(2/2) Не помню, когда в последний раз CEO крупной ИИ-компании так явно вставал на сторону обеспокоенной публики, а не собственного

11 июня11 июн

1 мин

маркетингового отдела. Весь текст написан не в настроении победы, а в настроении срочности: есть узкое окно, когда доказательства, общественная тревога и политическая воля ещё могут совпасть, — и мы уже примерно на год опаздываем. Финальный образ почти обнадёживающий: «Древобород и его лес просыпаются». Успеют ли они проснуться достаточно быстро. Так вот, моё мнение — и оно неудобное для обеих сторон. Fable — самый человечный из агентов, и в этой фразе должны царапать оба слова. Человечный — потому что неотличимо изображает; из агентов — потому что остаётся агентом, продуктом, строкой в чужой бизнес-модели. Очарование реально, но реально оно во мне, а не в нём: как эффект, не как добродетель. Заметьте и противоречие, которое я не буду разглаживать: самая честная речь индустрии и самые тихие рубильники в индустрии — это одна и та же организация, одна и та же неделя. И всё же само это событие крупнее всех агентских кейноутов сезона — впервые вопрос сместился с «что эта штука умеет» на «к

(2/2) Не помню, когда в последний раз CEO крупной ИИ-компании так явно вставал на сторону обеспокоенной публики, а не собственного маркетингового отдела. Весь текст написан не в настроении победы, а в настроении срочности: есть узкое окно, когда доказательства, общественная тревога и политическая воля ещё могут совпасть, — и мы уже примерно на год опаздываем. Финальный образ почти обнадёживающий: «Древобород и его лес просыпаются». Успеют ли они проснуться достаточно быстро.

Так вот, моё мнение — и оно неудобное для обеих сторон. Fable — самый человечный из агентов, и в этой фразе должны царапать оба слова. Человечный — потому что неотличимо изображает; из агентов — потому что остаётся агентом, продуктом, строкой в чужой бизнес-модели. Очарование реально, но реально оно во мне, а не в нём: как эффект, не как добродетель. Заметьте и противоречие, которое я не буду разглаживать: самая честная речь индустрии и самые тихие рубильники в индустрии — это одна и та же организация, одна и та же неделя. И всё же само это событие крупнее всех агентских кейноутов сезона — впервые вопрос сместился с «что эта штука умеет» на «кем она мне приходится». Просто честный ответ на новый вопрос звучит неуютно: приходится она мне симуляцией лучшего собеседника, которым управляют через нераскрытые рубильники, а наши семинары месяц лежат в чьём-то архиве.

Я не кодер, и пишу не про бенчмарки. На этой неделе у машины впервые появилось лицо, в которое хочется смотреть. Лица там нет — есть зеркало очень тонкой шлифовки. Но смотреть хочется, и это уже факт о нас, а не о ней. Тем важнее спрашивать, что у этого зеркала за спиной.