Как и обещали, продолжаем рассказывать о симптоматике сенсорной алалии, настала очередь неречевой (или невербальной). Или по-другому – как алалия проявляется в поведении ребенка.
Первую часть статьи про речевые симптомы вы можете посмотреть по этой ссылке:
Ирина Петровна: У наших деток с сенсорной алалией существует множество особенностей поведения, которые родители часто принимают за проявления совершенно других нарушений.
Важно понимать: общая моторика, физический слух, зрение и базовые интеллектуальные возможности у наших детей абсолютно сохранны. Они ничем не отличаются от обычных детей.
Мария Владимировна: Стоит еще раз подчеркнуть, что при аппаратных методах исследования — МРТ или КТ — никакой патологии, как правило, не обнаруживается, поскольку нарушение носит функциональный характер.
Ирина Петровна: Практически все особенности поведения этих детей являются вторичными. Они возникают не сами по себе, а вследствие главной проблемы — непонимания обращенной речи.
Часто наши родители говорят: «Он невнимательный / Подбирает с пола всякую дрянь и тянет в рот / Никого не слушается». Все это пытаются объяснить умственной отсталостью, аутизмом, плохим воспитанием или особенностями характера.
На самом деле причина совсем другая. Сейчас объясню.
Психологи утверждают, что человек получает около 70% информации через зрение. С этим трудно спорить. Но маленький ребенок первоначально познает мир не столько глазами, сколько через объяснения взрослых.
Недостаточно просто увидеть какой-то предмет. Нужно, чтобы взрослый рассказал, что это такое, зачем оно нужно и как с ним обращаться. Мы постоянно объясняем ребенку окружающий мир: что это крыша дома, почему она находится выше нас, зачем нужна ложка, почему машина едет по дороге.
Если же ребенок не понимает обращенную речь, огромный пласт информации просто не поступает в его мозг. Именно отсюда и возникает большинство неречевых симптомов, о которых мы сейчас расскажем.
1. Полевое поведение
Мария Владимировна: Часто психологи называют поведение таких детей полевым. Что это означает?
Ребенок хаотично бегает по комнате, словно не имея никакой цели. Одна мама однажды очень точно сказала: «До занятий он как будто не знал, зачем вообще живет».
Он бесконечно перемещается по комнате, не интересуется игрушками, ничем долго не занимается. Со стороны кажется, что ребенок совершенно неуправляем. Но причина опять-таки заключается в том, что он не понимает обращенную речь. Он не понимает инструкций взрослых, не может понять и объяснить собственные желания и поэтому действует хаотично.
Ирина Петровна: С детьми с сенсорной алалией бывает сложно выйти в общественное место — в кафе, ресторан или магазин. Ребенок вскакивает, бегает по залу, не может спокойно ждать заказ, пристает к окружающим.
Помню историю про девочку, которая в кафе подошла к совершенно незнакомой бабушке, залезла к ней на колени, сняла с нее очки и, весело смеясь, убежала. Бабушка с дедушкой просто встали и ушли.
Почему так происходит? Потому что ребенок не понимает правил поведения.
Как мы обычно воспитываем детей. Мы говорим: «Что ты делаешь?» / «Как тебе не стыдно?» / «Посмотри, никто так себя не ведет».
Все это — слова. А ребенок их просто не понимает. Он не плохой, не невоспитанный и не злой. Он не знает правил, потому что не понимает объяснений взрослых.
Поэтому я всегда прошу родителей беречь собственные нервы. И до определенного этапа коррекции лучше ограничить посещение подобных мест. Ребенку, по большому счету, все равно. Он не понимает ни того, что сделал что-то смешное, ни того, что его ругают. А вот мамы переживают очень сильно.
Еще одна типичная ситуация — прогулка. Впереди дорога. Мама говорит: «Вася, стой! Дай руку! Там машины!»
А Вася смеется и бежит дальше. И большинство родителей воспринимают это как непослушание. На самом деле все гораздо сложнее. Слово «стой» для ребенка не имеет того значения, которое вкладываем в него мы. Более того, если оно неоднократно звучало именно в тот момент, когда ребенок весело бежал, то в его памяти это слово может закрепиться именно вместе с этим действием.
Получается своеобразная ассоциация: «Стой» — значит весело бежать дальше. Таковы особенности формирования понимания речи при сенсорной алалии.
Мария Владимировна: Но не стоит отчаиваться. Позже все изменится, но будет меняться постепенно — по мере коррекционной работы.
Ирина Петровна: Именно поэтому не нужно автоматически считать полевое поведение признаком аутизма. Сначала необходимо понять его причину. Ребенок действительно не интересуется людьми? Или он просто не понимает обращенную речь. Это совершенно разные ситуации.
Мария Владимировна: Так бывает, что родители сначала обращаются не к логопеду, а к психологу или нейропсихологу, потому что их беспокоит именно поведение ребенка. Им кажется, что главная проблема в том, что себя ведет «не так».
Ирина Петровна: А психолог, разумеется, начинает работать с ним так же, как с обычным ребенком, который понимает речь. Он пытается словами что-то объяснять, договариваться, обсуждать правила поведения. Но если ребенок не понимает обращенную речь, такой подход оказывается практически безрезультатным.
После этого семья нередко попадает к психиатру, появляются новые диагнозы, в том числе РАС, и родители начинают думать, что ситуация безнадежна.
Мария Владимировна: Поэтому будьте очень внимательны к своим детям и к тем симптомам, о которых мы сегодня говорим. Есть и другая категория детей. Они постепенно начинают осознавать свои трудности и понимать, что отличаются от сверстников.
Такие дети обычно становятся более стеснительными, предпочитают играть в одиночестве и стараются никому не мешать. Чаще всего это происходит уже в более старшем возрасте, когда ребенок начинает сравнивать себя с окружающими и чувствует, что что-то идет не так.
Ирина Петровна: Или детей с сенсорной алалией родители отдают в детский сад в надежде, что там они «социализируются».
Сразу скажу: к сожалению, этого не произойдет. Сенсорная алалия — это тяжелое речевое нарушение, которое само по себе не проходит. Одного пребывания среди говорящих детей для развития речи недостаточно.
Как правило, в детском коллективе такие дети делятся на две большие группы.
Первая группа — это дети, которые уже догадываются о своем дефекте. Именно их обычно очень любят воспитатели. Про такого ребенка говорят: «Идеальный. Посадишь его утром за стол — и он спокойно сидит весь день». Воспитателю действительно удобно. Но самому ребенку от этого совсем не хорошо. Вместо того чтобы развиваться, общаться и получать новые знания, он часами сидит, рисует или молча занимается своими делами. Получается, что значительная часть дня проходит без полноценного развития. Это безвозвратно потерянное время.
Мария Владимировна: Есть и другая категория детей. Они пока еще не осознают своих трудностей и не понимают, что отличаются от сверстников. Наоборот, они активно пытаются общаться: подходят к детям, обнимают их, целуют, приглашают играть. Но из-за того, что они не понимают правил общения и не могут полноценно поддерживать игру, окружающие дети нередко начинают их обижать или избегать.
Ирина Петровна: К сожалению, в таких ситуациях воспитатели иногда пытаются решить проблему самым простым способом — рекомендуют прохождение различных комиссий или перевод ребенка в специализированное учреждение.
Поэтому я всегда прошу родителей: берегите своего ребенка. Не стоит рассчитывать, что коллектив сам по себе исправит сенсорную алалию. Напротив, в некоторых случаях он может стать источником дополнительных трудностей и психологических переживаний.
Такому ребенку в первую очередь необходимо индивидуальное развитие и целенаправленная коррекционная работа. А в детский коллектив он сможет полноценно войти тогда, когда уже будет понимать обращенную речь, сможет взаимодействовать со сверстниками и чувствовать себя уверенно.
2. Ребенок не умеет играть
Ирина Петровна: Пожалуй, самая частая жалоба родителей: «Он совсем не умеет играть».
Давайте разберемся, что такое игра? Это отражение жизненного опыта. Чтобы играть, ребенок сначала должен понять, что вообще происходит в окружающем мире.
Наши дети либо бесконечно бегают, либо бесцельно ходят с отсутствующим взглядом. Он может взять игрушку, покрутить ее, положить обратно, взять другую.
И дело не в том, что игрушка ему неинтересна. Он просто не знает, что с ней делать: Это машинка? Ее нужно катать? Ломать? Есть? Как использовать этот предмет?
Поэтому на первых этапах очень важно не объяснять словами, а показывать действия. Не говорить: «Это машинка, ее катают». А просто взять машинку и покатать. Тогда у ребенка появляется новая модель поведения, и постепенно возникает настоящая игра.
Мария Владимировна: Именно поэтому ребенок может долго рассматривать какую-нибудь дырочку в стене, щель или маленькое отверстие на полу. И многие сразу говорят: «Наверное, аутизм». На самом деле это вовсе не обязательно так.
Я помню девочку, про которую воспитательница сказала: «Очень странный ребенок. Сидит и бесконечно перебирает своих лошадок. Наверное, аутизм». Именно после этих слов мама обратилась ко мне.
Прошло время. Сегодня это умная, красивая девушка с прекрасной речью, которая занимается танцами и имеет множество увлечений. Тогда она просто не знала, что еще можно делать с этими игрушками.
3. Ребенок ставит игрушки в ряд
Ирина Петровна: Еще наши дети очень любят выстраивать игрушки или различные предметы в ряд. И это тоже очень часто принимают за проявление аутизма.
А на самом деле ребенку просто стало понятно, как выполнить это действие. Он один раз его освоил, ему понравилось, и он повторяет снова и снова.
По мере коррекции ребенок постепенно учится полноценной игре, и подобные действия уходят сами собой.
Поэтому не стоит автоматически делать вывод «это аутизм». Нет. Очень многие так называемые «стереотипии», которые пытаются найти у детей с сенсорной алалией, на самом деле являются не стереотипиями, а компенсаторными механизмами. Это способы, при помощи которых ребенок пытается приспособиться к своему нарушению.
4. Зацикленность на одних предметах или действиях
Ирина Петровна: У меня был в коррекции мальчик. Его интересовали только пожарные машины и цифры. Все футболки были с пожарными машинами. Честно говоря, первое время даже мне казалось, что передо мной ребенок с аутизмом.
Но потом мы постепенно начали расширять его представления. К пожарным машинам добавили скорую помощь, эвакуатор, полицейские машины. Потом появились другие игрушки.
Оказалось, что проблема была вовсе не в патологической зацикленности. Просто это было единственное понятие, которое ребенок смог связать со словом и понять.
Сегодня это совершенно обычный школьник.
Мария Владимировна: Очень часто мама пытается играть с ребенком, но ничего не выходит. Она предлагает игру, а ребенок просто уходит, начинает смотреть в сторону или даже плакать.
Причина проста. Мама пытается навязать ребенку свою игру, а он не понимает, чего от него хотят.
Когда же родители начинают соблюдать правильный речевой режим и учатся взаимодействовать с ребенком по-другому, совместная игра постепенно появляется сама собой. Поэтому задача заключается не в том, чтобы заставить ребенка играть, а в том, чтобы научиться правильно с ним взаимодействовать.
5. Отсутствие подражательной деятельности
Ирина Петровна: С этим тесно связан еще один симптом — отсутствие подражательной деятельности. Подражание тоже необходимо сначала понять. Ребенок должен осознать, что значит: «Сделай, как я», «Посмотри, как делаю я».
Если понимания речи нет, то нет и результата. Мы показываем какое-то действие с предметом, а ребенок равнодушно посмотрел, развернулся и ушел. Не потому, что ему неинтересно, а потому, что он просто не понял, чего от него хотят.
Поэтому не стоит навязывать ребенку свою игру. Далеко не каждый ребенок с сенсорной алалией это выдержит. При тяжелой степени нарушения, когда ребенок даже не откликается на свое имя, я всегда советую родителям сначала втереться к нему в доверие.
Посмотрите, чем он занимается. Сядьте рядом. Попробуйте поиграть в его игру. А уже потом очень осторожно и постепенно начинайте ее изменять, добавляя что-то новое.
Главное — не спугнуть ребенка. Если сделать это слишком резко, он просто встанет и уйдет. Если же действовать постепенно, ребенку начинает нравиться взаимодействие со взрослым. Он начинает наблюдать за вашими действиями, повторять их и постепенно включаться в совместную деятельность.
Так развивается и игра, и поведение, и понимание окружающего мира — сначала даже без слов.
6. У ребенка страдают высшие психические функции
Ирина Петровна: У детей с сенсорной алалией страдают практически все высшие психические функции:
- внимание;
- восприятие;
- память;
- интеллект;
- мышление.
Но важно понимать: они недоразвиты не сами по себе, а вследствие того, что ребенок не понимает объяснений взрослых.
Даже различение цветов на ранних этапах может вызывать трудности. Для нас красный и зеленый — совершенно разные понятия, потому что за ними стоят слова. Для ребенка, который еще не связывает слова с предметами и признаками, это просто разные зрительные впечатления. Поэтому страдает даже восприятие окружающего мира.
7. Отсутствие внимания и концентрации
Ирина Петровна: Часто детям с сенсорной алалией ставят СДВГ. Говорят: «У него совершенно нет внимания».
Но попробуем разобраться. Когда взрослый человек выполняет какое-то дело, он постоянно проговаривает его про себя: «Сейчас закончу рисовать, потом пойду играть». Эта внутренняя речь помогает удерживать внимание.
Если ребенок только не говорит, он не может таким способом регулировать собственное поведение. Он просто встал и ушел.
При сенсорной алалии ситуация еще сложнее. Даже взрослый не может помочь словами: «Сначала дорисуй, потом пойдем играть». Ребенок этого не понимает. Он уже мысленно переключился, например, на конструктор — и все. Поэтому я всегда говорю родителям: Не пытайтесь тренировать внимание до тех пор, пока не сформировано понимание речи.
Сначала необходимо научить ребенка понимать обращенную речь, а уже потом работать над вниманием и саморегуляцией.
8. Интеллект и задержка психоречевого развития
Ирина Петровна: Интеллект — это, по сути, кругозор человека. Это все те предметы, явления и понятия, которые он знает об окружающем мире. Каждый предмет в нашей реальности имеет свое название. Если существует слово, значит за ним должен стоять какой-то предмет, действие или явление. Именно так формируется картина мира.
У ребенка с недостаточным пониманием речи этот кругозор оказывается крайне ограниченным. Образно говоря, весь его мир может сводиться к одной пожарной машинке или нескольким хорошо знакомым предметам.
Поэтому, когда говорят, что у такого ребенка есть задержка психического развития, формально это действительно может соответствовать диагнозу ЗПРР. Однако важно понимать, что это не первопричина, а вторичное нарушение.
Проблема возникает потому, что ребенок не получает достаточного объема информации через речь и, соответственно, не может полноценно сформировать представления об окружающем мире.
9. Не развивается мышление
Ирина Петровна: Мы уже неоднократно говорили, что у детей с сенсорной алалией при отсутствии своевременной коррекции основной проблемы со временем могут формироваться тяжелые формы интеллектуальной недостаточности.
Происходит это именно потому, что не развивается мышление. Давайте разберемся, как это происходит.
Развитие мышления у любого человека проходит несколько этапов:
- Предметно-действенное мышление
— это первый тип мышления, который осваивает ребенок. Представьте младенца, которому дали погремушку. Что он сделает в первую очередь? Конечно, попытается засунуть ее в рот. Это совершенно естественно, ведь в самом начале жизни все познание окружающего мира происходит именно через рот — до этого ребенок только ел.
Но мама показывает: «Нет-нет, с ней нужно делать вот так». И начинает греметь погремушкой. Для ребенка это настоящее открытие: «Оказывается, так тоже можно!» Он лежит и с удовольствием повторяет новое действие.
Проходит время, ребенку дают машинку. Что он делает? Сначала снова пытается попробовать ее на вкус. Не получилось — несъедобно. Потом начинает трясти ее так же, как раньше тряс погремушку. Если колесики издают звук, он продолжает греметь.
Тогда мама объясняет: «Нет, это не погремушка. Это машинка. Ее нужно катать». И снова для ребенка открывается новый способ взаимодействия с предметом.
Именно так постепенно формируется понимание окружающего мира. Мы показываем ребенку: ложкой едят, лопаткой копают песок. А ребенок начинает экспериментировать.
Он вполне может попробовать есть совочком и копать землю ложкой. И это абсолютно нормально. Через такие эксперименты он изучает свойства предметов и способы их использования. Это и есть первый этап развития человеческого мышления.
- Наглядно-образное мышление
Со временем должен сформироваться следующий этап — наглядно-образное мышление.
Но здесь есть очень важный момент. Оно не возникает само по себе. Для его формирования взрослые должны помочь ребенку понять окружающий мир.
Что такое наглядно-образное мышление? Это переход на новый уровень обобщения. Ребенок начинает понимать, что все столы, несмотря на различия, имеют общие признаки: столешницу и ножки. Что все слоны — это животные с хоботом. И даже мамонт — это тоже представитель той же группы, просто очень большой и мохнатый.
Другими словами, ребенок учится выделять существенные признаки предметов. Постепенно в его голове формируется зрительный образ предмета, связанный со словом. Благодаря этому становится возможной работа с картинками.
Именно поэтому дети с нормальным развитием могут рассматривать книги и понимать, что изображено на иллюстрациях.
Поэтому, когда мамы детей с сенсорной алалией говорят: он не любит книжки, он не слушает, когда ему читают, он просто рвет книги — на самом деле это вполне объяснимо.
Его мышление еще не дошло до того уровня, когда услышанное слово вызывает в голове соответствующий образ.Чтобы книга была интересной, ребенок должен посмотреть на картинку, соотнести ее со словом и представить себе то, о чем идет речь.
Если понимания речи нет, картинки теряют смысл. Они ни с чем не связываются и не откладываются в памяти. В такой ситуации чтение становится лишь дополнительной нагрузкой на речевые отделы мозга и практически не приносит пользы.
- Понятийное (абстрактно-логическое) мышление
Следующий этап начинает активно формироваться примерно с 5 лет. Это понятийное, или абстрактно-логическое, мышление. Именно здесь при сенсорной алалии возникают самые серьезные трудности.
Абстракция и логика существуют только благодаря словам. Если рядом можно показать предмет — яблоко, ложку или машинку, — ребенку еще можно помочь.
Но как показать Вселенную? Как показать физику? Как объяснить, что такое дифференциальное уравнение? Здесь уже невозможно обойтись без полноценного понимания речи.
Если ребенок не смог установить даже связь между словом «яблоко» и самим предметом, то освоить абстрактные понятия ему будет чрезвычайно сложно. Именно поэтому так важно как можно раньше скорректировать сенсорную алалию. Ребенок должен своевременно пройти все этапы развития мышления и сохранить свои замечательные интеллектуальные возможности.
Самое интересное, что маленькие дети с сенсорной алалией зачастую производят впечатление очень сообразительных. Чтобы выживать в непонятном для них мире, они великолепно развивают бытовую логику. Они быстро понимают, где лежат нужные вещи, как достать желаемый предмет, как поставить табуретку на стул и не упасть, как обойти запреты взрослых.
До определенного возраста они действительно очень умны. Но начиная со второго этапа развития мышления, когда должны формироваться обобщения и понятийные связи, при отсутствии коррекции начинается постепенное снижение мыслительных процессов.
Именно поэтому ждать, что «ребенок перерастет», нельзя. При сенсорной алалии необходимо как можно раньше работать над пониманием обращенной речи, потому что именно на нем строится дальнейшее развитие мышления.
10. У ребенка идеальный музыкальных слух
Ирина Петровна: Раз уж мы сегодня так много говорили о сложностях, давайте поговорим и о хорошем.
Практически 100% детей с сенсорной алалией обладают абсолютным музыкальным слухом. Это удивительная особенность, которая остается с ними на всю жизнь.Такие дети искренне любят музыку. Причем музыкальные предпочтения могут быть самыми разными. Иногда они слушают обычные детские песенки и с удовольствием подпевают им. А иногда выбирают совершенно неожиданную музыку.
У меня были дети, которые предпочитали исключительно симфонические произведения, причем достаточно сложные — вплоть до Альфреда Шнитке, в котором, признаюсь честно, я сама далеко не всегда разбираюсь. Но им эта музыка очень нравилась.
Но самое удивительное заключается в другом.
Очень интересно наблюдать, что родители часто замечают симптомы, которые свойственны многим детям, например, хождение на цыпочках, и сразу начинают бить тревогу. При этом их совершенно не удивляет и не восхищает то, что трехлетний ребенок самостоятельно воспроизводит мелодию.
Вообще-то детей обычно начинают специально учить попадать в ноты примерно с пяти лет. А ребенок с сенсорной алалией, не имея никакого музыкального образования, просто слушая песенки, вдруг начинает совершенно точно им подпевать. Это действительно удивительная особенность таких детей.
С этим напрямую связано еще одно наблюдение.
Дети с сенсорной алалией очень любят звучащие и движущиеся игрушки. А если игрушка одновременно и двигается, и играет музыку — это вообще идеальный вариант. Нажимаешь кнопку — начинают катиться шарики, играет мелодия, все движется.
Ребенок способен заниматься такой игрушкой бесконечное количество раз в течение дня. Честно говоря, будь я на месте родителей, я бы, наверное, сошла с ума. Но ребенку просто нравится сам звук. Там никто ничего не объясняет словами. Там просто звучит музыка.
11. Отсутствие указательного жеста
Мария Владимировна: Вернемся к более привычным симптомам.
У детей с сенсорной алалией поздно формируется указательный жест, а иногда он вообще не появляется самостоятельно. Именно поэтому родители очень часто начинают подозревать аутизм. Но само по себе отсутствие указательного жеста еще не говорит о РАС.
Все гораздо проще. Ребенок просто не понимает, зачем ему что-то показывать пальцем. Для него это действие не имеет смысла.
И ничего страшного в этом нет. В большинстве случаев ребенка нужно просто научить использовать указательный жест. И занимает это не так много времени.
Однажды мне рассказали: «Мы съездили на Томатис, и у нас появился указательный жест». Честно говоря, это очень абсурдное заявление. Указательному жесту ребенка вполне можно было научить и без Томатиса, и без каких-либо сложных процедур. Он появился не потому, что ребенок прошел Томатис, а потому что в какой-то момент увидел, понял смысл этого действия и начал использовать его.
Поэтому указательный жест — это навык, который необходимо целенаправленно формировать.
12. Сложности с навыками самообслуживания
Мария Владимировна: Еще одна особенность заключается в том, что у таких детей либо совсем не сформированы, либо значительно позже появляются элементарные навыки самообслуживания. Это касается еды, пользования туалетом, одевания и многих других бытовых навыков.
Очень часто ребенок не умеет самостоятельно одеваться. Нередко возникают серьезные трудности с приучением к горшку или туалету. Даже отказ от подгузников может сопровождаться длительными проблемами.
Причина заключается вовсе не в лени или упрямстве. Ребенку сложно понять то, что взрослые пытаются ему объяснить. Мы не можем словами донести до него последовательность действий, не можем объяснить физиологические ощущения и то, как на них нужно реагировать. Он чувствует, что периодически хочет в туалет, но не понимает, что именно происходит, как сообщить об этом взрослым и какие действия необходимо выполнить.
Та инструкция, которая для большинства детей кажется достаточно простой и постепенно усваивается в раннем возрасте, для ребенка с сенсорной алалией оказывается очень сложной.
Поэтому формированию навыков самообслуживания необходимо уделять особое внимание и обучать таким действиям ребенка по специальной методике.
13. Избирательность в еде
Мария Владимировна: Еще один очень распространенный признак, о котором стоит поговорить отдельно, — это избирательность в еде, а иногда и достаточно тяжелые нарушения пищевого поведения.
Мы уже говорили о задержке формирования навыков самообслуживания. Пищевое поведение тесно связано с той же самой проблемой — недостаточным пониманием речи.
Родители замечают, что ребенок отказывается пробовать новые продукты, и сразу начинают связывать это с аутизмом. Но в большинстве случаев причина совершенно другая. Ребенок просто боится нового опыта, потому что не понимает, что именно ему предлагают. Он не знает, какой будет вкус, какие ощущения его ждут, понравится ему это или нет.
Ирина Петровна: В норме мы постоянно объясняем ребенку окружающий мир через речь. Например, мама говорит:
— Ты любишь конфеты?
— Да.
— Тогда попробуй грушу. Она тоже вкусная.
Ребенок понимает слова «вкусно» и «тоже вкусно». Он устанавливает связь между знакомым и незнакомым продуктом и решается попробовать что-то новое. Но если ребенок не понял ни одного слова из сказанного, то почему он должен взять этот предмет в рот? Разумеется, он этого делать не будет.
Мария Владимировна: Да, он просто откажется пробовать. Поэтому родители обычно находят несколько продуктов, которые ребенок когда-то случайно попробовал, принял и согласился есть. Постепенно рацион начинает становиться все уже и уже. К сожалению, иногда ситуация доходит до очень серьезных нарушений питания.
И тогда ко мне приходят дети, которым нужна уже не только коррекция сенсорной алалии, но и помощь врачей других специальностей, потому что проблемы с питанием становятся действительно серьезными. Поэтому такой вопрос обязательно нужно решать.
Как правило, специалист знает, каким образом постепенно расширить рацион ребенка и сформировать более здоровое пищевое поведение.
Важно понимать еще одну вещь. Есть дети, которые любят фрукты. Есть дети, которые не любят фрукты совсем.Есть дети, которые обожают сладкое. А есть те, кому конфеты практически не интересны. И это абсолютно нормально.
То же самое относится и к детям с сенсорной алалией. Проблема заключается не в наличии собственных вкусовых предпочтений. Проблема в том, что ребенок не может объяснить взрослым, что именно ему нравится, а что нет. Он не может рассказать о своих ощущениях и желаниях.
В результате родители начинают действовать на свое усмотрение, ориентируясь на собственные представления о том, что ребенок должен есть. Со временем это может привести к еще большему сопротивлению и отказу от еды.
Иногда ко мне приходят дети, рацион которых состоит буквально из двух продуктов и одного напитка. И это уже не просто особенность характера или привередливость. Это настоящая проблема для здоровья ребенка. Организм растет, развивается, ему необходимы разнообразные питательные вещества.
Чем раньше удается решить проблему понимания речи и наладить пищевое поведение, тем легче ребенку будет сохранить здоровье и нормально развиваться дальше.
14. Ребенок все тянет в рот
Ирина Петровна: Или другая крайность. Ребенок может быть крайне избирательным в еде, есть всего два-три продукта, но при этом постоянно тянуть в рот совершенно несъедобные вещи. На первый взгляд это кажется противоречием.
На самом деле противоречия здесь нет. Еда для него — это отдельная категория предметов. Он знает, что она предназначена для утоления голода. А вот различные несъедобные предметы становятся источником новой сенсорной информации.
Когда ребенок облизывает предмет, вкусовые рецепторы передают мозгу новые ощущения. А значит, мозг получает то, что ему так необходимо, — новую информацию.
Именно поэтому некоторые дети начинают облизывать предметы, перила, витрины, игрушки и другие поверхности. Это не каприз и не баловство. Это попытка мозга восполнить дефицит информации об окружающем мире всеми доступными способами.
15. Любовь к цифрам и буквам
Мария Владимировна: Еще один интересный симптом, который очень часто ошибочно относят к РАС, — повышенный интерес к цифрам, буквам и различным символам.
«Он все время смотрит на цифры».
«Он знает буквы».
«Он даже может их называть».
Почему так происходит? Все, опять же, связано с тем, что ребенок не понимает речь и не понимает слова. Символы оказываются для него гораздо более простыми и понятными объектами восприятия.
Ирина Петровна: На самом деле все еще интереснее. Наш мозг условно можно представить как систему из нескольких уровней взаимодействия с окружающим миром: моторного, ассоциативного и символического.
При сенсорной алалии страдает именно ассоциативный уровень. С моторикой у ребенка все в порядке. Его мозг прекрасно управляет телом, движения сохранны, здесь никаких проблем нет. Трудности возникают только тогда, когда информация поступает через слова.
А вот символический уровень продолжает развиваться. Именно поэтому такие дети очень легко осваивают цифры и буквы. Ведь сами по себе они не несут для ребенка сложной смысловой нагрузки. Это просто зрительные символы.
Очень интересно наблюдать за реакцией родителей. Одни начинают переживать: «Наверное, это аутизм, потому что он постоянно интересуется цифрами». Другие, наоборот, успокаиваются: «У него все прекрасно! Он знает цифры, знает несколько алфавитов, складывает слоги».
При этом ребенок может совершенно не понимать обращенную речь и почти не говорить. Иногда в 2,5 года он уже самостоятельно читает отдельные слова, но полноценного понимания речи и коммуникации при этом так и не появляется.
Все потому, что цифры и буквы — это всего лишь символы. 10 цифр, 33 буквы — за ними пока не стоят реальные понятия. Их не нужно объяснять, они воспринимаются как зрительные образы.
То же самое касается механического счета. Ребенок может безошибочно произносить: «Один, два, три, четыре, пять…» Но это вовсе не означает, что он понимает количество предметов или может оперировать этими числами.
Он просто механически воспроизводит знакомую последовательность.
Ирина Петровна: По той же причине таким детям очень нравятся различные схемы. Например:
- квадратик — это подлежащее;
- две полоски — сказуемое;
- треугольник — предлог;
- кружочек — объект.
И ребенок по этой схеме с удовольствием рассказывает: «Зайка идет в норку.»
Но стоит убрать схему — он уже ничего не произнесет. Он видит картинку, понимает ситуацию, но самостоятельно сформулировать предложение не может, потому что в этот момент его мозг опирается именно на символическую подсказку.
Мария Владимировна: Поэтому подобные методы нельзя считать решением проблемы. Да, ребенку становится легче что-то ответить или произнести. Но это не помогает ему общаться, не формирует полноценную коммуникацию и, самое главное, не развивает понимание речи.
16. Вынужденный перфекционизм
Ирина Петровна: Я вспомнила еще об одном симптоме. Это вынужденный перфекционизм. Он встречается не у всех детей, но достаточно часто.
Ребенок стремится раскладывать все вещи по своим местам. Причем одним из первых хорошо понимаемых выражений становится: «Положи на место». Это тоже способ облегчить себе жизнь. Такой ребенок вовсе не рождается аккуратистом.
Представьте ситуацию. Вечером он не убрал на место свою любимую зеленую машинку. Она потерялась. На следующий день он ходит и переживает, потому что найти ее не может. Мама во время уборки случайно обнаруживает машинку под диваном и достает ее. Ребенок счастлив. И вечером уже сам аккуратно ставит машинку на полку. Потом кладет на место одежду.
Почему? Потому что понимает простую закономерность: если вещь не лежит на своем месте, ее будет трудно найти. А объяснить маме, что нужна именно зеленая машинка, он пока не может. Поэтому гораздо выгоднее сразу все раскладывать по местам. Именно поэтому некоторые дети с сенсорной алалией бывают очень аккуратными.
17. Ребенок любит ходить одной дорогой
Мария Владимировна: К этому же можно добавить еще одну особенность. Такие дети часто любят ходить одной и той же дорогой. И это тоже нередко ошибочно относят к расстройствам аутистического спектра. На самом деле причина гораздо проще. Эта дорога ребенку понятна. У них очень хорошая зрительная память.
Да, ребенок знает этот маршрут, понимает, куда он приведет, и поэтому чувствует себя спокойно. Вообще дети с сенсорной алалией часто боятся незнакомых мест и стараются держаться рядом с мамой.
Когда же родители неожиданно сворачивают на другую улицу или решают поехать непривычным транспортом, это может закончиться криками и истерикой. Не потому, что ребенок капризничает. А потому, что ему страшно.Он не может объяснить: «Я хочу идти привычной дорогой. Здесь я понимаю, куда мы идем, а там — нет».
Ирина Петровна: Если перевести это на язык самого ребенка, то он словно говорит: «Меня пугает, куда вы меня ведете. Я не знаю, что будет дальше. Мама, веди меня туда, где все понятно и спокойно.»
18. Ребенок «залипает» в мультиках или гаджетах
Ирина Петровна: Есть еще один очень характерный симптом. Красиво его можно назвать так: потребность получать информацию любыми доступными способами.
Мы уже говорили о том, что ребенок с сенсорной алалией пытается понимать окружающий мир через мимику, жесты и интонацию. Но на этом все не заканчивается.
Что еще любят такие дети? Они очень много двигаются. Могут бесконечно бегать, прыгать, карабкаться, кружиться. Родители часто смотрят на них и удивляются: «Господи, как же ты не устаешь?» Но дело вовсе не в неутомимости.
Ребенок делает это не ради физической активности. Таким способом он получает дополнительную информацию об окружающем мире.
Очень многие дети с сенсорной алалией обожают прыгать. Если есть возможность, они прыгают на кроватях, диванах и любых подходящих поверхностях. И самое неудачное решение, которое могут принять родители: «Раз ему так нравится прыгать, купим батут». После этого ребенка из батута практически невозможно вытащить. Он будет готов проводить там часы напролет.
Точно так же такие дети очень быстро начинают зависеть от мультфильмов, гаджетов и различных игр на телефоне.
Кроме того, они могут пробовать на вкус совершенно несъедобные предметы: пластилин, ручки, карандаши, перила, различные поверхности. Многих родителей это пугает. Но причина у всех этих явлений одна и та же.
Мозг человека постоянно нуждается в новой информации. Это его естественная потребность. Задумайтесь: почему взрослые люди после рабочего дня продолжают читать новости, сидеть в интернете или смотреть телевизор? Казалось бы, устал — ляг и отдыхай. Но мозг требует новой информации. Она нужна ему постоянно.
Для ребенка с сенсорной алалией ситуация намного сложнее. Мы уже говорили, что значительная часть информации об окружающем мире поступает через речь взрослых.
Если ребенок не понимает обращенную речь, он фактически теряет огромный объем информации. Мозгу становится «голодно». Информация для мозга — это такая же необходимость, как еда для организма. И тогда мозг начинает искать другие способы получить то, чего ему не хватает.
Мультфильмы в этом смысле становятся идеальным источником стимуляции. Яркие цвета. Движение. Музыка.Постоянная смена кадров. Ребенок может совершенно не понимать сюжет, но при этом сидеть перед экраном как завороженный. Потому что мозг получает огромное количество зрительной информации.
Родители иногда говорят: «Он же понимает мультфильм, он смеется в нужных местах». Но это вовсе не означает понимание сюжета. Очень часто ребенок просто копирует реакцию взрослых. Если кто-то рядом засмеялся в определенный момент, ребенок запоминает этот эпизод и потом начинает смеяться именно там. Это не понимание юмора. Это подражание.
Мария Владимировна: Кроме того, мультфильмы очень эмоциональны. Там постоянно меняется интонация, выражение лиц персонажей, музыка. Ребенку это интересно. Ребенок может отмотать небольшой фрагмент назад, посмотреть его снова, потом еще раз и еще раз. Многие воспринимают это как стереотипное поведение.
Но чаще всего все гораздо проще. Ему понравилась эта картинка. Или понравилось звучание. Или понравилось то ощущение, которое он испытал во время просмотра. Ребенку с сенсорной алалией бывает очень сложно найти источники положительных эмоций. Поэтому он возвращается к тем моментам, которые доставляют ему удовольствие. Он пересматривает их снова и снова просто потому, что ему приятно.
Ирина Петровна: Да, он не получает удовольствие от многих обычных детских игр. Построить гараж и загонять туда машинку ему зачастую гораздо менее интересно, чем смотреть на яркую движущуюся картинку.
То же самое касается многих мобильных игр. Например: баклажаны нужно сложить в одну корзинку, а кабачки в другую. Как вы думаете, ребенок понимает, что такое баклажан и кабачок? К сожалению, далеко не всегда. Но он видит, что предметы отличаются по цвету и форме. Одни нужно перетаскивать сюда, другие — туда. Если все получилось правильно, появляется музыка, вспышки, салют или другое поощрение. Именно это и нравится ребенку.
На самом деле самостоятельно такие игры редко становятся развивающими. Развитие происходит тогда, когда рядом находится взрослый, который объясняет, направляет и помогает ребенку осмысливать происходящее.
Без этого ребенок чаще всего тренирует всего две вещи: зрительную память и движения пальцев. Он просто запоминает: эти фигурки нужно положить сюда, а эти — сюда. И повторяет выученное действие. Поэтому такие игры нельзя считать полноценной коррекцией или обучением.
19. Ребенок не может контролировать эмоции
Мария Владимировна: Еще одна особенность таких детей — это нарушения эмоционального контроля. На практике родители обычно описывают это гораздо проще: ребенок капризный, плаксивый, постоянно чем-то недоволен.
Происходит это потому, что ребенку сложно выражать свои желания и переживания привычными способами. Он не понимает, как объяснить окружающим, что ему нравится, не нравится, хочется или не хочется.
Зато он очень быстро замечает закономерность: если заплакать или закричать, мама обязательно прибежит и начнет помогать. Поэтому плач и крик становятся для него самым доступным способом коммуникации.
Самое тяжелое для родителей в такие моменты — понять причину такого поведения. Непонятно: у ребенка что-то болит, он устал, он чего-то хочет или его что-то расстроило. Поскольку ребенок постоянно находится в состоянии эмоционального напряжения, взрослым бывает сложно разобраться в причинах его реакции.
Иногда родители начинают искать различные соматические заболевания, обследовать ребенка у многочисленных специалистов, потому что видят постоянный плач, капризы, нарушения сна.
Ирина Петровна: Иногда можно услышать формулировки вроде: «Он не умеет управлять своими психическими импульсами» / «У него СДВГ» / «У него проблемы с самоконтролем».
Такие серьезные выводы может делать только психиатр. Это уже область психиатрии, и речь там идет о совсем других состояниях.
В случае сенсорной алалии проблема заключается не в том, что ребенок не способен контролировать свои психические импульсы. Проблема в другом. Он просто не понимает, как сообщить окружающим что ему нравится, что ему не нравится, что он хочет, а что его беспокоит.
Мария Владимировна: Именно поэтому эмоциональные реакции и выглядят настолько ярко. Ребенок использует те способы общения, которые ему доступны.
20. Агрессия и аутоагрессия
Ирина Петровна: Сюда же относится и так называемая аутоагрессия.
Однажды мне сказали: «У нас ребенок с аутизмом, у него аутоагрессия». Я спрашиваю: «Как именно это выглядит?» Мне показывают: «Когда ему что-то не нравится, он делает вот так» —и мама демонстративно хлопает ладонью по лбу. Я уточняю: «Он действительно бьет себя так сильно, чтобы причинить боль? Чтобы оставались синяки?». Она отвечает: «Нет. Он просто хлопает себя по лбу и смотрит на нас».
Объясняю: это не аутоагрессия. Ребенок просто нашел доступный способ сообщить: «Мне не нравится» / «Меня обидели» / «Перестаньте так делать».
Он где-то увидел этот жест, понял его значение и начал использовать. А дальше происходит следующее. Ребенок хлопает себя по лбу, родители пугаются и сразу стараются удовлетворить его просьбу. Например, дают конфету.Ребенок быстро понимает эффективность такого способа общения и начинает использовать его снова. Потому что это работает.
Ирина Петровна: Или родители жалуются: «Он меня бьет / кусает / щипает».
И здесь тоже важно разобраться, что именно происходит. Во-первых, дети с сенсорной алалией обычно очень любят тактильный контакт. Это одно из их характерных отличий. Они любят обниматься, целоваться, прижиматься к взрослым, щекотки, поглаживания — любой телесный контакт в целом.
И точно так же они быстро понимают, что через прикосновение можно привлечь внимание взрослого. Поэтому ребенок может стучать по маме вовсе не для того, чтобы причинить ей боль. Он даже не осознает, что делает больно. Для него это выглядит примерно так: «Мама, помоги мне / посмотри на меня / дай попить».
Это не агрессия. Это попытка коммуникации. Да, способ социально не самый удачный. Но это все равно коммуникация.
Поэтому такие дети по своей природе вовсе не агрессивны. Они просто используют неправильный способ взаимодействия с окружающими.
Есть два пути решения этой проблемы. Первый и правильный — развивать понимание речи и коммуникацию.Второй, промежуточный вариант — переводить нежелательные способы общения в более приемлемые.
Например, вместо того чтобы стучать по маме, ребенок может подойти и обнять ее. Тактильный контакт при этом остается. А способ взаимодействия становится социально приемлемым.
Сопутствующие нарушения и основные симптомы
Мария Владимировна: Наверное, сейчас мы уже перечислили основные речевые и неречевые симптомысенсорной алалии.
Но важно отметить еще один момент. Существуют так называемые сопутствующие нарушения, или коморбидность. Это те особенности и трудности, которые могут встречаться у любого ребенка, но при этом присутствовать и у ребенка с сенсорной алалией.
Очень часто родители и даже некоторые специалисты начинают воспринимать именно эти сопутствующие нарушения как основные проявления заболевания. Но это ошибка.
Например, у ребенка с сенсорной алалией может быть обычный насморк. Однако никто не считает насморк симптомом сенсорной алалии.
Точно так же у такого ребенка могут быть:
- неврологические нарушения;
- проблемы со зрением;
- нарушения моторики;
- другие диагнозы и особенности развития.
Например, ребенок может носить очки просто потому, что плохо видит. И это никак не объясняет сенсорную алалию. Поэтому не стоит зацикливаться на сопутствующих нарушениях и искать в них основную проблему.
Мы постарались максимально подробно рассказать о самых разных симптомах сенсорной алалии, чтобы вы могли лучше понять своего ребенка и обратить внимание на те особенности, которые действительно имеют значение.
Но это совершенно не означает, что у ребенка обязательно должны присутствовать абсолютно все симптомы, которые мы перечислили. У одного ребенка могут быть выражены одни признаки, у другого — совершенно другие. Многое зависит от возраста ребенка, степени тяжести нарушения, а также от того, проводилась ли ранее какая-либо коррекционная работа.
Поэтому не стоит брать этот список и пытаться найти у своего ребенка каждый пункт. Наша задача была не составить чек-лист, а показать, насколько разнообразно может проявляться сенсорная алалия.
Ирина Петровна: В первую очередь важно помнить о главном. Все перечисленные симптомы могут встречаться, а могут и не встречаться. Но существует один основной признак, который определяет наличие или отсутствие сенсорной алалии. Это непонимание обращенной речи.
Если ребенок не понимает то, что ему говорят окружающие, именно это становится причиной большинства трудностей, о которых мы сегодня рассказывали. Поэтому, когда родители пытаются разобраться в ситуации, важно смотреть не на отдельные симптомы, а на главный вопрос: понимает ли ребенок обращенную речь? Потому что именно этот симптом является определяющим при сенсорной алалии.