Володе шестнадцать лет, и он как маленький. Мама прибирается в комнате, моет и чистит его обувь, расстилает постель вечером и убирает утром.
Володя никогда не ходил в магазин, он даже грязную чашку за собой не убирал. Мама – труженица, дом на ней держится. Папа редко дома бывает: с утра до вечера на работе.
Работы у него стало больше, в течение последних двух месяцев уходил из дома в выходные.
Володя на это внимания не обращал и не видел, что у мамы в глазах появилась тревога.
В воскресенье ужинали, отца дома не было. И мама вдруг произнесла странную фразу: «Чует мое сердце, что всё это добром не закончится».
Володя взглянул на нее с иронией и покрутил пальцем у виска: «У тебя с головой все в порядке»? Мама не ответила, только тяжело вздохнула.
Он не замечал, что она иногда плакала, сделалась немногословной и часто грустно о чем-то думала.
А еще Володя не обратил внимания на то, что родители перестали разговаривать. У парня свои интересы, не до ненужных наблюдений.
Первый день весенних каникул. Володя проснулся в десять часов и вышел из своей комнаты. Завтрака не было, мать сидела на стуле с каменным лицом, отец складывал вещи в большой черный рюкзак и в синюю спортивную сумку.
Собирает и собирает вещи – мало ли? Наверное – командировка. Володя подошел к матери: «Есть что-нибудь пожрать»?
Она встала, направилась к холодильнику, и тут ее, что называется, повело. Маме удалось удержаться на ногах.
Через несколько минут на столе появились яичница и чай с бутербродами. Володя завтракал, а отец взял сумку, надел на плечи рюкзак и, не говоря ни слова, ушел.
Парень поел: «Куда это он? В командировку»?
Мама ответила незнакомым чужим голосом: «Ушел от нас». Сын с удивлением: «Как это ушел? Куда»?
Мама не стала мыть грязную посуду, пошла в комнату, в дверях обернулась: «К другой женщине». Сказала, затем легла на диван лицом к стене.
Она лежала весь день, не ела и не пила, не отвечала на телефонные звонки. И Володя испугался, жива ли?
Дернул за руку: «Вставай, вечер скоро». Мама лежит неподвижно, словно не слышит.
Жизнь сразу замерла, остановилась, квартира сделалась как будто чужой, неуютной, даже враждебной.
И Володя понял, что надо срочно что-то сделать, нельзя, чтобы мама так лежала. Надо ее расшевелить, заставить встать.
Может, позвонить тете Нине – маминой сестре? Но что-то внутри подсказывало, что звонить нельзя, надо найти выход самому.
И он инстинктивно пошел на кухню, помыл тарелку и сковородку из-под яичницы, задумался. Открыл морозильную камеру, в которой лежали четыре небольшие тушки какой-то рыбы, достал, положил в раковину под струю холодной воды.
Рыба еще не оттаяла, но ее уже можно было порезать на куски. Большим ножом удалил хвост и плавники, помыл.
Обыкновенные простые действия отвлекают от тяжелых мыслей и как бы нейтрализуют тревогу.
Руки продолжали действовать: в глубокой сковородке появился слой репчатого лука, следующий – тертой моркови. Добавил масло.
Рыбу сверху положил, залил до половины водой, посолил. Подумал и бросил в сковородку несколько горошков черного душистого перца, посолил и закрыл крышкой.
Он никогда раньше ничего подобного не делал. Не думалось, правильно или нет?
Через пятнадцать минут рыба была готова. Положил на тарелку, принес в комнату, рядом с диваном поставил стол, к маме подошел, с силой поднял: «Поешь, мамочка. Давай-давай. Апельсин почистить»?
Мама села, закрыла лицо ладонями и заплакала. Володя рядом присел – на краешек дивана, обнял маму, к себе прижал: «О нем плачешь? Себя или его жалко? Пусть идет, уходит, я, например, плакать не собираюсь. Ты поешь, тебе надо».
Слова, которые он не подбирал, не обдумывал. Но они подействовали, и мама аккуратно начала есть: «Вкусно, Вова. А ты молодец».
Об отце не говорили, словно его и не было. Вечер прошел, мама легла спать. Володя иногда выходил из комнаты, открывал дверь в мамину спальню и прислушивался: не плачет ли?
На следующий день не пошел на тренировку, с друзьями по телефону не разговаривал. После завтрака сказал: «Пойдем гулять». Мама согласилась. Пошли в район, застроенный своими домами. Там тихо, как в деревне. Постояли у одного дома, у которого сидела полосатая кошка и щурилась от солнечных лучей – так забавно.
Дома мама прилегла, на кухне лежал ее телефон. Кто-то позвонил – это тетя Нина. Володя отклонил звонок, затем убрал звук: нельзя, чтобы мама тревожилась, не нужны ей сейчас телефонные разговоры.
Все каникулы парень провел дома, рядом с мамой. Он неожиданно для самого себя повзрослел, иждивенчество ушло, появилась ответственность.
Мама постепенно оттаяла, вышла на работу, как будто прежней стала, но это на первый взгляд: боль прятала в себе. Удивительное дело: мать и сын стали ближе друг к другу. Тяжелую пору надо пережить вместе, рядом.
А Володя за это время подрос, плечи стали шире, взгляд умнее.
Отца не видел, встречи с ним не искал. Через год отец позвонит, чтобы сына с днем рождения поздравить. Володя не нахамил, не нагрубил, спокойно поблагодарил. Отец школьными делами поинтересовался, а сын ответил, что всё хорошо: «Я у мамы один, за нее в ответе, огорчать не буду».
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».