В красивом парке у фонтана фотографировалась женщина. Лет сорока с лишним. После сорока многое кажется лишним. И люди иногда это лишнее стараются не замечать и скрывать. Вот и женщина скрывала. Одежда блестящая, обтягивающая, декольте, лицо сделано хорошо. Во всех смыслах сделано. Потому что женщина ещё и растянула деланную улыбку.
Изо всех сил она старалась выглядеть привлекательно. И громко, пронзительным голосом жаловалась приятельнице или родственнице, которая её фотографировала. Мол, мужчин вообще нет нормальных. На сайте плохие. В жизни тоже какие-то замухрышки и неудачники. Но и те обходят вниманием. Надо хорошую фотографию! Ты старайся, мы тут уже полтора часа потратили! Толку от тебя мало.
И женщина принимала красивую позу и делала улыбку. Снова и снова. И с этой улыбкой застывала, делая изящный жест, вытягивая ногу… Это требовало усилий!
И рядом оказался беленький мальчуган лет двух. Попал в кадр на своем велосипедике; без педалей, ножками отталкивался от земли и ехал. И заехал в кадр. Помешал фотографироваться. Столько усилий для позы, ракурса, улыбки, - насмарку!
И улыбка немедленно исчезла с лица женщины. Знаете, я впервые услышала как человек зашипел от ярости. По-настоящему женщина зашипела. Как змея. А потом крикнула малышу; мол, куда ты лезешь? Ты все испортил!
Ребёнок застыл от испуга. Но тут подошла его мама. Взглянула на фотомодель. Хорошо взглянула. Ничего не сказала, повернула сынишку на велосипедике и ушла с ним.
От таких все уходят. Несмотря на изящно вытянутую руку и ногу. И на растянутую улыбку. Гюго писал об улыбке злющей госпожи Тенардье; об улыбке злого, который хочет казаться добрым. Но эта улыбка никого не обманет. Не говоря и шипении.
Хоть какую позу прими, душа себя покажет. И дело не в одежде, не в позе, - люди чувствуют злость. И уходят. Или стараются не подходить…
Анна Кирьянова