Генеральная прокуратура утвердила окончательное обвинительное заключение в отношении Мошковича и бывшего генерального директора холдинга Максима Басова. Материалы дела теперь направлены в Замоскворецкий районный суд Москвы для рассмотрения по существу.
По версии следствия, Мошковичу инкриминируется сразу несколько тяжких преступлений: мошенничество в особо крупном размере, преднамеренное банкротство, легализация (отмывание) денежных средств, а также дача взятки. Максиму Басову предъявлены аналогичные обвинения, за исключением эпизода со взяточничеством. Кроме того, в деле фигурирует бывший чиновник Тамбовской области Сергей Иванов, которого обвиняют в получении взятки.
Вадим Мошкович — один из наиболее известных российских агробизнесменов, основатель и основной владелец группы «Русагро», которая за два десятилетия выросла в одного из лидеров отрасли по производству сахара, растительного масла и свинины. Бывший сенатор, филантроп и основатель элитной школы «Летово», он долгие годы входил в списки богатейших людей России. Однако в 2025 году его бизнес-империя оказалась в центре одного из самых громких уголовных дел последних лет.
Начало конфликта связано с приобретением в 2018 году активов другого крупного агрохолдинга — «Солнечные продукты», принадлежавшего предпринимателю Владиславу Бурову. По версии следствия, Мошкович и тогдашний гендиректор «Русагро» Максим Басов убедили Бурова продать 85% акций компании в обмен на обещанные инвестиции и помощь в восстановлении платежеспособности. Инвестиции якобы не поступили, а «Русагро» получило контроль над активами, оцененными в десятки миллиардов рублей. Буров (через кипрскую структуру) позже обратился в правоохранительные органы, обвинив покупателей в мошенничестве.26–27 марта 2025 года следователи провели обыски в офисах «Русагро» в нескольких городах, после чего Мошковича и Басова задержали. Им предъявили обвинение в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и злоупотреблении полномочиями (ст. 201 УК РФ). Мещанский районный суд Москвы арестовал обоих, несмотря на ходатайство защиты отпустить Мошковича под залог в один миллиард рублей. Сумма ущерба по делу постепенно выросла до 47–48 млрд рублей, а позже — значительно выше.