Когда мы говорим про Крымскую войну (1853–1856), в памяти сразу всплывает героическая оборона Севастополя. Но мало кто знает, что грандиозная геополитическая шахматная партия разыгрывалась и на другом берегу Черного моря. Англо-французская коалиция рассчитывала открыть второй фронт, использовав горцев Северо-Западного Кавказа.
План казался безупречным: вооружить местные племена, запереть русские войска в горах и лишить Россию выхода к морю. Но что-то пошло не так.
Жертва ферзя: судьба Черноморской береговой линии
К середине XIX века Россия выстроила на побережье (от Анапы до границ с Абхазией) цепь укреплений — Черноморскую береговую линию (ЧБЛ). Эти форты, такие как Навагинский (будущий Сочи) или Тенгинский, выполняли важнейшую задачу: пресекали контрабанду оружия горцам и работорговлю.
Черноморская береговая линия, представляющая собой важный стратегический объект, была создана в 1837 году, однако основная часть её укреплений была завершена и введена в эксплуатацию только в 1839 году. Эти укрепления были возведены на землях, населённых натухайцами, шапсугами и убыхами, что подчеркивает значимость данного региона как для местного населения, так и для военных нужд Российской империи.
Северная часть Черноморской береговой линии включала в себя ряд ключевых укреплений, среди которых можно выделить такие пункты, как Кабардинское укрепление, Новороссийск, Анапа, Геленджик, а также Гастогаевское и Джеметейское. Также в состав этой линии входил форт Раевский и пять укрепленных станиц: Николаевская, Александровская, Суворовская, Витязева и Благовещенская. Все эти объекты были построены с целью защиты побережья и обеспечения безопасности судоходства в Черном море.
Вдоль абхазского побережья также были проведены работы по восстановлению или строительству новых укреплений, таких как Гагры, Пицунда, Сухум-Кале, Редут-Кале, Бомборы, Поти и пост Св. Николая. Это свидетельствует о стратегической важности Черноморского региона, который нуждался в надежной обороне. В частности, крепость Анапа была значительно усилена, что добавило уверенности в защитных возможностях региона.
Гарнизоны этих укреплений в основном состояли из нескольких отдельных черноморских линейных батальонов, сформированных из полков 20-й пехотной дивизии. Это указывает на то, что для охраны побережья привлекались опытные и хорошо подготовленные войска, что было крайне важно в условиях возможной угрозы со стороны противника.
Кроме того, в Суджук-Кальской бухте, рядом с укреплением Новороссийска, был устроен порт, предназначенный для постоянного базирования эскадры Черноморского флота. Эта эскадра была назначена для крейсерства вдоль всего восточного берега Черного моря, что подчеркивает стратегическую значимость данного региона как для военных операций, так и для защиты торговых путей. Таким образом, Черноморская береговая линия, с её укреплениями и гарнизонами, стала важным элементом военной стратегии Российской империи в XIX веке.
Но когда началась Крымская война, объединенный англо-французский флот вошел в Черное море. Русские гарнизоны ЧБЛ оказались в смертельной ловушке: с моря — дальнобойные пушки вражеских кораблей, с гор — враждебные племена.
В связи с вышеописанными обстоятельствами, защита прибрежных укреплений вдоль Черноморской береговой линии могла быть обеспечена исключительно при поддержке Черноморского флота. Для выполнения задач по патрулированию и охране восточного побережья Черного моря была сформирована небольшая эскадра из состава флота. Однако, несмотря на свои назначения, эта эскадра оказалась недостаточно мощной для того, чтобы эффективно противостоять даже небольшим турецким кораблям, которые продолжали снабжать местных горцев необходимыми припасами.
На начальном этапе войны эскадра действительно получила некоторое усиление за счет добавления нескольких кораблей, что, казалось бы, должно было повысить её боеспособность. Однако ситуация кардинально изменилась весной 1854 года, когда морские силы западных держав, сосредоточенные в Босфоре, достигли внушительных масштабов — более ста кораблей с общим количеством свыше трех тысяч орудий. В таких условиях малочисленный Черноморский флот, не имея возможности соперничать с мощью противника, был вынужден укрыться в гавани Севастополя, где находился под защитой приморских батарей.
Таким образом, Черноморская береговая линия фактически осталась совершенно беззащитной и открытой для действий союзных сил. Отсутствие надлежащей защиты и недостаток сил для противодействия агрессии приводили к тому, что противник мог свободно действовать в этом стратегически важном регионе, что создавало серьезные угрозы для безопасности всей прибрежной территории. В результате, несмотря на усилия, предпринятые для укрепления обороны, ситуация оставалась критической, и Черноморский флот оказался в затруднительном положении, не способным выполнить возложенные на него задачи по охране и защите побережья.
Намерения союзников, в частности Великобритании и Франции, были хорошо известны русским властям, отвечающим за Кавказ. В начале 1854 года, во время нарастания напряженности, Михаил Сергеевич Воронцов, тогдашний наместник Кавказа, выразил свою серьезную озабоченность по поводу судьбы черноморских укреплений. Он предвидел возможное нападение британского флота и высадку десантов на побережье, что могло бы привести к катастрофическим последствиям для российских позиций в этом регионе. Воронцов предложил упразднить Черноморскую береговую линию, считая, что оборона ее в случае атаки является безнадежной и неэффективной. Эти опасения разделял и сам император Николай I, который тоже понимал, что Кавказ, а особенно Черкесия, является самым слабым звеном в системе обороны Российской империи.
В Санкт-Петербурге, царило мнение о том, что Кавказские укрепления требуют особого внимания и защиты. Однако в конце лета 1854 года, когда союзники решили сделать Крым главным театром военных действий, Николай I немного успокоился, хотя и не исключал возможности высадки врага в таких стратегически важных точках, как Анапа и Редут-кале. Император советовал генералу Николаю Алексеевичу Реаду, который временно исполнял обязанности командующего Кавказским корпусом после ухода Воронцова, использовать предоставленное время для того, чтобы разбить турецкие войска до прибытия англичан и французов. Однако обстановка на Кавказе оставалась тревожной и нестабильной, что не могло не беспокоить Николая. В апреле 1854 года он настоятельно наказывал Реаду чаще информировать его о происходящем, подчеркивая, что ему важно знать о всех событиях на Кавказе.
Общее командование всеми войсками, размещенными в северной части Черноморской береговой линии, было поручено атаману Донского казачьего войска генерал-адъютанту Хомутову. Хомутов предложил сосредоточить усилия на обороне Керченского пролива, который был ключевым стратегическим объектом, особенно в свете возможной высадки десанта противника на Таманском полуострове. В связи с этим он отдал распоряжение вице-адмиралу Серебрякову, который отвечал за Черноморскую береговую линию, оказать помощь Черноморскому казачьему войску частями, находящимися в его подчинении, в случае возникновения угрозы со стороны врага.
Командование приняло тяжелое, но единственно верное стратегическое решение. Ситуация на Черноморской береговой линии становилась все более критической, и необходимость быстрого оставления ряда укреплений становилась очевидной для командования. Уже в начале 1854 года Серебряков, действуя в условиях строжайшей секретности, известил начальников Новотроицкого и Тенгинского укреплений о том, что эти позиции могут быть ликвидированы. Он предложил незаметно подготовиться к эвакуации, что свидетельствовало о серьезной обеспокоенности командования ситуацией в регионе. Вскоре последовало общее распоряжение от Николая I, в котором предписывалось снять те укрепления Черноморской береговой линии, которые можно было оставить с наименьшими потерями для российских войск.
Весной 1854 года укрепления Черноморской береговой линии были взорваны, а гарнизоны успешно эвакуированы. Россия добровольно оставила побережье, чтобы спасти тысячи опытных солдат.
«Джентльмены» приходят на Кавказ
Берег оказался открыт. Англичане и французы потирали руки: теперь ничто не мешало им наладить прямой контакт с горцами. К побережью потянулись корабли с порохом, свинцом и дальнобойными штуцерами.
Европейские эмиссары убеждали вождей адыгов (черкесов) ударить в тыл русским войскам, обещая им полную независимость и покровительство могущественных империй. Казалось бы, для горцев это был идеальный шанс. Однако союзников ждало жестокое разочарование.
Почему горцы не стали воевать за интересы Европы?
Провал англо-французского плана обусловлен несколькими глубокими причинами, которые европейские стратеги в своих кабинетах просто не учли:
1. Религиозный барьер. Для мусульман-горцев англичане и французы были такими же «гяурами» (иноверцами), как и русские. Идея проливать кровь за интересы далеких христианских монархов казалась им абсурдной. Объявить «газават» (священную войну) в союзе с одними христианами против других было невозможно.
2. Разные цели. Горцы воевали за свой уклад жизни. Одной из главных статей их дохода исторически была работорговля (продажа пленников в Османскую империю). Русские форты ЧБЛ ее блокировали. А вот «просвещенные» европейцы, к возмущению горцев, тоже отказались поддерживать работорговлю. Возник конфликт интересов.
3. Высокомерие союзников. Английские и французские офицеры относились к горцам с нескрываемым пренебрежением, как к дикарям, которых нужно просто использовать как «пушечное мясо». Кавказская гордость не прощала такого отношения.
4. Нежелание покидать свои горы. Европейцам нужно было, чтобы горцы спустились на равнины и пошли штурмовать русские регулярные позиции (например, Екатеринодар). Но горцы были мастерами партизанской войны в лесах и ущельях. Идти под залпы русской артиллерии в открытом поле они категорически отказались.
Итог: столкновение менталитетов
Европейцы пришли на чужую землю со своими правилами игры, ожидая, что местные народы с радостью станут пешками в их глобальной войне. Но Кавказ жил по своим законам.
В итоге, вместо мощного второго фронта, англичане и французы получили лишь хаос на побережье и полное непонимание со стороны тех, кого они хотели использовать. Вскоре после окончания Крымской войны Россия вернулась на берега Черного моря, восстановила контроль, и судьбоносная Кавказская война пошла к своему завершению.
А как вы считаете, был ли у англичан и французов хотя бы малейший шанс договориться с горцами, или культурная пропасть была непреодолима? Делитесь своим мнением в комментариях!
Понравилась статья? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые малоизвестные факты из истории нашей страны!
Источник сведений: статья Х.А.Касумова К вопросу о значении Черноморской береговой линии в Крымской войне.