В истории анимации не так много режиссеров, работы которых можно узнать по нескольким кадрам. Дон Блут – один из них. Его фильмы всегда отличались от того, что в то же время выпускали другие студии. Они были яркими и добрыми, но при этом во всех присутствовала и «темная сторона». В них были смерть, одиночество, предательство, потеря близких и моменты настоящего ужаса.
Чтобы понять, почему Блут так настойчиво вводил в детские мультфильмы страх, нужно вспомнить эпоху. 1980–1990‑е годы: Дисней после «Черного котла» (1985) переживает кризис и только к концу десятилетия набирает обороты с «Русалочкой».
Почти вся западная анимация считается исключительно детским жанром – «чем‑то сладким и безопасным», как однажды выразился сам Блут. Режиссер сознательно шел против течения. Он вырос на суровых сказках братьев Гримм и старой диснеевской «Белоснежке» (где злодейка умирала в страшных мучениях). И он искренне верил, что лишать детей возможности пережить страх – значит лишать их подготовки к настоящей жизни. Он не считал, что детей нужно ограждать от подобных эмоций.
«Если не дать людям чего-то действительно страшного, то момент спасения не будет таким сладким. Если все вокруг комфортно, вы ничему не научитесь»
Для режиссера сказка никогда не была способом убежать от реальности. Наоборот, она должна была помогать человеку подготовиться к встрече с ней.
«Я хочу, чтобы люди были готовы встретиться с настоящим миром. Даже сказка может подготовить к этому. А настоящий мир гораздо страшнее»
Именно поэтому в его мультфильмах опасность всегда выглядит настоящей, а счастливый финал никогда не достается героям легко.
«Дюймовочка»
Многие зрители вспоминают «Дюймовочку» как одну из самых легких и романтичных работ Блута. Однако сам режиссер видел в этой истории совсем другое.
«Мы пытались сказать одно: не сдавайтесь. Будет много людей, которые скажут, что вы сумасшедшие. Будет много людей, которые захотят сбить вас с пути. Иногда они будут пытаться направить вашу жизнь туда, куда вам вовсе не нужно идти. Единственное, чему стоит следовать, – это вашему сердцу. Следуйте зову своего сердца и не слушайте весь тот шум вокруг, потому что очень часто люди будут вводить вас в заблуждение ради собственных целей»
За сказочной историей о крошечной девочке скрывалась вполне взрослая мысль о верности собственному пути и способности сопротивляться чужому давлению.
Блут словно описывает свой собственный опыт – он ведь тоже шел против голливудской системы, покинув Disney и основав независимую студию.
«Дюймовочку» часто ругают за излишнюю сентиментальность, но ее подтекст – манифест не сдаваться, когда весь мир говорит, что у тебя ничего не получится.
«Титан: После гибели Земли»
Среди всех фильмов Блута «Титан» стоит особняком. Здесь нет сказочного королевства, волшебства или уютного мира, который нужно спасти. Напротив, мир уже уничтожен.
«Это не смешной фильм. Мы работали с вещами, которые действительно пугают. Представьте, что ваш мир разрушен. Я еще могу представить злодея, который появляется время от времени, но когда уничтожают весь твой мир – это совсем другое»
Режиссер никогда не скрывал, что видел эту картину скорее как научно-фантастическое приключение для всех возрастов, а не как типичный детский мультфильм.
«Многие вещи в этом фильме больше характерны для игрового кино. Анимацию всегда считали чем-то детским. Но руководство Fox говорило нам: нет, это фильм не только для детей. Мы хотим, чтобы его смотрели зрители любого возраста»
На рубеже 1990–2000‑х массовая анимация для взрослых все еще была редкостью. «Титан» провалился в прокате – публика не поняла мрачный постапокалипсис в мультяшной обертке. Сегодня же он выглядит пророческим: редкий пример анимации, где герои уже не спасают мир, а пытаются выжить в руинах.
«Тролль в Центральном парке»
Тема изгоя проходит через многие работы Блута. Его герои часто чувствуют себя чужими, непонятыми и одинокими.
«Есть много людей, которые чувствуют себя изгоями. Им кажется, что они не вписываются в общество. Они не похожи на остальных. Я и сам ощущал это, когда рос. Мне казалось, что я какой-то странный. Все мои братья были спортсменами, а я сидел дома и рисовал карандашами»
Поэтому история доброго тролля Стенли всегда была для режиссера чем-то большим, чем просто сказкой. За фантастическим сюжетом скрывается история человека, который пытается найти свое место в мире и не потерять себя под давлением окружающих.
«Земля до начала времен»
Работа над этим фильмом стала одним из самых важных этапов в карьере Блута. Большую роль в создании картины сыграл Стивен Спилберг.
«Во время работы над «Землей до начала времен», с нами всегда был всевидящий глаз Стивена Спилберга. Однажды он сказал мне: "Эти пять маленьких динозавров не умеют ладить друг с другом. Им еще только предстоит этому научиться". Идея фильма заключается в том, что если вы научитесь слушать друг друга и принимать разные точки зрения, то сможете избежать многих проблем»
Однако большинство зрителей прежде всего вспоминают Острозуба – одного из самых страшных злодеев в истории семейной анимации.
«Это страшно. Очень страшно. Но когда дети наконец убирают руки от глаз и понимают, что герои спаслись, в этом есть большая ценность. Победить несмотря на невозможные обстоятельства – в этом есть смысл»
При этом сам режиссер признает, что временами заходил слишком далеко.
«C этим персонажем и сделал некоторые сцены слишком страшными. Именно тогда вмешался Стивен Спилберг. Когда он увидел их, сказал: "Нет, нет, нет. Это слишком страшно для нашей аудитории". Эти сцены так и не сохранились. Насколько мне известно, сегодня уже никто не знает, где они находятся. Наверное, это и к лучшему. Те сцены, которые остались в фильме, и без того достаточно страшные»
История с вырезанными сценами Острозуба – идеальная иллюстрация того, где проходит тонкая грань между «полезным страхом» и «травмирующим ужасом». Спилберг выступил в этой истории голосом здравого смысла. Блут сам признает, что тот был прав, – и это важное признание даже от такого бескомпромиссного автора.
«Секрет Н.И.М.Х.»
Среди всех своих картин Блут чаще всего выделяет именно «Секрет Н.И.М.Х.».
«Наверное, я люблю эту картину больше любой другой. Она задает очень интересный вопрос: если вы умны, если у вас есть знания, если вы умеете читать и понимать мир, что вы будете делать со всем этим?»
Для режиссера этот фильм всегда был тесно связан с воспоминаниями о собственной семье.
«Эта история очень близка мне, потому что напоминала историю моей бабушки. Для нее самым важным было спасти свою семью, своих детей. Я подумал: а что если вложить эту мысль в голову маленькой мышки? Тогда она сделает все, чтобы спасти Тимоти»
Даже загадочная Великая Сова, которую многие зрители вспоминают как один из самых пугающих образов в анимации восьмидесятых, для Блута была не просто страшным существом.
«Я всегда думал о Великой Сове как о некой высшей силе. Она может быть разрушительной, но одновременно доброй и мудрой. Когда позже появляется Никодемус, у него тоже светятся глаза. Для меня это означает, что они в каком-то смысле одна и та же сущность. Они направляют миссис Брисби к спасению ее семьи»
Именно поэтому, несмотря на всю мрачность фильма, режиссер считает его прежде всего историей о любви, мужестве и ответственности.
«Анастасия»
Когда началась работа над «Анастасией», создатели долго искали злодея, который был бы не просто эффектным, но и связанным с историей семьи Романовых.
«Мы сказали себе: нам нужен злодей, который действительно был злодеем во времена Романовых. Его пытались убить множество раз. Его травили, били ножом, делали все возможное. Но он не умирал. Тогда мы решили: даже если он умер, он все равно вернется, потому что должен закончить начатое»
Так появился экранный Распутин – один из самых необычных и пугающих антагонистов в истории полнометражной анимации.
«Американский хвост» или «Американская история»
Если попытаться найти тему, которая объединяет большую часть фильмов Блута, то это будет семья.
«Я понял, что очень многие истории, которые я рассказывал, на самом деле посвящены поиску семьи. Мне кажется, это хорошая тема. Большинство людей способны узнать в ней себя»
Не случайно именно вокруг этой идеи строится «Американская история».
«Эта история пришла от самого Стивена Спилберга. Поэтому мышонка и назвали Фэйвлом. Так звали его дедушку. Он приехал в Америку, спасаясь от проблем, которые существовали в его стране»
История маленького мышонка, потерявшего своих близких и пытающегося найти их в огромном новом мире, оказалась понятной зрителям на всех континентах.
«Все псы попадают в рай»
История появления одного из самых известных фильмов Блута началась задолго до того, как он стал режиссером.
«Я услышал название "Все псы попадают в рай", когда учился в шестом классе. Учительница сидела на столе и читала нам книгу с таким названием. У меня тогда были собаки, и мне очень нравилось думать, что после смерти они попадут в рай.
Спустя много лет, когда у нас уже появилась студия, я решил найти эту книгу. Открыл ее и обнаружил, что там вообще нет никаких историй. Это был просто сборник фотографий собак. Тогда я понял, что учительница сама придумывала истории, делая вид, что читает их из книги.
Но название мне по-прежнему нравилось, поэтому мы решили оставить его и придумать собственную историю»
Даже сегодня режиссер признает, что некоторые сцены фильма получились слишком мрачными.
«Наверное, если бы я делал этот фильм сегодня, я бы не заходил так далеко. Возможно, это было уже немного за гранью»
«Все псы» – пожалуй, самый противоречивый фильм Блута с точки зрения баланса страха и надежды. Сцены в аду (или «адском собачьем приюте»), образы летучих мышей-охранников – это уже не детская страшилка, а почти хоррор. И сам режиссер это признает. Но именно благодаря таким решениям фильм и остался в памяти зрителей.
А точно ли всем детям это нужно?
Все сказанное выше не означает, что каждый ребенок в любом возрасте готов к «страшным сказкам» Дона Блута. Психология развития подсказывает: малыши до 4–5 лет еще не отделяют вымысел от реальности, и хищные динозавры или призрак Распутина могут вызвать не «катарсис», а настоящую психологическую травму. Дети с повышенной тревожностью или те, кто уже пережил потерю близких, тоже могут отреагировать острее.
Сам Блут в интервью оговаривался, что его фильмы рассчитаны на детей «лет с семи-восьми», но в рекламных кампаниях это часто опускали. Главный нюанс, который стоит вынести родителям и педагогам: страшная сказка работает только тогда, когда она переживается вместе со взрослым, который поможет проговорить страх, досмотреть до счастливого финала и объяснить разницу между экранной угрозой и реальной жизнью.
Блут прав, что без страха нет победы, но из этого не следует, что ребенка нужно бросать в пугающий сюжет одного. Скорее, его фильмы – прекрасный повод для семейного разговора о мужестве, одиночестве и ценности надежды.
Дон Блут убежден, что дети способны понимать гораздо больше, чем принято считать. Страх, по его мнению, не враг хорошей истории. Настоящий враг – отсутствие надежды.
Именно поэтому его герои проходят через самые тяжелые испытания, сталкиваются с самыми пугающими противниками и оказываются в самых безвыходных ситуациях. Чтобы в конце концов доказать: даже в самом темном месте можно найти дорогу к свету.