизни больше не будет играть с потусторонним миром. Темные силы не шутка и тревожить их ни к чему. Иначе это в один миг может обернуться бедой.