Пролог от демона-бухгалтера
Знаешь, что мужчина за сорок ищет в новой женщине?
Не красоту. Не молодость. Не секс (хотя и это тоже).
Он ищет себя.
Того себя, каким он был до того, как стал «мужем», «отцом», «начальником», «добытчиком». До ипотеки. До кредитов. До того, как научился улыбаться, когда внутри пустота.
Он ищет женщину, которая посмотрит на него и увидит не функцию, а человека.
Которая скажет: «Ты не обязан быть сильным. Ты можешь быть слабым. Я приму».
И он верит, что если найдёт такую — проснётся заново.
Вторая молодость.
Чудо.
А по факту — он просто хочет сбежать от себя. От скуки. От усталости. От жены, которая знает его слишком хорошо (и слишком устала сама).
И мы даём ему эту возможность.
За небольшую плату.
Но есть одна проблема: сбежать от себя невозможно. Потому что ты везде берёшь себя. Даже в объятиях идеальной любовницы.
Особенно — в них.
Часть первая. Клиент, который устал от идеальности
Максим, сорок шесть лет. Управляющий сетью аптек. Женат девятнадцать лет. Двое детей — уже студенты, живут отдельно.
Дом — большая квартира в центре. Жена — красивая, ухоженная, с идеальной причёской и пустыми глазами. Секс — по расписанию (два раза в месяц, по средам, перед сном, без звуков).
Разговоры — только о быте и детях.
Максим не жаловался. Он делал вид, что всё нормально. Но однажды ночью, когда жена уже уснула, он лежал и смотрел в потолок.
— Я хочу, чтобы меня кто-то хотел, — сказал он тихо. — Не за деньги. Не за статус. А просто так. Чтобы сгореть. Чтобы забыть, кто я есть.
Утром он нашёл в телефоне нашу рекламу.
«Суккуб-сервис. Тариф „Вторая молодость“. Идеальная женщина. Любая внешность. Любой характер. Утром исчезает. Плата — воспоминания. Не дорого».
— Бред, — сказал Максим и нажал «заказать».
Часть вторая. Первая ночь
Она пришла в 22:00. Высокая, с длинными рыжими волосами — точь-в-точь девушка с картинки, которую Максим выбрал в приложении (да, у нас есть приложение, мы в тренде).
— Привет, — сказала она. — Я Алиса. А ты?
— Максим.
— Знаю. Я всё про тебя знаю.
— И что же?
— Что ты устал. Что тебе не хватает тепла. Что ты хочешь, чтобы тебя обняли и сказали: «Ты не один».
Максим хотел спросить, откуда она знает. Но не спросил. Боялся спугнуть.
Они выпили вино. Поговорили. Оказалось, Алиса любит то же кино, что и он. Смеётся над теми же шутками. Молчит в тех же паузах.
Она была идеальной.
— Как у тебя так получается? — спросил он.
— Я суккуб, Максим. Я читаю твои желания. И исполняю их. Ты хотел идеал? Вот он я.
— А ты не боишься, что жена узнает?
— Это твоя проблема, — улыбнулась Алиса. — Моя — быть с тобой. Где ты хочешь?
— Я снял студию в центре. Для себя. Сказал, что буду работать над проектом, иногда оставаться ближе к офису. Там и будем встречаться.
— Умный, — похвалила Алиса. — И трусливый. Но мне нравится.
Секс был… другим. Не как с женой. Не как с любовницами (были, пару раз, для остроты). А как в юности — когда ничего не ждёшь, а получаешь всё.
Утром она ушла. Поцеловала в щёку. Сказала: «До завтра».
Максим встал. Улыбался. Через час приехал домой. Жена спросила: «Как прошла работа?»
— Нормально, — сказал он. — Проект сложный. Придётся иногда ночевать там.
— Хорошо, — сказала жена. — Только не переутомляйся.
Он не заметил, что не помнит, как звали его первую любовь. И что вчера было на ужин. И что обещал перезвонить партнёру.
Мелочи.
Часть третья. Вторая неделя — стирание
Каждую ночь Алиса приходила в студию. Каждый раз разная. То блондинка, то брюнетка, то с короткой стрижкой, то с косичками. Но всегда — идеальная.
— Тебе идёт быть разной, — сказал Максим.
— Это не я разная. Это ты разный, — ответила она. — Я просто зеркало.
На седьмой день он забыл, где работает его жена. (Она бухгалтер, двадцать лет на одном месте. Но теперь — просто женщина, которая делает непонятную работу и приносит домой деньги.)
На десятый день он забыл, как зовут его старшего сына. (Дима. Дмитрий. Нет, не так. Подожди. А зачем мне его имя? Он же не здесь.)
На четырнадцатый день он перестал помнить, зачем вообще женился.
Алиса стала его единственной реальностью.
Днём он работал на автомате. Вечером ждал её. Ночью — забывал ещё что-то.
— Ты забираешь мои воспоминания, — сказал он однажды.
— Ты сам их отдаёшь, — ответила Алиса. — За каждую ночь. Тариф «Вторая молодость». Ты читал договор?
— Я не читал договор.
— Зря. Там мелким шрифтом: «Каждое утро клиент теряет одно воспоминание. Через месяц — теряет себя». Предупреждали же.
— Зачем мне терять себя?
— Чтобы стать новым. Без прошлого. Без обязательств. Без жены, детей, работы. Ты хотел вторую молодость — получи. У молодых нет воспоминаний. У них есть только сейчас.
Максим хотел возмутиться. Но не мог вспомнить, чего именно.
Алиса улыбнулась.
— Не бойся. Я позабочусь о тебе.
Часть четвёртая. Точка — пустота
На двадцать пятый день Максим проснулся в студии. Рядом никого. Алиса ушла на рассвете — как всегда.
Он поехал домой. Открыл дверь своим ключом. Остановился в коридоре.
Чья это квартира? Кто эта женщина на кухне? Почему у него на руке кольцо?
— Ты кто? — спросил он у жены.
Та замерла с чашкой. Потом заплакала. Потом подошла, взяла за руку, отвела к зеркалу.
— Это ты, — сказала она. — А я — твоя жена. Двадцать лет. Мы поженились, когда тебе было двадцать шесть. У нас двое детей. Ты управляющий сетью аптек.
— Не помню, — сказал Максим.
— Я знаю. Ты уже неделю не помнишь меня. Врачи говорят — ранняя деменция. Но я знаю, что это не она.
— А что?
— Я приезжала к тебе в студию. Три ночи назад. Хотела сделать сюрприз. Увидела её. Рыжую. Которая выходила от тебя. Я не стала заходить. Просто смотрела.
— И что?
— Она — не человек, Максим. Когда она прошла мимо, я почувствовала холод. И пустоту. Как будто она забрала с собой кусок воздуха.
Максим хотел сказать, что это бред. Но не мог. Потому что тоже начал подозревать.
Вечером он поехал в студию. Алиса уже ждала.
— Ты разрушаешь мою жизнь, — сказал он.
— Я не разрушаю, — ответила она. — Я освобождаю. Ты хотел забыть всё, что тебя мучит. Я помогла. Что тебя мучило? Я не помню. И ты не помнишь. И это — счастье.
— Это не счастье. Это пустота. Жена знает о тебе. Она видела тебя.
— И что? — Алиса пожала плечами. — Пусть знает. Тебе-то какая разница? Ты её всё равно не помнишь.
— Но я хочу помнить.
— Поздно. Я уже забрала. Обратно не отдам просто так.
— Что ты хочешь?
— Себя. Твою женскую половину. Ту, которую ты спрятал. Ты готов её увидеть?
Часть пятая. Выбор
Максим думал всю ночь.
Алиса сидела рядом. Не прижималась. Просто была. Тёплая. Родная. И одновременно — чужая.
— Если ты уйдёшь, — сказал он. — Я останусь один. С женой, которую не помню. С работой, которую не люблю. С детьми, чьи имена я забыл.
— Ты их вспомнишь, — сказала Алиса. — Когда я отдам воспоминания. Всё вернётся. И боль — тоже.
— Даже ту, от которой я бежал?
— Её в первую очередь.
Максим закрыл глаза.
Он представил: жена, которая плачет по утрам. Сын, который перестал звонить (обиделся, что отец забыл его день рождения). Дочь, которая приезжала и видела вместо отца — пустую оболочку.
Он это сделал. Он. Не Алиса. Он сам.
— Забирай себя, — сказал он. — Я выбираю их. Даже если будет больно.
— А как же жена? Она знает про меня. Она видела. Ты вернёшься к ней пустым, без воспоминаний. Она тебя не примет.
— Примет, — сказал Максим. — Она всегда принимала. Я не замечал. Теперь — замечу.
— Ты уверен?
— Нет. Но больше не хочу быть пустым.
Алиса улыбнулась. Впервые не идеально — с грустью, с теплом.
— Ты вырос, — сказала она. — Жаль, что для этого пришлось потерять меня.
Она поцеловала его в лоб. И рассыпалась.
Не в пыль. Не в прах.
В воспоминания.
Тысячи воспоминаний — все, что она забрала за месяц. Они влетели в него, как пули. Больно. Горячо.
Максим упал на колени. Заплакал.
Вспомнил всё.
Как целовал жену в ЗАГСе. Как держал сына на руках. Как дочь сказала «папа» первый раз. Как ссорились. Как мирились. Как хотели развестись. Как остались вместе.
Всё.
И хорошее. И плохое.
И это было невыносимо.
Но это была его жизнь.
Эпилог от демона-бухгалтера
Дело закрыто.
Клиент потерял месяц — тот самый, что провёл с Алисой. Не воспоминания о ней — их не осталось. А месяц жизни, который промелькнул как сон.
Приобрёл — понимание, что сбежать от себя нельзя. Себя можно только принять. Со всей болью. Со всей скукой. Со всей усталостью.
Он перестал бежать.
Студию сдал. Вернулся домой.
Жена встретила его холодно. Она знала — не про суккуба, конечно, это невозможно объяснить. Знала, что была другая женщина. Видела её однажды, когда пришла с ключами. Рыжая. Красивая. Слишком правильная для случайной любовницы.
— Я не буду спрашивать, кто она, — сказала жена. — Но я хочу знать: ты вернулся, потому что она тебя бросила? Или потому что выбрал меня?
— Выбрал тебя, — сказал Максим.
— Врёшь.
— Не вру. Я выбрал ту жизнь, где есть ты. Где есть дети. Где есть наша история. Даже если она мне иногда не нравится.
— А что ты выбираешь во мне? Не в истории. Во мне. Сейчас.
Максим задумался. Впервые его спросили не «что ты делаешь для семьи», а «что ты чувствуешь ко мне».
— Я устал тебя бояться, — сказал он.
— Бояться? Чего?
— Что ты скажешь «ты слабак». Что ты увидишь мои слёзы и потеряешь уважение. Что я перестану быть для тебя «мужем» — функцией, а стану просто человеком. И ты уйдёшь.
Она молчала. Потом села рядом.
— Дурак, — сказала она. — Я устала от функции. Я хочу человека. Даже если он плачет. Даже если он слабый. Даже если он иногда смотрит на других женщин.
— Ты прощаешь?
— Нет, — сказала она. — Но я остаюсь. Это разные вещи.
Они сидели на кухне. В той самой квартире, где жили двадцать лет. И впервые за долгое время не делали вид, что всё хорошо.
Алисы больше нет.
Но иногда, по ночам, Максим слышит её шёпот. Не в ушах — в груди.
«Я здесь, — говорит она. — Я — твоя боль. Твоя нежность. Твоя способность любить. Я не ушла. Я стала частью тебя».
Максим закрывает глаза. И улыбается.
Потому что впервые за долгое время он — целый.
И ему не нужно никого искать.
Итог по контракту:
Заказано любовниц: 1 штука.
Потеряно воспоминаний: 1 месяц.
Приобретено: умение быть слабым и не умирать от стыда.
*Подпись: демон-бухгалтер, категория «Бытовые сущности», лицензия №ТРИ-24.*
P.S. Жена до сих пор не знает, что Алиса не была человеком. И не узнает. Некоторые тайны лучше оставлять в сейфе.