Рим., 87 зач., IV, 13-25
Сегодня в Послании к Римлянам мы слышим слова апостола Павла о праотце Аврааме. Иудеи почитают его как отца народа, но апостол подчеркивает нечто иное: он называет его «отцом всех верующих». Это крайне важно. Вспомним: первое обетование Аврам получает в Уре Халдейском — Бог обещает произвести от него великий народ и благословить все племена земные (Быт. 12:1-3). Затем, когда Аврам уже в земле Ханаанской, Господь вновь говорит ему о потомстве, многочисленном как звезды, и звучат слова: «Аврам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность» (Быт. 15:6). Всё это происходит до обрезания. Обрезание дано позже — в Быт. 17, когда Аврааму уже 99 лет. Закон Моисеев будет дан лишь столетия спустя. Значит, праведность дается не по заслугам, не по происхождению, а по вере. Потому Авраам и является отцом не только обрезанных, но и необрезанных — всех, кто имеет веру. Более того, апостол называет его «наследником мира» — в оригинале «наследник космоса». Когда-то Господь обещал Аврааму землю Ханаанскую, а Павел раскрывает: вера делает человека наследником не клочка земли, а всего преображенного мироздания.
«Он, сверх надежды, поверил с надеждою, через что сделался отцом многих народов… И, не изнемогши в вере, он не помышлял, что тело его, почти столетнего, уже омертвело, и утроба Саррина в омертвении; не поколебался в обетовании Божием неверием, но пребыл тверд в вере, воздав славу Богу» (Рим. 4:18-20).
Апостол Павел часто напоминает нам о том, что Бог неизменно верен Своим обещаниям. В отличие от нас, людей. В нашей падшей природе, в нашей изменчивости мы часто уподобляемся неверным супругам: даем заветы, обещания, клятвы — и нарушаем их. Священная история Ветхого Завета полна примеров того, как народ израильский изменял Богу. Но верность Божьего обещания держится не на человеческой верности — она держится на силе Того, Кто оживляет мертвых и «называет несуществующее как существующее» (Рим. 4:17). Человек непостоянен, Господь же, если дает обещание, исполняет его непременно. Всё, что Бог пообещал, Он совершит.
Здесь мы видим уникальное качество Авраама — веру со «сверхнадеждой». Это прямой вызов и нашему времени, и нашему поколению. Мы живем в культуре позитивизма — это когда истиной считается только то, что можно измерить, пощупать и доказать. Философия? Этика? Богословие? Это же нельзя проверить, разложить на формулы. Следовательно, и говорить об этом нет смысла.
Но пример Авраама разрушает эту логику. Он всю свою жизнь доверил Богу. Господь сказал ему: «Выйди из Ура Халдейского», — и он вышел, пошел через Харран в неведомую землю. Господь пообещал ребенка. Прошли десятилетия. Тело состарилось, утроба Сары, как говорит Писание, омертвела. По всем естественным человеческим меркам жизнь там закончилась. Но Авраам не изнемог. Он сохранил веру и надежду, которая лежит за пределами человеческой логики.
Могут сказать: это доступно только великим праотцам. Но вера и надежда даны каждому. Доступ имеют все, только не все этим даром пользуются. Как в браке: любовь доступна — бери. Поженились. Прошли годы, чувства остыли. Разлюбили, развелись. А где подвиг? Где самоотдача, где терпение? Вера и надежда доступны, но без труда, без усилия нет движения вперед. Современный мир приучен только потреблять — и в этом его катастрофа. Не случайно на отпевании мы слышим апостольские слова: «Не хочу оставить вас в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды» (1 Фес. 4:13). Прочие не имеют надежды, а мы имеем. Наш мир в этом смысле абсолютно безнадежен — но не мы.
Но логика верующего другая. Он борется, живет надеждой, превозмогает. Апостол Павел говорит, что любая верность — это борьба до крови. «Вы еще не до крови сражались» (Евр. 12:4). Апостолы не просто верили, они свою кровь пролили. Она не далась им даром.
Представим ситуацию: Христос умер. По логике первосвященников, тело могли просто выкрасть ученики, спрятать и обманывать народ. Как проверить их свидетельство? Очень просто — допросом и пыткой. Любой человек, любящий свою жизнь, столкнувшись с болью и страхом смерти, признается во лжи. Если бы Воскресения не было, любой из апостолов, лжец по природе, сломался бы. Само греческое слово «мартирос», переведенное как мученик, означает «свидетель». Апостол Павел свидетельствует: воскресшего Христа видели более пятисот человек одновременно, и многие из них были живы, когда он писал эти слова (1 Кор. 15:5-6). Ни один из свидетелей Воскресения, даже под пытками, даже перед лицом казни, не отказался от своего свидетельства. Ни один не сказал: «Мы украли Его». Их надежда была не теорией, а встречей с Живым Христом. Они видели пустую могилу и Воскресшего Учителя. И за эту надежду они проливали кровь.
В этом и заключается Авраамова «сверхнадежда» — способность видеть на годы и даже на тысячелетия вперед. Авраам смотрел не на свой омертвевший век, а на силу Божьего обещания. Он не изнемог. Чего часто не скажешь о нас. Случается, приходит человек в храм с живым помыслом: «Я попробую верить». Искренне ставит свечу, приходит раз, другой, третий. А потом исчезает. Изнемог — в отличие от Авраама, который, по слову апостола, «не изнемогши в вере» (Рим. 4:19). Не хватило краткой попытки, потому что вера — это не эксперимент, а жизнь. Жизнь часто непростая. Поэтому и Спаситель говорит: «Возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16:24).
У Авраама все рушилось вокруг, была полная безнадега, но он не колебался. Что же он делал? Он воздавал славу Богу. Это удивительный критерий духовного состояния. Мы же в большинстве случаев впадаем в уныние, печаль, тоску и отчаяние. Чье это состояние? Это состояние Денницы-отступника, не способного на благодарение. А Авраам внутренне утвердился в Боге настолько, что в любом состоянии воздавал славу.
Вспомним Иоанна Златоуста. Больного, гонимого, его вели пешком в ссылку в далекие Команы. Казалось бы, конец, крах. А из его уст звучало: «Слава Богу за всё». Прошли столетия, и сегодня любой проповедник, готовясь сказать слово о Евангелии, первым делом открывает толкования Златоуста. Они живые, действенные, потому что это источник веры. Это слово, произнесенное человеком, который научился не изнемогать.
Дорогие братья и сестры, будем учиться этой вере — твердой, не колеблющейся. Надежде, которая превыше всякой человеческой надежды. Даже когда всё рушится, у нас остается главное доказательство любви Божией — пустая могила в Иерусалиме. Мы можем приехать ко Гробу Господню и задуматься о том, Кого в этой гробнице нет. Этот Сын Божий, Богочеловек, воскрес, чтобы каждого из нас воскресить и ввести в новую реальность — реальность наследия, которое больше видимого космоса. Чего вам и себе желаю. Аминь.