Наш старый знакомый Павел, покровитель религии об Иисусе.
Главную причину, по которой современные христиане так часто ведут себя совершенно не по-христиански, можно выразить одним словом: Павел.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
Павел, который в собственных письмах признавал, что никогда лично не встречал Иисуса, сделал больше, чем кто-либо другой, чтобы превратить религию Иисуса в религию об Иисусе. Он сместил фокус с радикальной духовной и политической программы земной справедливости на набор убеждений о человеке, который умер и воскрес.
Именно его тексты заложили основу движения, которое позднее с радостью приняли правящие классы. Это движение лишило Иисуса самого опасного в нем: требования перевернуть мир уже здесь, сейчас, в этой жизни.
Перенаправив эту революцию внутрь человека, от материальной бедности, неравенства и колониального угнетения к личному греху и вечному спасению, Павел дал богатым инструмент, с помощью которого рабочий класс удерживали в подчинении две тысячи лет.
Хотите в Китай? Все самое главное за 7 дней: горы Аватара, Великая Китайская стена, Терракотовая армия, небоскрёбы Шанхая и древние храмы. Маркетплейс авторских туров Clubok.Travel предлагает эксклюзивные авторские туры с русскоязычным гидом, продуманной программой от проверенных организаторов. Расширенная медицинская страховка в подарок. После тура вы бесплатно получите фотокнигу и видеоролик о вашем путешествии.
Тур в Китай: https://clubok.travel/china?utm_source=dzen&utm_medium=smm
Для этого он опирался на четыре ключевые лжи. Каждая из них резко расходится с тем, чему на самом деле учил Иисус. И каждую до сих пор повторяют с церковных кафедр каждое воскресное утро.
Наш метод
Прежде чем начать, несколько слов о подходе.
То, чем мы занимаемся в The Jesus Movement, - это попытка заново открыть реального Иисуса. Исторического Иисуса, еврейского проповедника и целителя, который жил и учил в древней Палестине две тысячи лет назад. Мы пытаемся как можно честнее восстановить то, в чем на самом деле заключалось его послание.
Для этого Библию нужно читать не как безошибочный единый текст, врученный Богом с небес, а как собрание документов, написанных спустя десятилетия после смерти Иисуса. Эти документы прошли через фильтр, причем очень внимательный и вполне сознательный. Правящая элита решала, какие идеи будут переписываться, распространяться и в итоге попадут в канон, а какие исчезнут.
В этой работе мы опираемся на академических исследователей. На людей, которые посвятили карьеру изучению текстов, языков и мира, в котором эти тексты появились. Они строят выводы на доказательствах, а не на богословском авторитете.
Среди этих ученых есть самые разные люди: от глубоко верующих до агностиков. Например, фундаментальную пятитомную серию об историческом Иисусе написал Джон П. Мейер, католический священник и профессор. А среди известных авторов есть и Барт Эрман, бывший верующий, ставший агностиком и автором бестселлеров New York Times.
При этом, конечно, по всем вопросам полного согласия нет. Подлинность той или иной фразы или истории об Иисусе нельзя свести к простому «правда» или «ложь». Это скорее спектр вероятности. Честные ученые спорят о том, где именно на этом спектре находится тот или иной материал, и понимают, что могут появиться новые данные, а теории со временем будут меняться.
Именно через эту призму мы и смотрим на вопрос. Если вы ее отвергаете, дальнейшие аргументы, скорее всего, покажутся вам бессмысленными.
- Суть Евангелия
Если есть вещь, с которой согласны почти все исследователи Нового Завета, так это то, что находилось в центре послания Иисуса. И, спойлер, это совсем не то, что утверждал Павел.
Для Иисуса центр его послания звучит уже в первых словах самого раннего Евангелия. Евангелие от Марка, которое ученые считают первым из написанных, начинается с того, что Иисус провозглашает: «Исполнилось время, и приблизилось Царство Божие» (Мк. 1:15). Это заявление о новом мире, о Царстве Божьем, и есть ядро послания исторического Иисуса. Само выражение «Царство Божие», или его вариант «Царство Небесное» у Матфея, встречается в четырех канонических Евангелиях около 126 раз.
Иисус стоял в длинной традиции еврейских пророков, которые возвещали Божий суд. Он предупреждал: единый Бог мира, всемогущий Бог, чьим народом были евреи, вот-вот вмешается в историю. Это вмешательство принесет новый порядок на земле, где праведные будут оправданы, а сильные мира сего будут низвергнуты.
Важно понимать, что в этом был политический смысл. Сегодня мы так это обычно не читаем, но фраза «Царство Божие» звучала примерно как «Соединенные Штаты Бога». Иисус был возмущен тем, как с евреями Галилеи и Иудеи обращались римские колониальные угнетатели, а также еврейская религиозная верхушка, сотрудничавшая с ними ради сохранения власти. Его послание было одновременно напоминанием и предупреждением: власть здесь принадлежит не вам. Власть принадлежит Богу. И за свои дела вы скоро заплатите.
Но в итоге заплатил сам Иисус. Его откровенно политическое послание оказалось слишком опасным для римлян, которые не терпели мятежей среди покоренных народов. Колониальный правитель Понтий Пилат казнил его самым страшным способом, как казнили и других потенциальных бунтовщиков. Это должно было стать жестким напоминанием всем, кто решит бросить вызов империи.
Разумеется, если вы когда-либо читали Павла в Новом Завете или просто ходили в церковь, вы знаете, что у Павла суть Евангелия выглядит совсем иначе. В текстах, подлинность которых признают практически все ученые, Павел использует выражение «Царство Божие» всего семь раз.
Безусловно, Павел тоже считал, что Бог вот-вот вмешается в историю и что грядущее Царство будет на земле. Идея о небесах где-то в облаках или в каком-то ином месте появится гораздо позже.
Но Павел перевернул послание Иисуса с ног на голову. У него вестник стал самой вестью. Иисус был уже не пророком, возвещающим Царство. Он стал путем в это Царство. И это приводит нас ко второй лжи.
- Что нужно для спасения
Павел, как и многие другие после убийства Иисуса, утверждал, что пережил мистическую встречу с воскресшим Христом. Этот опыт воскресения стал топливом для его проповеди. И из него родилось евангелие, которое почти не имело отношения к тому, чему на самом деле учил Иисус.
«Если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься», - писал Павел в Послании к Римлянам, самом длинном и выразительном изложении его богословия из дошедших до нас текстов.
Для Павла больше ничего по-настоящему не имело значения. Он снова и снова возвращается к этой мысли. Не накормить голодного. Не простить долги. Не любить врагов. А исповедуй, верь и спасешься.
Но это не было посланием исторического Иисуса. Если внимательно читать синоптические Евангелия, Матфея, Марка и Луку, отдельно от писем Павла, мы видим совершенно другое условие входа в грядущее Царство.
Особенно ясно это видно в отрывке из Евангелия от Матфея, который часто ошибочно называют притчей об овцах и козлах. Там Иисус говорит:
«Когда же придет Сын Человеческий во славе Своей... соберутся пред Ним все народы, и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов - по левую.
Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: придите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира; ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне.
Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя голодным и накормили? или жаждущим и напоили? Когда мы видели Тебя странником и приняли? или нагим и одели? Когда мы видели Тебя больным или в темнице и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».
Справедливости ради, среди ученых есть серьезные споры о подлинности этого высказывания. Но при этом существует согласие, что оно отражает то, во что исторический Иисус, скорее всего, действительно верил и что проповедовал: для входа в Царство нужна этическая жизнь, действие, милосердие, забота о голодных и нуждающихся.
Идея последнего суда была глубоко укоренена в еврейской мысли времен Иисуса, и он почти наверняка в нее верил. Но предполагать, будто для Иисуса финальный суд должен был зависеть от метафизических утверждений о том, что произойдет после его казни, просто абсурдно.
Вероятно, именно поэтому ядро этического учения Иисуса снова и снова сводится к Главной заповеди. В Евангелии от Луки, когда законник прямо спрашивает Иисуса: «Что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?», Иисус не говорит о воскресении. Не говорит о вере. Он указывает на Закон: люби Бога всем своим существом и люби ближнего, как самого себя. «Так поступай, и будешь жить», - говорит Иисус.
Исследователи считают учение Иисуса о Главной заповеди одним из самых исторически надежных фактов, которые мы можем о нем сказать. До Иисуса ни один еврейский учитель не брал именно эти два стиха из всей Торы, не соединял их вместе и не объявлял их сердцем всего. Такой синтез уникален для Иисуса. Именно поэтому историки ему доверяют.
Если сложить все это вместе, картина получается последовательной и ясной: для исторического Иисуса вход в грядущее Царство был вопросом этики, а не богословия. Важно было не то, во что ты веришь насчет тела человека после смерти. Важно было то, что ты делаешь: как относишься к голодным, больным, заключенным, чужакам.
Павел знал эту традицию. У него был к ней доступ. Но он выбрал совершенно другое.
- Зачем любить врагов
Еще одно уникальное этическое требование Иисуса - любовь к врагам. Павел тоже призывал своих последователей к этому. Но причина у него была совсем другая.
У Иисуса это учение появляется и у Матфея, и у Луки. У Матфея Иисус говорит: «Любите врагов ваших и молитесь за гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного; ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных».
Богословская логика здесь точная и радикальная. Любите врагов не потому, что это их изменит. Не потому, что Бог вас за это наградит. И не потому, что месть принадлежит Господу. Любите врагов потому, что так поступает Бог. Бог дает солнце и дождь всем: злым и добрым, праведным и неправедным. Без различий, без условий. Иисус просит своих последователей подражать Богу, который не ведет счет.
Павел говорит нечто очень похожее, но на самом деле совершенно другое. В Послании к Римлянам он пишет:
«Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте... Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь. Итак, если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья».
Наш старый знакомый Павел не просит своих последователей подражать любящему Богу. Он просит их отойти в сторону, чтобы разгневанный Бог сделал за них грязную работу. Не мсти, говорит он, не потому, что месть плоха сама по себе, а потому, что Божья месть еще придет и будет куда страшнее всего, что ты мог бы сделать сам. Накорми врага, говорит Павел, и ты увеличишь его вину. По сути, ты точишь нож.
Разница между этими двумя образами Бога совсем не тонкая. Бог Иисуса - это Бог, который дает всем и любит без условий. Бог Павла - небесный судья, который ведет бухгалтерскую книгу и в последний день выставит счет.
Исследователь исторического Иисуса Джон Доминик Кроссан сформулировал это предельно ясно: «Для Павла ты не отвечаешь насилием сейчас, потому что Бог ответит насилием позже. Для Иисуса ты не отвечаешь насилием никогда, потому что Бог всегда действует ненасильственно».
К сожалению, две тысячи лет христианской истории куда сильнее формировались Богом Павла, чем Богом Иисуса. Хотя, будем честны, церковь никогда особенно серьезно не относилась к ненасилию, когда сама оказывалась у власти.
- Тело
Но, возможно, самое резкое различие между Иисусом и Павлом касается не того, ради чего существует Евангелие, а того, из чего оно вообще состоит.
Чтобы это понять, нужно помнить: Павла и Иисуса разделяли не только время и география. Они были сформированы двумя принципиально разными интеллектуальными мирами.
Иисус, сельский галилейский крестьянин, был глубоко укоренен в традиционном палестинском иудаизме. А эта традиция не отделяла дух от плоти. В еврейском мировоззрении, в котором жил Иисус, человек был неделимым целым. Нельзя было отделить духовное от физического так же, как нельзя было отделить богословие от экономики или религию от политики. Плоть не была проблемой, которую нужно преодолеть. Именно в теле Божья воля и должна была воплощаться.
Павел был другим. Он был евреем диаспоры и жил на территории современной южной Турции, в то время части космополитичного грекоязычного мира Римской империи. Его мышление глубоко отражает этот контекст.
Греко-римская философская культура, через которую прошел Павел, культура, сформированная Платоном и его наследниками, строилась на строгой иерархии: дух выше, вечен и божественен; плоть ниже, смертна и испорчена. Тело в лучшем случае было временным сосудом, в худшем - тюрьмой.
Это не абстрактное богословское различие. Из него выросли два совершенно несовместимых представления о том, что такое Царство Божие.
Павел формулирует свою позицию прямо в Первом послании к Коринфянам: «Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления». Для Павла физическое тело должно быть оставлено позади, преобразовано в духовное тело, сброшено как кокон, прежде чем спасение станет возможным. Царство принадлежит духу, а не плоти.
Иисус указывает в прямо противоположную сторону. Когда его спрашивают о доказательстве приближения Божьего Царства, он не ссылается на духовные переживания или чистоту доктрины. Он указывает на тела: слепые видят, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат. Царство приходит в плоти, в восстановленных телах, накормленных желудках, исцеленной коже.
Более того, молитва Господня, единственная молитва, которой Иисус научил своих последователей, говорит об этом без всякой двусмысленности: «Да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе». Не на небе вместо земли. А здесь, на земле, в этом теле, в этой жизни.
Кроссан называет это фундаментальной «пропастью в мироощущении» между двумя людьми. Он описывает ее как различие между саркофобией, страхом перед плотью, и саркофилией, любовью к плоти. Для Павла плоть - проблема. Для Иисуса плоть - смысл. Как подытоживает Кроссан: «Для Иисуса всякий, кто воплощал божественную справедливость на земле, был именно "плотью и кровью", входящей в Царство Божие».
Взгляд Павла стал богословской основой для двух тысяч лет христианства, которое гораздо больше интересовалось тем, куда отправится твоя душа после смерти, чем тем, есть ли у твоего тела еда, жилье и достоинство при жизни. Это не случайность. Это Павел. И правящий класс, который подхватил и распространил его послание, потому что оно не угрожало его власти.
Что построил Павел
Четыре лжи. Четыре отступления от того, чему на самом деле учил Иисус. И в каждом случае направление одно и то же: прочь от земли, прочь от тела, прочь от бедных - к внутреннему миру, к вере, к душе, к спасению, которое ничего не стоит сильным мира сего и ничего от них не требует.
Это не совпадение. Справедливости ради, Павел не собирался создавать идеологию контроля. Он был искренне верующим человеком, который пытался справиться с настоящим богословским кризисом. Он пытался осмыслить воскресение, в котором был убежден, и Царство, которое, как он верил, вот-вот должно было прийти.
Он не был циником. Он ошибался. А вот те, кто пришел после него, фальсификаторы, писавшие письма от его имени, императоры, крестившие его богословие, епископы, насаждавшие его, действовали куда более сознательно.
Но намерения не отменяют последствий. То, что построил Павел, чего бы он сам ни хотел, стало религией, которая могла, и действительно стала, держать людей в рабстве у угнетающих систем. Это религия об Иисусе.
Но религия Иисуса предлагает другой путь. Иисус не просил людей верить правильные вещи о нем. Он просил кормить голодных, прощать долги, любить врагов и строить Царство здесь: в этом теле, на этой земле, прямо сейчас.
Эта программа была настолько опасной, что за нее его убила самая могущественная империя древнего мира.
Она опасна до сих пор.
Она все еще возможна.
И она не имеет ничего общего с тем, что вам рассказывал Павел.