Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ÖMANKÖ

Эдуард Мане написал «Завтрак на траве» в 1863-м – и, по сути, узаконил один из самых гедонистических летних сюжетов: люди, еда и неспешный

разговор где-то на природе, вне времени и расписания С тех пор этот сюжет каждое лето кто-нибудь воплощает заново – меняются только место и реквизит. В этом сезоне декорацией стала клубничная ферма: на ней проект «Закатные бранчи» открыл лето.  Длинный стол под голубым небом, живые разговоры, которые завязывались сами собой, изучение трав и растений. А бранч собирался медленно и щедро, перемена за переменой: мортаделла на гриле с песто и страчателлой на стартер, дальше салат с фенхелем, кольраби и грушей, халуми с томатным джемом. Следом уже горячее – утиные слайсы с томлёной грушей и демигляс и скумбрия с запечённым перцем и грецким орехом. На десерт – клубника с сумахом, мятой и взбитым маскарпоне. Когда небо отдавало в золото, тем же тёплым тоном отзывался виски Dewar’s в стакане – карамель, кокос и тропические фрукты, будто послевкусие самого заката. Дальше был костёр и те самые разговоры обо всём на свете, ради которых, кажется, всё и затевается. У Мане сюжет застыл на одном х

Эдуард Мане написал «Завтрак на траве» в 1863-м – и, по сути, узаконил один из самых гедонистических летних сюжетов: люди, еда и неспешный разговор где-то на природе, вне времени и расписания

С тех пор этот сюжет каждое лето кто-нибудь воплощает заново – меняются только место и реквизит. В этом сезоне декорацией стала клубничная ферма: на ней проект «Закатные бранчи» открыл лето. 

Длинный стол под голубым небом, живые разговоры, которые завязывались сами собой, изучение трав и растений. А бранч собирался медленно и щедро, перемена за переменой: мортаделла на гриле с песто и страчателлой на стартер, дальше салат с фенхелем, кольраби и грушей, халуми с томатным джемом. Следом уже горячее – утиные слайсы с томлёной грушей и демигляс и скумбрия с запечённым перцем и грецким орехом. На десерт – клубника с сумахом, мятой и взбитым маскарпоне.

Когда небо отдавало в золото, тем же тёплым тоном отзывался виски Dewar’s в стакане – карамель, кокос и тропические фрукты, будто послевкусие самого заката. Дальше был костёр и те самые разговоры обо всём на свете, ради которых, кажется, всё и затевается.

У Мане сюжет застыл на одном холсте – здесь его будут переписывать весь сезон – под новыми закатами. Лето, к счастью, только начинается. 

#archives@omanko

-2
-3
-4
-5