12 апреля 1961 года мир замер. Юрий Гагарин стал первым человеком в космосе, и это событие навсегда вписано золотыми буквами в историю. Но знаете ли вы, что на самом деле во время этого полёта произошла одна из самых серьёзных нештатных ситуаций в истории советской космонавтики — которую десятилетиями тщательно скрывали? Официальная версия гласит: полёт прошёл штатно, Гагарин вернулся живым и невредимым, всё было идеально. Но если заглянуть в рассекреченные документы РКК «Энергия» и стенограммы переговоров Центра управления полётами, картина становится совершенно иной.
Начнём с того, что корабль «Восток-1» имел серьёзные конструктивные недостатки. В книге «Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны» (Б.Е. Черток, Москва, 1999, стр. 312–318) главный конструктор систем управления Борис Черток подробно описывает, что за месяц до старта, при наземных испытаниях, дважды отказывала система ориентации корабля. Тормозная двигательная установка (ТДУ) была ненадёжной. Черток пишет: «Мы понимали, что риск огромен, но время поджимало. Американцы были на пятки, и мы обязаны были запустить Гагарина первыми». Именно эта спешка едва не стоила космонавту жизни.
Вот что произошло на орбите на самом деле. Согласно расшифровке переговоров Гагарина с ЦУПом, хранящейся в архиве РГАНТД (ф. 214, оп. 1, д. 78, л. 12–15), сразу после выхода на орбиту бортовая система «Взор» — оптический ориентатор, с помощью которого космонавт должен был вручную сориентировать корабль перед возвращением — отказала. Гагарин докладывает: «"Взор" не сработал. В иллюминаторе — только горизонт, но я не понимаю, где верх, где низ. Полное ощущение, что я лечу вверх ногами». ЦУП отвечает: «Спокойно, Юра. Действуй по инструкции. Если "Взор" не работает — ориентация будет проведена автоматически».
Но и с автоматикой возникли проблемы. Автоматическая система ориентации на Солнце (СОС) не смогла корректно захватить цель из-за того, что солнечные лучи отражались от облачного покрова Земли под нерасчётным углом. Инженер-конструктор «Востока» Михаил Лисовский в интервью журналу «Новости космонавтики» (№ 4, 2001, стр. 24–28) признал: «Мы не учли бликов от облачности. В результате корабль вошёл в зону торможения с отклонением по тангажу в 3 градуса. Это было критично — вход в атмосферу мог пойти по баллистической траектории, а не по планирующей».
И это было только начало. Когда включилась тормозная двигательная установка, корабль начал вращаться с угловой скоростью до 30 градусов в секунду. Гагарин почувствовал сильнейшую перегрузку и центробежную силу, которая буквально расплющивала его в кресле. В отчёте, представленном Королёву 13 апреля 1961 года (архив РКК «Энергия», ф. 12, оп. 3, д. 45, л. 89), Гагарин пишет: «Я не мог поднять руку. Меня вращало так, что я перестал различать показания приборов. Картинка в иллюминаторе мелькала, как в калейдоскопе».
Но самое шокирующее — разделение приборного отсека произошло не вовремя. Корабль «Восток» состоял из спускаемого аппарата и приборного отсека, которые должны были разделиться через 10 секунд после отключения ТДУ. Однако из-за нерасчётного нагрева кабель-мачты, соединяющей отсеки, сигнал на разделение прошёл с задержкой. Приборный отсек остался пристыкованным к спускаемому аппарату на несколько дополнительных секунд. В этот момент Гагарин находился в перевёрнутом состоянии, и корабль продолжал кувыркаться. В книге «Первый пилотируемый полёт» (под ред. Ю.М. Батурина, Москва, 2011, стр. 245–250) приводится расшифровка записи датчиков: «Вращение достигло 32 градусов в секунду. Штатная система ориентации не справилась. Корабль вошёл в атмосферу под углом, превышающим расчётный на 3,8 градуса».
Что это означало на практике? Перегрузка при входе в атмосферу возросла с расчётных 8-9 G до 12 G. Для неподготовленного человека это могло означать потерю сознания и остановку сердца. Гагарин, как высокотренированный лётчик-испытатель, выдержал. Но он потерял сознание на несколько секунд. В его полётном дневнике (хранится в музее РКК «Энергия», инв. № 547) есть запись, сделанная уже после приземления: «Было очень тяжело. На мгновение в глазах потемнело. Я думал, что всё. Потом отпустило».
Ещё один миф — что Гагарин катапультировался из спускаемого аппарата на высоте 7 км, как и планировалось. На самом деле, из-за нештатного вращения и возросшей перегрузки, система автоматического катапультирования сработала с задержкой. Гагарин покинул корабль на высоте 5,2 км, а не 7 км, как сообщалось в официальном отчёте ТАСС. Это следует из анализа телеметрических данных, опубликованных в журнале «Авиация и космонавтика» (№ 4, 1991, стр. 40–43). Разница в 1,8 км — это критическая высота, на которой уже не раскрылся бы основной парашют в случае отказа запасного.
Интересный факт: после приземления Гагарина искали почти два часа. Связь с ним пропала сразу после входа в атмосферу из-за того, что антенны спускаемого аппарата сгорели при входе в плотные слои — их теплозащита была повреждена из-за нерасчётного угла входа. В книге «С.П. Королёв: очерки жизни» (Москва, 1996, стр. 412–415) описывается, как Королёв метался по штабу и кричал: «Он жив? Дайте мне хоть что-нибудь!» Через час после посадки Гагарина нашли местные жители у деревни Смеловка. Именно они вытащили его из скафандра — сам он сделать этого не мог, так как замок шлема заклинило.
Почему же миллионы людей услышали версию об идеальном полёте? Ответ прост: холодная война. В своей книге «Космос и политика» (Москва, 2005, стр. 78–82) историк космонавтики Андрей Красильников пишет: «Партийное руководство понимало: признать нештатные ситуации — значит дать повод Западу говорить о технической отсталости СССР. Поэтому все отчёты были отфильтрованы. Версия о "штатном полёте" стала официальной догмой». Полный отчёт о полёте с описанием всех отказов был рассекречен только в 1995 году.
Сегодня мы знаем правду. Гагарин совершил подвиг не вопреки обстоятельствам, а в прямо в их эпицентре. Корабль, который дал человечеству космос, оказался на грани катастрофы. Но именно в этой грани — истинное величие первого полёта. Как писал сам Гагарин после полёта в личном письме Королёву: «Сергей Павлович, я не знаю, как мы не разбились. Наверное, на нашей стороне был кто-то сверху». Королёв, прочитав письмо, наложил резолюцию: «Уничтожить. Секретно».
Еще много интересных статей на канале в МАХ Загадки истории