Есть истории, которые кажутся слишком абсурдными, чтобы быть правдой. Вот и история одной девушки с низкой социальной ответственностью по имени Джорджина Эрдин Торнхилл разворачивалась именно так: она прошла путь от работного дома и нищеты до счастливой и обеспеченной семейной жизни, и помогло ей в этом одно страшное семейное проклятие.
Работный дом
Лондон середины XIX века это – город контрастов настолько резких, что современному человеку трудно это представить. В нескольких кварталах от блистательных клубов Пэлл-Мэлл и витрин Бонд-стрит существовали работные дома, где бедняки трудились в обмен на крышу над головой и скудную еду. Именно в таком работном доме и родилась в 1850 году Джорджина Торнхилл, и детство свое она провела именно там.
Когда ей исполнилось лет четырнадцать или пятнадцать, она начала зарабатывать единственным способом, который был реально доступен девушке без образования, связей и приданого (ну вы поняли..). Среди её клиентов было много военных, офицеров и солдат, квартировавших в Лондоне. Они знали её под ласковым и немного снисходительным прозвищем «Бэби Торнхилл».
Именно через этот круг она и познакомилась с Фрэнсисом Джоном Роджерсом Шериданом.
Сказка, которой не суждено было сбыться
Фрэнсис Шеридан был лейтенантом Стрелковой бригады – одного из самых престижных полков британской армии. Он происходил из состоятельной семьи графства Дорсет и был наследником Фрэмптон Корта, внушительного поместья с парком, озером и всем тем, о чём девочка из работного дома могла только читать в чужих книгах, ибо свои ей обычно купить было не на что.
В 1868 году, когда Джорджине исполнилось 18, он на ней женился.
Что именно двигало Фрэнсисом – искренняя привязанность, прихоть, желание эпатировать семью или что-то ещё – теперь не узнать. Но то, что произошло дальше, современники описывали без обиняков: брак быстро превратился в кошмар. О страшном абьюзе знали все, кто был знаком с этой парой.
К 1874 году они разъехались. Развода не было – в викторианской Англии это было практически невозможно, особенно для женщины без состояния и влиятельных родственников. Юридически Джорджина оставалась женой Фрэнсиса Шеридана. А значит, по закону она не могла выйти замуж снова, не могла владеть имуществом в полной мере и не могла строить жизнь без оглядки на человека, которого, судя по всему, боялась и ненавидела.
Жизнь среди элиты
Выбор у неё был небогатый. Джорджина вернулась к своему старому занятию, но слегка в ином ключе.
Есть большая разница между уличной проституцией и положением куртизанки высшего света. Это разные социальные вселенные, разные деньги, разные риски и разный уровень контроля над собственной жизнью. Джорджине удалось подняться до второго уровня. У неё появилась красивая вилла в Лондоне, она принимала только состоятельных и влиятельных клиентов, она даже дебютировала на сцене – в пантомиме, жанре, к которому викторианская публика была неравнодушна.
Среди её знакомых числился принц Артур, один из сыновей королевы Виктории. Их отношения были секретом Полишинеля – то есть не секретом совсем, просто все притворялись, что ничего не знают. Принц Артур впоследствии сделал блестящую военную карьеру и стал герцогом Коннаутским, так что знакомство было, что называется, на уровне.
Джорджина была умна, обаятельна и умела держаться в обществе. Мужчины, готовые жениться на ней, находились. Но она не могла принять ни одного предложения – Фрэнсис Шеридан был жив, а значит, она оставалась замужем.
Проклятие последнего монаха
А теперь – та часть истории, из-за которой её вообще стоит рассказывать.
Фрэмптон Корт стоит на земле в Дорсете, которая когда-то принадлежала монастырю. Генрих VIII в своё время закрыл монастыри по всей Англии – это была масштабная конфискация церковного имущества под видом религиозной реформы, одна из крупнейших земельных перераспределений в истории страны. Монахи были изгнаны, здания снесены или переданы новым владельцам.
Когда семья Шеридан получила эту землю и начала строить своё поместье, к ним явился последний оставшийся монах из разрушенной обители. Что именно он сказал, история донесла в пересказе, но смысл был таков: ни один первородный сын никогда не унаследует это поместье.
Звучит, конечно, как сказка, но занятно вот что: проклятие работало.
Поколение за поколением первородные сыновья в семье Шеридан умирали раньше родителей. Они гибли в армии, умирали от болезней, погибали в несчастных случаях – в общем, находили самые разнообразные способы не дожить до момента, когда поместье должно было перейти к ним.
Фрэнсис не стал исключением. В 1877 году он умер – ему было около 30 лет, пока оба его родителя были живы.
Свобода и второй шанс
Джорджине в тот момент было 27 лет, и теперь она была вдовой. Статус вдовы в викторианской Англии был несравнимо лучше статуса замужней женщины, живущей отдельно от мужа. Вдова могла владеть имуществом, могла вступать в контракты, могла снова выйти замуж без каких-либо юридических препятствий.
И она вышла замуж ещё раз – за состоятельного землевладельца. Имя его в популярных источниках не сохранилось, но зато точно известно, что этот брак был счастливым.
Джорджина Торнхилл умерла в 1894 году, в сорок четыре года. По меркам эпохи это не так уж мало – многие из её прежних подруг по ремеслу не доживали и до тридцати.