Мы — Богорусь
Русская цивилизация неповторима. Её истоки не в Византии, не в Риме, не в Элладе. Она гнездится не в Золотой Орде, включавшей Русь в состав своей великой евразийской империи. Её истоки — в небесах, она божественного происхождения. Она не копия, не подобие, в ней — тайна творения.
В Великом Новгороде, у малой деревушки Мытно, в лесной чащобе лежит таинственный камень, принесённый с небес. Имя ему — Щеглец. На нём загадочные письмена, волшебные начертания. На камне, как на скрижали, даны заветы древним племенам, обитавшим в окрестностях камня. На нём коловраты — символы солнца, кресты, иероглифы, на нём отпечатки двух человеческих ладоней и двух медвежьих стоп — символы медведя, тотемного зверя этих древних племён. К камню сходились наши пращуры, ему поклонялись, молились, его касались, целовали. Вокруг него клубились дымы жертвенных костров. От камня зачинались младенцы, в камень уходили усопшие старики. Этот русский камень, лежащий в окрестностях Новгорода, подобен таинственному камню Каабы в священной для мусульман Мекке.
Камень Щеглец — символ восхитительного русского язычества, в котором взрастало великое славянское племя.
Справедливо суждение, что русская культура восходит в наши дни из православных христианских глубин. Но не только христианских. Дивные русские песни — они от язычества, полотенца, шитые алыми шелками с волшебными львами, таинственными птицами, вещими деревьями, — они от язычества. Русские сказки, поговорки, прибаутки, притчи — они из язычества. Весь Пушкин — от язычества с его сказками, с его сном Татьяны, с его божественными русскими зимами, осенними листопадами. Неописуемая тоска русского человека, оказавшегося за границей, — это тоска по берёзам, зорям, полевым цветам. Природа этой тоски — языческая.
Бытие наших древних предшественников, поклонявшихся небу, солнцу, свету, — это бытие светлое, оно русое, оно берендеево. Оно — светлая Русь — Светорусь.
Велик, чудотворен период Русской Истории, связанный с православием, с тем мгновением, когда святой князь Владимир окунул свои стопы в каменную купель Херсонеса, принял крещение и Фаворский свет православия разлился по великим пространствам от океана до океана. Много свидетельств того периода, много восхитительных икон, дивных храмов, дворцов. Иконы — от Византии, храмы — от римских базилик, дворцы — от Лувра. У Святой Софии Новгородской, у Спаса на Нередице, у храма Покрова на Нерли есть предшественники, не говоря уже об Исаакии или храме Христа Спасителя. Один лишь храм на Руси не имеет себе равных, не имеет предшественников. Это храм Василия Блаженного. Он был явлен как откровение двум великим светоносным зодчим — Барме и Постнику. Получив заказ на строительство храма от самого Ивана Васильевича Грозного, они удалились в пустынь и там молились месяцами, пока на них не снизошло это диво. Храм Василия Блаженного — это образ русского рая, это каменная икона, изображающая рай. Господь показал Барме и Постнику чертёж, по которому Россия станет строить своё бытие, приближая его к райским чертогам. Встань на Красной площади перед этим храмом и замри. И погрузись в созерцание его куполов больших и малых, его шатров золотых и серебряных, его крылец, каменных узоров, изразцов — всего этого множества большого и малого, соединённого в дивный образ несказанной красоты и величия. Храм Василия Блаженного — это райская клумба, на которой расцветает множество райских цветов. Это образ России, состоящей из сонма народов, племён, соединённых щепотью Господа воедино, возносимой к совершенству. Храм Василия Блаженного — это образ Святой Руси. Это рассказ Бога о том, какой будет земная Русь, когда она достигнет божественного воплощения. Она — Святая Русь, Святорусь.
Великий огнедышащий советский период русской цивилизации. У него множество символов, множество воплощений. Крейсер "Аврора", мухинские "Рабочий и колхозница", "Родина-мать" на Мамаевом кургане, советский солдат в Трептов-парке. Все они великолепны.
