Он был великим характерным актером, которого вся страна знала в лицо, но называла исключительно по ролям. Мало кто догадывался, что за маской комика и алкоголика Федулы скрывается ранимый интеллигент, которого бесила собственная слава. Рассказываем невыдуманную историю Борислава Брондукова — строителя, ставшего народным любимцем.
История с именем
Борислав Брондуков откликался на что угодно, кроме паспортных данных. Для друзей — Броня, для жены — Боречка. А ведь мог стать Болеславом.
Мать-полька хотела назвать сына в честь князя династии Пястов, однако в сельсовете времен СССР посчитали иначе.
- «Нет такого имени, гражданка. Есть Бронислав или Борис», — отрезал председатель.
Так Болеслав превратился в Борислава — так «позвучнее».
В зрелом возрасте артист сам же подогревал слухи о своем «дворянском» происхождении, якобы будучи сыном польской графини и русского дворянина. Правда была прозаичнее: деревня, навоз, сено и изнурительная работа в поле.
Прораб по образованию
Мысль о сцене не посещала Брондукова до поры до времени. Окончив строительный техникум, он работал прорабом.
Театр был лишь хобби, заводской самодеятельностью.
Судьбоносная встреча произошла после спектакля по Островскому. Незнакомец, увидев игру потеющего и краснеющего Брони, спросил напрямую: где учился актерскому?
Услышав честное «нигде, я прораб», незнакомец (кем оказался педагог Николай Заднепровский) отрезал: «Поступай в театральный. Чего добру пропадать?»
В Киевском институте театрального искусства его встретили в штыки.
- «С такой внешностью самое место на стройке», — заявила приемная комиссия.
Брондуков уже поплелся к выходу, но столкнулся с тем самым Заднепровским. Тот молча развернул прораба, провел мимо ошарашенной комиссии, лично принял документы и похлопал по плечу.
«Федул» на всю страну
Диплом в кармане — и сразу штат киевской киностудии имени Довженко. Роли полицаев, солдат и проходимцев сыпались как из рога изобилия.
Звездный час пробил благодаря сценаристу Виктору Мережко. Тот уговорил режиссера Виталия Мельникова взять Брондукова в фильм «Здравствуй и прощай». А затем случилась картина «Афоня».
Изначально главную роль сантехника Афони готовили для самого Брондукова в Киеве.
Но Госкино передало проект Георгию Данелии на «Мосфильм», а в заглавном герое утвердили Леонида Куравлева.
Брондукову достался алкоголик Федула. Роль стала визитной карточкой: его фразы разобрали на цитаты, а самого актера на улице начали принимать за выпивоху.
Трагедия комика
- «Гы-гы, Федул! А ну скажи то самое!» — с этим столкнулся артист каждый день.
Брондуков был ранимым и чувствительным человеком, но режиссеры видели в нем только «федулов» — алкашей и деревенских простаков.
Актер жестко отгонял назойливых поклонников. Однажды в магазине обоев он застал двух шепчущихся студенток.
Узнав в них тех, кто пялится на «звезду», Брондуков рявкнул фирменной интонацией: «Да я это, я! Чего уставились?» — после чего, прихрамывая, демонстративно покинул магазин.
Прорыв к амплуа
Самым обидным для него было клише «недалекого простачка». Однажды сценарист Мережко привел его на пробы к режиссеру Леониду Марягину в фильм «Вас ожидает гражданка Никанорова».
Марягин упирался: «Какой Брондуков? Ему героя-любовника с Гундаревой играть?»
Но актер вышел на площадку, и Наталья Гундарева ахнула: «Гений! Лучшего партнера не найти».
Брондуков блестяще сыграл ветеринара Дежкина, доказав, что он достоин подобных ролей.
Так прораб с «простаковатой» внешностью, стеснявшийся своего таланта, стал одним из самых любимых и органичных артистов советского кино.
Основано на биографических материалах.
ВСЕ ФОТО — из открытого доступа Яндекс.Картинки