14 июня 1906 года – директором полиции Российской империи назначен Максимилиан Трусевич.
Будем говорить прямо: факт для нашей нынешней действительности не настолько уж значим, чтобы о нём готовить публикацию. Однако с личностью этого человека связаны некоторые события, имевшие прямое отношение к истории государства и судьбой Николая II. Вот так – ни больше ни меньше.
Максимилиан Иванович родился в 1863 году в семье черниговских дворян. Окончил училище правоведения, и начал службу с низших должностей в системе государственной прокуратуры. В 1902 году получает пост товарища (заместителя) прокурора Петербургской судебной палаты. И в качестве этого должностного лица его направили в Уфимскую губернию для наблюдения за расследованием убийства губернатора Николая Богдановича.
Николай Модестович Богданович зарекомендовал себя очень дельным администратором и добросовестным государственным служащим. Он стал одной из жертв кошмарного террора, который развязали в стране революционеры-эсеры в начале ХХ столетия.
А дело было так. В 1903 году, в период т.н. «революционного подъёма» он лично вышел на переговоры с рабочими Златоустовского оборонного завода, которых подбили на бунт эсеры-агитаторы. Богданович пытался успокоить бунт миром… Перед губернатором бурлила наэлектризованная левацкими лозунгами пятитысячная толпа, за спиной – горстка солдат… Что произошло дальше, доподлинно неизвестно, случившееся в разных источниках и описывается по-разному: кто-то выстрелил, кто-то ответил, солдаты бабахнули залпом… В результате погибло около полусотни человек, и около ста получили ранения… Богданович впоследствии из-за случившегося сильно переживал, поделившись с кем-то из близких: «Лучше бы я взял с собой сотню казаков, они бы нагайками разогнали толпу»…
Однако историю вспять не повернёшь – случившееся назвали «Златоустовской бойней». Боевая группа эсеров приговорила Николай Богдановича к казни. Одним из тех, кто выносил смертный приговор, был Евно Азеф – запомним этот факт. А привёл приговор в исполнение эсер Егор Дулебов.
Так вот, осуществлять прокурорский надзор за ходом расследования и прислали Максимилиана Трусевича. О том, насколько успешно он справился со своей функцией, говорит тот факт, что по возвращении в Петербург он получил чин действительного статского советника (генерал-майор, если перевести на привычный нам иерархический чин).
Ну а вскоре его назначили директором Департамента полиции – случилось это, как уже сказано, в июне 1906 года.
Мы знаем, что к этому времени события, которые принято называть Революцией 1905-1907 годов, понемногу начали терять свою остроту. Как впоследствии писал Ленин, монархия устояла; сами же революционеры начали уходить в подполье или подались в эмиграцию.
В этих условиях Трусевич начал с того, что разработал план реорганизации своего ведомства с учётом свершившихся событий. Он вообще зарекомендовал себя решительным энергичным, умеющим работать сам и умеющий требовать того же от подчинённых.
Он разработал меры по повышению действенности работы полицейских подразделений на местах. Он сформировал сеть районных охранных отделений. Он подал министру внутренних дел Петру Столыпину докладную с предложением о введении в структуре полиции новых подразделений: по надзору за деятельностью низовых полицейских структур, а также по усилению надзора за политическими антиправительственными силами. Он предложил реорганизовать систему руководства и подотчётности подразделений, занимавшихся политическим сыском, отказаться от территориального деления и централизовать вертикаль. Он занялся систематизацией информации о политических и террористических организациях страны. Заметив, что в послереволюционный период активизировался криминалитет, предложил ряд мер по усилению борьбы с преступностью неполитической. Он уделял большое внимание подготовке кадров…
И этот список начинаний и предложений Максимилиана Трусевича на посту директора полиции можно продолжать.
Конечно же, каждый из нас сегодня может относиться к этой деятельности по-своему: кто-то скажет, что он душил стремление народа к свободе, кто-то, что последовательно защищал строй, который его взрастил… Я же в контексте данной публикации скажу отвлечённо и уклончиво: оказавшись на вверенном посту, Максимилиан Иванович выполнял свои обязанности добросовестно и инициативно, как подобает государственному чиновнику.
Однако весной 1909 года Трусевич добровольно оставил этот пост. Причина этого решения доподлинно остаётся полускрытой. Формальным поводом стало то, что на пост заместителя министра внутренних дел назначили Павла Курлова, который до того служил в подчинении Трусевича. Максимилиан Иванович счёл для себя неприемлемым оказаться в подчинении бывшего подчинённого. По большому счёту, можно признать, что повод для демарша имелся, во всяком случае, формальный.
Но имеется и другая версия, вызывающая более сложные вопросы.
Выше уже упоминалась фамилия террориста Евно Азефа. Известно, что этот проходимец без стыда и совести, равно как и без жалости, в качестве одного из руководителей террористического подполья занимался организацией политических убийств, и при этом являлся высокооплачиваемым агентом полиции. То есть все многочисленные убийства, которые организовал этот нелюдь, отбрасывали нехорошую тень и на Департамент полиции. Конечно, можно допустить, что лично директор не знал, кто персонально является столь ценным агентом в среде революционеров, но согласимся, что это очень маловероятно.
И когда Азеф оказался на грани разоблачения революционерами, когда всплыла информация (пока ещё недоказанная) о преступной деятельности этого террориста, Трусевич вполне мог счесть, что лучше уйти с поста под благовидным (пусть даже относительно) предлогом. Этот шаг видится вполне разумным, особенно если вспомнить о судьбе Алексея Лопухина, предшественника Трусевича на посту главы полицейского ведомства, который участвовал в кампании по разоблачению Азефа, за что и угодил на каторгу.
…Какую версию принять – каждый волен сделать свой выбор.
Как бы то ни было, Трусевич после хлопотной должности директора Департамента полиции стал сенатором – пост почётный и необременительный.
О нём вспомнили в сентябре 1911 года, когда от руки террориста Богрова погиб премьер-министр России Пётр Столыпин, в своё время покровительствовавший Трусевичу. Соответственно, Максимилиану Ивановичу предложили взять на себя прокурорский надзор за расследованием этого преступления. Отставной министр выполнил поручение со всей присущей ему принципиальностью. Он вынес обоснованное и доказательное предложение об отдаче под суд четверых государственных чиновников, повинных в том, что этот роковой выстрел прозвучал. В этом списке на первом месте стояло имя генерал-лейтенанта Павла Курлова – того самого, который перескочил через его голову в кресло замминистра… Когда обвинительное заключение было уже готово, государь Николай II лично вычеркнул трёх остальных обвиняемых, оставил только самого младшего по званию, подполковника, да и тому определив срок заключения в четыре месяца. Ну как тут не задуматься о правоте мнения, что царю-батюшке поднадоел настолько активный премьер…
Что к этому добавить?.. Финал жизни Максимилиана Трусевича теряется в густом дыму 1917 года. Есть версия, что он попросту где-то сгинул в безвестности, что он сумел эмигрировать и сгинул где-то на чужбине, что угодил в казематы ВЧК, где разговор с бывшим главным полицейским империи оказался коротким… Неведомо.
В завершение хочется поведать историю, которая по-своему своеобразно характеризует нашего героя.
Максимилиану Трусевичу, в 1907 году едва занявшему место директора, пришлось заниматься расследованием покушения на отставного премьер-министра Сергея Витте. То есть, конечно, собственно расследованием занимался следователь, знаменитый в ту пору Павел Александров (достойный отдельного подробного разговора), но и Трусевич подключился… Так вот, обстоятельства дела остались до конца невыясненными. Официальный следователь Александров пришёл к выводу, что тут замешаны некие террористы. Однако имелось и другое мнение: что Витте инсценировал покушение – мину обнаружили заблаговременно, она не взорвалась… И Трусевич придерживался той же точки зрения, за что Сергей Юльевич его люто невзлюбил и в мемуарах написал, что «Трусевич – человек, которому доверять нельзя. Это тип полицейского сыщика-провокатора».
А вот бывший подчинённый Трусевича, полковник Александр Мартынов после отставки начальника написал, что «С его уходом правительство потеряло исключительного человека «на своём месте».
Как мне представляется обе эти характеристики отнюдь не противоречат друг другу.