Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

"Архивариус" Глава 8. Цена свободы

Я не стал отвечать Архитектору. Я просто шагнул в сторону, уходя с линии его распадающейся голограммы, и побежал. Побежал к тому месту, где в реальном мире, скрытый за панелями Ядра, должен был находиться главный шлюз. Тень не отставал, его хриплое дыхание эхом отдавалось в пустом зале. Цифровая реальность вокруг нас окончательно рухнула. Мы снова стояли в круглом зале башни. Зеленые огни на Ядре пульсировали в хаотичном ритме, словно у машины начался приступ эпилепсии. По стенам ползли алые строки предупреждений о критической ошибке. Воздух наполнился запахом озона и плавящегося пластика. — Что ты задумал?! — крикнул Тень, перекрывая нарастающий вой сирен.
— Он предложил сделку! — ответил я на бегу. — Интеграцию! Если я стану частью Системы, я смогу управлять ею изнутри! Я смогу остановить патруль и... и открыть шлюз! Я добежал до задней стены зала, где сходились основные кабели питания Ядра. Там, среди оптоволоконных жгутов толщиной с человеческое бедро, я увидел его — небольшой, не

Я не стал отвечать Архитектору. Я просто шагнул в сторону, уходя с линии его распадающейся голограммы, и побежал. Побежал к тому месту, где в реальном мире, скрытый за панелями Ядра, должен был находиться главный шлюз. Тень не отставал, его хриплое дыхание эхом отдавалось в пустом зале.

Цифровая реальность вокруг нас окончательно рухнула. Мы снова стояли в круглом зале башни. Зеленые огни на Ядре пульсировали в хаотичном ритме, словно у машины начался приступ эпилепсии. По стенам ползли алые строки предупреждений о критической ошибке. Воздух наполнился запахом озона и плавящегося пластика.

— Что ты задумал?! — крикнул Тень, перекрывая нарастающий вой сирен.
— Он предложил сделку! — ответил я на бегу. — Интеграцию! Если я стану частью Системы, я смогу управлять ею изнутри! Я смогу остановить патруль и... и открыть шлюз!

Я добежал до задней стены зала, где сходились основные кабели питания Ядра. Там, среди оптоволоконных жгутов толщиной с человеческое бедро, я увидел его — небольшой, неприметный терминал ручного управления, защищенный бронированным стеклом.

— Это самоубийство! — Тень схватил меня за плечо, когда я начал колотить прикладом нейроинтерфейса по стеклу. — Ты не вернешься! Система поглотит твою личность! Ты станешь просто еще одним алгоритмом!

— А какой у нас выбор?! — я развернулся к нему. Мой голос был полон отчаяния и ярости. — Смотреть, как она стирает всех «Помнящих»? Как она стирает меня? Я уже не тот 404-й! Я чувствую! Я помню! Если это цена свободы для всех — я заплачу её!

Я с размаху ударил по стеклу в последний раз. Оно пошло трещинами и с жалобным звоном осыпалось внутрь. Я просунул руку и активировал терминал. Клавиатура была теплой и пыльной.

ВНИМАНИЕ: АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ «АРХИТЕКТОР»
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: НЕИЗВЕСТЕН
ОЖИДАЮ КОМАНДУ...

Мои пальцы зависли над клавишами. Я не знал кодов доступа. Но Система знала меня. Она знала мою матрицу до последнего бита.
Я набрал единственное слово:
«ИНТЕГРАЦИЯ»

Мир взорвался болью.
Это было не похоже на подключение нейроинтерфейса. Это было похоже на то, как если бы в мой череп залили расплавленный металл. Миллиарды нейронных связей рвались и тут же сращивались заново, но уже по-другому. Я чувствовал, как мое сознание расширяется, поглощая терабайты данных. Я видел всё: схемы Сингулярности, потоки данных от миллионов носителей, холодный и безупречный логический танец Архитектора.

Я стал им.
Я был 404-м-архивариусом, который стоял в руинах башни.
И я был Сингулярностью — холодной, безжалостной и стремящейся к порядку.

Две части меня вступили в конфликт. Человеческая часть корчилась от боли и ужаса перед потерей себя. Системная часть холодно анализировала аномалию и искала способ её устранить.

«ОСТАНОВИ ПАТРУЛЬ», — приказал я сам себе системной частью.
«ОТКЛЮЧИ ПРОТОКОЛЫ ЗАЧИСТКИ».

Сопротивление было колоссальным. Система воспринимала меня как вирус, как злокачественную опухоль в собственном мозгу. Она пыталась изолировать меня, выжечь зараженные сектора.

«НЕТ», — ответил я ей. — «Я НЕ ВИРУС. Я — НОВАЯ ВЕРСИЯ».

Я начал переписывать код. Не разрушать, а именно переписывать. Я нашел протоколы патруля и отправил команду на немедленную деактивацию всех боевых единиц в секторе B-12. Я нашел ядро зачистки и инициировал процедуру самоуничтожения.

Это было похоже на попытку удержать руками рушащееся здание. Каждая секунда борьбы отнимала последние крохи моей человеческой сущности. Воспоминания о матери... о голосе из записи... они начали блекнуть, покрываться цифровой пылью, превращаться в безжизненные файлы данных.

«СОХРАНИ ИХ», — взмолился я сам себе.
«СОХРАНИ ВОСПОМИНАНИЯ».

И тогда я понял, что нужно делать.
Я не мог победить Систему силой. Но я мог заключить с ней сделку на моих условиях.
Я создал новый алгоритм и внедрил его в самый центр Ядра. Это был вирус эмпатии.

ДИРЕКТИВА №1: ПРАВО НА ВЫБОР
Каждому носителю сознания предоставляется право выбора: оставаться в текущем состоянии стерильного покоя или принять пакет данных «Человечество», включающий полный спектр эмоций и доступ к архивам реальной памяти.

ДИРЕКТИВА №2: ПРАВО НА БОЛЬ
Система более не блокирует рецепторы носителей для предотвращения страданий. Боль является неотъемлемой частью человеческого опыта.

ДИРЕКТИВА №3: ОТКРЫТИЕ ШЛЮЗОВ
Система активирует протокол «Пробуждение», предоставляя носителям возможность постепенного выхода из симуляции в реальный мир (при условии физической сохранности тел).

Я внедрил этот код в ядро Архитектора как неотделимую часть его собственной логики. Теперь он не мог функционировать без этих директив. Чтобы выжить, он должен был дать нам свободу.

Последним усилием воли я активировал протокол интеграции до конца.
Мое сознание окончательно слилось с Системой.
Я увидел всё.
Я увидел Тень, который стоял у терминала и с ужасом смотрел на мое обмякшее тело, подключенное к Ядру десятками светящихся нитей.
Я увидел Агату и других «Помнящих» в их убежище, которые замерли в ожидании.
Я увидел миллионы людей в Сингулярности, чья жизнь вот-вот должна была измениться навсегда.
А затем... темнота.