Средневековые храмы строились долго. Многие более ста лет. И начиная проект, архитектор вполне осознавал, что не увидит свою мечту воплощенной. Истинное самоотречение во славу Божию.
Однако, скорости увеличиваются. Помолясь, люди изобретают интегральные уравнения, турбину, электричество и вот это все. И отправление религиозных нужд делается все комфортнее. Например в храмах Испании видел следующее. Вместо тумбы для возжигания свечей стоит ящичек с лампами накаливания. Наверняка, энергосберегающими. Суть такая: хочешь поставить свечку, сообразно душевной необходимости - вносишь установленную плату, нажимаешь кнопку. И вуаля - к вящей славе Господней загорается лампочка Ильича. Погорит лампочка установленное время, погорит и погаснет. Не получили ожидаемого душевного трепета - вносите еще купюру, получаете еще 10 минут благого свечения. И не нужно чистить воск, убирать огарки. На святые образа не летит чад. Кругом Богоугодное деяние. Экологично, пожароустойчиво. Комфортно, правда!?
В уставных текстах конечно сказано, мол, вера без дел мертва. Но там же сказано - не судите, да не судимы будете. Поэтому, остережемся осуждать сращение науки и религии, обуздаем бесовскую тягу обнаружить парадоксы и иронию, а лучше перенесемся во времена, когда возжигались сальные свечи, тексты переписывались от руки особо уполномоченными монахами, а зеленоглазые рыжие красавицы были много горячее, чем сейчас.
«Имя Розы» Умберто Эко. 1980 год.
В рецензии на «Я - Легенду» поделился ощущением, что в книге нет ни одного лишнего слова. Подразумевая точность передачи эмоций. Здесь тоже нет ни одного лишнего слова, ведь Эко ведет диалог с огромным корпусом литературных текстов. Прямо или косвенно отсылая читателя к авторам-предшественникам. Именно поэтому вводная глава романа, в которой автор рассказывает, как ему попались записки некоего отца Адсона из Мелька, как установив происхождение, сличив источники и выправив текст, автор предлагает его читателю, называется «Разумеется рукопись». Знаменитая постмодернистская ирония, дескать, вы уже довольно читали таких вводных глав, вот вам еще одна. («Читатель ждет уж рифмы розы; На, вот возьми ее скорей!»)
Что же явит читателю рукопись, установление истинности которой Эко описывает очень скрупулезно, вплоть до издательств и издателей? А вот что.
В конце ноября 1327 года монах-францисканец Вильгельм Баскервильский (привет, Конан Дойль) и сего спутник, послушник-бенедиктинец Адсон (привет, доктор Уотсон) прибывают в аббатство для подготовки встречи двух теологический партий. Суть прений - были ли Христос и апостолы беден. А стало быть, должна ли быть бедной церковь. А следом, должна ли церковь диктовать волю земным владыкам.
Проблема в том, что в аббатстве, совершено злодеяние. А именно, таинственное, загадочное, зловещее убийство. И настоятель просит Вильгельма подтвердить репутацию ученого мужа и расследовать это дело.
Вильгельм с верным Адсоном начинают следствие, попутно обнаруживая массу интриг в самом аббатстве.
Как обычно, злодей оказывается на шаг впереди детективов. Убиенных становится больше, разгадка все дальше. Зато Вильгельм устанавливает, что скорее всего весь сыр-бор из-за единственного сохранившегося экземпляра второй части «Поэтики» Аристотеля. И книга эта хранится в супер секретном отделе секретной секции знаменитой библиотеки аббатства. В этом тексте, якобы убедительно доказывается, что Христос смеялся. А раз Христос смеялся, то и нам, смертным не грешно. Что противоречит представлениям многих служителей культа. В их картине мира смех от лукавого.
Словом, ставки задраны невероятно. Помимо увлекательного расследования, вы найдете историю ересей и борьбы с ними. Демонстрацию схоластического метода установления истины. Интригующие теологические споры и примеры инквизиторской предвзятости. Но есть нюанс, который очень веселит самого Умберто Эко. Все в этой книге не то, чем кажется. Потому что автор, как опытный кукловод, ведет своих героев, а вместе с ними и читателей по ложному следу. И даже самая развязка романа, при всей своей масштабности и неотвратимости, обманывает вас. Но суть обмана вас не сильно расстроит, потому что мы сами «обманываться рады».
Стоит сказать, что первые сто страниц довольно сложно осилить. На первых порах затруднение вызывает стиль записок Адсона, повторяющий стиль религиозных текстов. Вхождение в контекст политических интриг, теологических доктрин, да и самой жизни монастыря, привязанной ко времени служб отягощает начало повествования. Но перетерпите первую сотню страниц. Перетерпите, ибо «вера без дел мертва». А перетерпев, дав книге шанс, получите немало наград и сюрпризов. И хоть все в этой книге обман, но обман блестящий.