Несмотря на то, что срок правления президента истекает в 2030 году, в экспертных кругах в последнее время усилились разговоры о возможном досрочном сложении полномочий, которое будет сопровождаться знаменитой фразой «я устал, я ухожу».
Причины возможного ухода называются разные. Кто-то говорит об изрядно пошатнувшемся здоровье ВВП, приводя в качестве аргумента его недавнее трехкратное «ура», невнятное произношение которого якобы свидетельствует о серьезном недуге.
Другие рассматривают ситуацию под совершенно иным углом. По их мнению, на фоне накопившихся трудностей и неоднозначных результатов последних лет президент может стремиться заранее дистанцироваться от последствий принимаемых сегодня решений. Согласно этой версии, основная волна общественного недовольства в будущем может обрушиться уже на того человека, который окажется у власти после него.
А кто-то и вовсе утверждает, что в Кремле уже начался тихий переворот, и президент по сути уже отодвинут от принятия решений некой хунтой, которая постепенно забирает власть в стране в свои руки.
Насколько какая-либо из этих гипотез соответствует действительности, сказать крайне сложно. Однако независимо от того, какой сценарий в итоге реализуется, неизбежно возникает главный вопрос: кто возьмет бразды правления государством в свои руки?
Операция «приемник»
Весной прошлого года на телеканале «Россия» вышел документальный фильм «Россия. Кремль. Путин», приуроченный к 25-летию первой инаугурации Владимира Путина, где в одном из эпизодов прозвучало весьма интересное высказывание, на которое тогда мало кто обратил внимание, — президент впервые за долгое время заговорил о приемнике:
— Ясно, что есть предвыборные технологии, есть административный ресурс. Но всё-таки в конечном счете выбор за людьми, за российским народом, за гражданами, за избирателями. Поэтому, когда я думаю об этом, а я думаю об этом постоянно, конечно, я думаю о том, что должен появиться человек, а лучше несколько человек, чтобы у людей выбор был, который смог бы добиться этого доверия со стороны граждан страны.
Кроме того, глава государства отметил, что оценивает потенциал различных кандидатов, которые теоретически могли бы претендовать на роль будущего руководителя страны, и добавил, что такая возможность «вряд ли будет у человека, за которым не стоит доверие народа».
Любопытно то, что Путин затронул тему о своем возможном преемнике впервые за долгое время. Ещё в 2020 году президент дал распоряжение прекратить подобные разговоры: «Работать надо, а не преемников искать». С тех пор разговоры о приемнике на официальном уровне больше не велись. Видимо, тогда казалось, что всё «идет по плану». Однако по прошествии 5 лет президент заговорил об этом вслух. Спрашивается, почему?
Критики Путина, да и не только они, любят повторять, что наш президент находится в некоем информационном вакууме, поскольку получает красивые доклады о состоянии дел в стране в тех самых знаменитых «папочках», которые ему подносит услужливое окружение. А сам он, дескать, ничего не знает, интернетом не пользуется, поэтому находится в неведении о том, что происходит в реальности.
Однако подобные предположения не выдерживают никакой критики. Не может человек, который руководил такой огромной страной, как Россия, добрые четверть века, принимать решения, основываясь на каких-то липовых бумажках. Многие эксперты не сомневаются, что президент всегда был в курсе всего происходящего. Просто пока все было под контролем, и образ «спасителя» и «собирателя земель» работал на него, он был уверен в своих силах. Но уже в 2025 году стало понятно, что что-то идет не так.
Ряд tg-каналов со ссылкой на инсайдеров утверждают, что еще в начале прошлого года на стол президенту лег доклад, в котором было сказано о тяжелом положении дел в экономике, туманных перспективах «движухи» и нарастающем напряжении в обществе. Якобы именно тогда президент впервые и задумался о транзите власти.
Как может выглядеть транзит власти
Своим взглядом на ситуацию поделился президент Фонда «Центр развития региональной политики» и руководитель одноименного центра Илья Гращенков.
По его мнению, если передача власти действительно произойдет, она может развиваться по модели, которая уже применялась в конце 1990-х годов, когда Борис Ельцин публично представил Владимира Путина в качестве своего преемника.
— Что такое преемник? Это тот, кого Путин может назначить временно исполняющим обязанности президента, и с этого поста человек может вести политическую борьбу, — рассуждает Гращенков.
Эксперт напоминает, что именно после после транзита власти от Ельцина к Путину, по этой же модели в России начали назначать врио губернаторов.
— У нас все губернаторы, заручившиеся поддержкой Кремля, ведут выборы не с позиций простого кандидата, а уже сидя в губернаторском кресле. Именно поэтому многие кампании идут со словами о том, что «нам некогда заниматься политикой, мы занимаемся тут уже работой — платим пенсии, строим дороги, а вы там шумите на своих дебатах».
При этом эксперт подчеркивает, что вопрос о количестве потенциальных преемников остается открытым.
— Пока трудно представить механизм, при котором несколько кандидатов одновременно получают статус преемников и конкурируют друг с другом. Возникает слишком много организационных и политических вопросов.
По мнению Гращенкова, необходимо разделять понятия официального преемника и других политиков, которые могут участвовать в борьбе за власть в качестве соперников или партнеров по политической кампании.
— Сегодня гораздо важнее понять не сам факт существования преемника, а то, чьи интересы он будет представлять — лично Владимира Путина, его ближайшего окружения или влиятельных элитных групп.
Эксперт считает, что здесь просматриваются два принципиально разных направления.
Первый вариант предполагает передачу власти человеку, максимально близкому к президенту или его ближайшему окружению. В связи с этим многие наблюдатели обращают внимание на фигуру Кирилла Дмитриева, который в последнее время стал заметно чаще появляться в информационном пространстве.
— Поэтому неспроста появившийся недавно в медиаполе Кирилл Дмитриев, который, как утверждают, связан с близкими президенту людьми, сразу стал «номинироваться» на эту роль.
При этом Гращенков отмечает, что существуют и другие влиятельные фигуры, которые пока предпочитают оставаться в тени, но в перспективе могут заявить о себе значительно громче.
Второе направление связано с выдвижением кандидата от крупных элитных групп.
— В стране существует несколько крупных центров экономического и политического влияния. Их интересы не всегда совпадают, поэтому наиболее приемлемым вариантом может стать компромиссная фигура, не ассоциирующаяся напрямую ни с одним из конкурирующих лагерей.
Кто может рассматриваться в качестве кандидата
Говоря о потенциальных претендентах, политолог условно делит их на несколько групп.
К первой относятся фигуры, способные выступить в роли компромиссного кандидата. Наиболее очевидным представителем этой категории эксперт считает председателя правительства Михаила Мишустина. Согласно действующему законодательству, именно премьер-министр временно исполняет обязанности президента в случае возникновения соответствующей необходимости.
По мнению Гращенкова, сильной стороной Мишустина является его относительная дистанцированность от основных центров политического влияния.
Кроме него, эксперт упоминает Дмитрия Медведева. Несмотря на то что бывший президент и бывший премьер-министр давно не рассматривается многими как реальный претендент на высший государственный пост, полностью исключать его из числа возможных кандидатов преждевременно.
— С одной стороны, Медведев сейчас как раз обеспечивает баланс своей ядерно-патриотической риторикой. С другой стороны, все его помнят в прошлом как либерала, заявившего, что свобода лучше, чем несвобода. Такое умение поляризовываться говорит о том, что медиаповестка — это не главное.
Кроме того, по мнению Гращенкова, Медведев остается человеком, которому Путин может доверять.
Еще одной фигурой, сохраняющей политический вес, Гращенков называет мэра Москвы Сергея Собянина.
Хотя влияние его команды за последние годы несколько сократилось, столичный градоначальник по-прежнему располагает серьезными административными и управленческими ресурсами.
— Собянин остается самостоятельным политическим игроком, который не слишком тесно связан с большинством существующих групп влияния.
Второе направление среди возможных претендентов на высший государственный пост политолог связывает с так называемым патриотическим или силовым крылом российской элиты. В разные годы эту группу обозначали по-разному. Одним из неофициальных названий было «Новое Озеро» — по аналогии с известным кооперативом «Озеро», вокруг которого традиционно строилось множество политических интерпретаций. В состав этой условной группы обычно включают людей, долгие годы находившихся рядом с президентом. Речь идет прежде всего о бывших адъютантах и сотрудниках служб безопасности, которые в разные периоды обеспечивали охрану главы государства и считаются частью его ближайшего доверенного круга.
— Если говорить о наиболее заметных фигурах этого направления, то в первую очередь можно назвать нынешнего секретаря Госсовета Алексея Дюмина. Кроме него, вероятно, существуют и другие политики или управленцы, которые близки данной группе как по взглядам, так и по имеющимся ресурсам.
Третью категорию эксперт относит к числу тех представителей элиты, которые выступают за более активное взаимодействие России с внешним миром, не отказываясь при этом от патриотической повестки и защиты национальных интересов. По его мнению, именно из этой среды может появиться кандидат, способный предложить новую модель развития страны в случае снижения международной напряженности и улучшения отношений с западными государствами.
Речь идет о политике, который мог бы продвигать образ России не как государства, вынужденного постоянно обороняться от внешних угроз, а как сильной и уверенной державы, активно участвующей в глобальных процессах и ориентированной на долгосрочное развитие. Такой человек должен обладать достаточным авторитетом как внутри страны, так и за ее пределами.
При этом, считает эксперт, подобный преемник вовсе не обязательно должен происходить из ближайшего окружения президента. Скорее речь идет о представителе влиятельных элитных кругов, способном выстраивать конструктивные отношения одновременно с различными мировыми центрами силы. Он должен пользоваться уважением как на Западе, включая Соединенные Штаты, так и в странах Востока, прежде всего в Китае, оставаясь при этом проводником российских национальных интересов.
— В качестве возможных представителей этого направления можно рассматривать не только Кирилла Дмитриева. Среди более молодых фигур также есть политики и управленцы, которые теоретически способны претендовать на подобную роль. Например, нынешний первый вице-премьер Денис Мантуров.
Наследство может оказаться непростым
В любом случае, по мнению Гращенкова, независимо от того, кто в конечном итоге будет выбран в качестве преемника, его положение завидным не назовешь. Если экономика продолжит катиться вниз (а в этом практически ни у кого сомнений нет), тому, кто придет после Путина, придется туго.
С одной стороны, обществу потребуется объяснение решений, принимавшихся на протяжении предыдущих лет, а также их последствий. Проще говоря, приемнику придется отдуваться за всё, что наворотил его предшественник. С другой — от нового лидера будут ждать уже не оценок прошлого, а конкретных предложений относительно будущего. Ему придется демонстрировать собственную программу действий, искать пути решения накопившихся проблем и выстраивать диалог как внутри страны, так и за ее пределами. Поэтому стартовые условия для любого преемника могут оказаться весьма непростыми.
— Совершенно не обязательно, что кандидат, которого будет поддерживать действующая власть, автоматически получит все преимущества, которые сегодня обычно имеют врио губернаторов перед выборами. К тому моменту на такого политика может перейти часть накопившегося общественного недовольства, связанного с работой власти в целом. Если же подобного негативного фона не возникнет, тогда, скорее всего, будет реализован привычный сценарий передачи власти, который уже неоднократно применялся на региональном уровне, — резюмирует эксперт.
Дорогие друзья. С каждым днем откровенно говорить на злободневные темы становится все труднее. Заинтересованные люди старательно «закручивают кран» тем авторам, кто еще пытается говорить правду. Почему — думаем, объяснять, наверное, не надо. Наш канал держится на голом энтузиазме, поэтому, если кто-то посчитает возможным для себя оказать ему помощь, будем очень благодарны. Помочь очень просто — достаточно просто нажать на кнопку «Поддержать» в правом углу и внести любую неразорительную для вас сумму.