Михайлов чувствовал, что почва из-под его ног ускользает. Кто-то намеренно играл с ним, вставлял палки в колеса и несомненно наблюдал со стороны, насмешливо улыбаясь. Кто-то знал каждый его шаг, а он не знал ничего..
Выпроводив Аллу из кабинета, он сел за стол и мысленно начал вспоминать то, что было написано в дневнике. Тот, кто выкрал флешку - показал этим, что записи очень важны. Теперь нужно разложить всё по полочкам.
Нет в этой истории мистики, есть лишь люди.. А сны.. Это неудивительно - Михайлов слишком близко к сердцу принял это дело. Впрочем, как всегда это и было.
Внук заболел - это совпадение. Такое бывает и не нужно искать взаимосвязи. Сейчас с ним всё хорошо и можно чуть отпустить ситуацию.
Вера в особняке.. Или Майя? Черт, да не верит он в призраков! Но и Вера физически не могла быть в доме! В это время она сидела в камере! Кто-то ей помогает?.. Кто-то из сотрудников? Нет! Михайлов решительно отмел эту мысль, хотя червячок сомнения всё-таки остался в его душе. Скорее уж кто-то ей помогает вне камеры. Кто-то похожий на сестёр..
И этот кто-то украл флешку. Пока всё сходится. Есть третий человек, который умело скрывается всё это время за спинами у близнецов. Михайлов признавал, что это похоже на какой-то абсурд - кому это нужно и главное зачем? Но на данный момент это была единственная версия.
Немного подумав, следователь набрал номер матери Веры.
- Татьяна Егоровна? У меня к вам пара вопросов.
- Мне.. Мне нужно к вам подойти?
- Нет. Вполне можно справиться по телефону.
- О, хорошо, - с явным облегчением вздохнула женщина. - Спрашивайте.
"И ты даже не спросишь, как там твоя дочь?" - пронеслось у него в голове.
- У вас был разговор с Верой о её сестре? От вас она узнала о ней? Вы случайно проговорились?
- Что? Я.. Я не понимаю, - в голосе звучало явное недоумение. - Я никогда не рассказывала Вере правду..
- Вы ведь помните, что произошло после смерти Майи? Вера говорила, что это сестра её нашла, что мать её проговорилась, но родители Майи это отрицали.
- Ах, вот вы о чем, - вздохнула Татьяна Егоровна. - Да, конечно помню. Именно тогда я поняла, что Вера врет и причина этому намного страшнее. Слова родителей Майи подтвердили мои догадки - это Вера нашла Майю, а не наоборот, как она утверждала.
- Но как она о ней узнала? - медленно произнёс Михайлов, вспоминая написаное в дневнике девочки. - Вы говорите, что не рассказывали и случайно не проговорились.
- Думаю я знаю, как Вера узнала про сестру, - немного смущённо произнесла Татьяна Егоровна. - Когда Майю забрал отец, я.. Я сделала себе её копию о рождении. Не знаю зачем. Тогда мне просто хотелось иметь хоть что-то на память о дочери. Чтобы точно знать, что она была и существует, а не только плод моего воображения, что их когда-то было двое. Это свидетельство я хранила у себя в документах. Я думаю, что Вера его нашла.
- А ларчик просто открывался, - пробормотал следователь. - Понял. Теперь следующий вопрос и он будет странный. Татьяна Егоровна, вы уверены, что родили двоих? Быть может у вас были тройняшки?
- Ч-что?!
- Понимаю, - тяжело вздохнул Михайлов. - Но я должен был задать этот вопрос. Со временем вы поймёте почему, а пока я не могу вам всего рассказать. Но вдруг была ещё одна девочка? Ведь Майю вы отдали. Быть может третьего ребёнка тоже?
- Не было больше никого, - холодным тоном ответила женщина. - Я родила двойняшек.
- Понял, - погрустнел следователь. - Они ваши единственные дочери?
- Да!
- Спасибо. На этом пока всё.
Михайлов быстро отключил вызов. Никакой ясности. Хотя, есть одна - Вера зачем-то соврала Майе, что о ней проговорилась мама. С другой стороны - насколько вообще можно доверять Татьяне Егоровне? Говорит ли она правду? Женщина не менее странная, как и её дочь.
Схватив телефонную трубку стационарного аппарата, он быстро набрал номер.
- Это Михайлов, - громко произнёс он. - Подайте запрос в родильный дом на имя Казанцевой Татьяны Егоровны. Кого она родила двадцать один год назад.. И рожала ли ещё в другое время.
Пока следователь ждал ответа, к нему привели подозреваемую.
Вера выглядела глубоко несчастной. Её глаза смотрели в одну точку, уголки губ опустились вниз. Она уже не была похожа на молодую девушку. Серый цвет лица и синяки под глазами придавал возраст. Светлые, короткие волосы слиплись и в беспорядке торчали на голове.
- Вам никогда не хотелось иметь длинные волосы, как у сестры? - неожиданно вырвалось у Михайлова.
Этот вопрос чуть оживил девушку. Она подняла взгляд измученных глаз на следователя.
- Майя была очень красивая. Намного красивее меня. Я была лишь её тенью. Мы были похожи, но в тоже время совсем разные. Она была красива изнутри.. Если бы я отрастила длинные волосы, ничего бы не изменилось. Я бы так и осталась её тенью.
Взгляд Веры стал отрешенным.
- Вы завидовали сестре?
- Что? - чуть качнула головой девушка. - Я не знаю можно ли так сказать.. Наверное, да. У неё была полноценная семья, в которой её любили. У меня этого не было. Я рада, что у Майи сложилось именно так. Хоть у одной из нас.
- Вера, скажите, - Михайлов чуть наклонился на стол. - Как вы узнали про Майю?
- Я не понимаю, - в глазах девушки мелкнула растерянность. - Это Майя меня нашла, я ведь говорила..
- Может хватит разыгрывать спектакль?! - рявкнул Михайлов, стукнув кулаком по столу, отчего Вера вздрогнула. - Я знаю, что это ты нашла сестру! Зачем ты врешь, не понимаю! Я читал дневник Майи! Там всё расписано от и до!
- Какой дневник? - потрясенно прошептала Вера.
- Личный, - улыбнулся Михайлов. - Тот, который ведут почти все девочки. Поэтому я знаю правду. А ты продолжаешь утверждать, что Майя тебя нашла!
Вера нервно сглотнула и затравленно посмотрела по сторонам.
- Я.. Я просто не хотела, чтобы мама знала, что я шарюсь в её личных вещах, - наконец выдавила из себя девушка. - Мне бы за это попало. Не говорите ей, пожалуйста, - Вера умоляюще посмотрела на следователя. - Я нашла документ в её вещах, свидетельство о рождении ребенка, датированное тем же днем, что родилась и я. Я поняла, что у меня была сестра-близнец. Сначала я подумала, что она умерла при рождении, но свидетельства о смерти нигде не было. Я и его искала у мамы. Потом решила, что значит сестра всё-таки существует и начала её искать. И нашла..
- Вот теперь многое сходится, - пробормотал Михайлов. - По крайней мере с тем, что было написано в дневнике Майи. Что ещё ты скрыла от нас?
- Ничего, - Вера ещё раз шумно сглотнула. - Но вас ведь этот ответ не устраивает, да? Вам нужно, чтобы я созналась в убийстве сестры и семьи отца. Вот тогда всё встанет на свои места.
- Даже сестра признавала, что ты.. - Михайлов вдруг запнулся, прикусив язык.
- Что я что? - усмехнулась Вера. - Странная? Может быть.. Но странная не равно убийце..
Следователь чуть заметно смутился.
- Зачем бы Майе кончать жизнь самоубийством? - произнёс он. - Ты можешь предположить? Ведь вы общались, как сестры. Пусть даже и непродолжительное время. У неё всё было - семья, любящие родители, достаток. Появилась даже сестра. Зачем ей это делать?
Вера вдруг издала какой-то гортанный звук и из её глаз потекли слезы. Губы и руки задрожали.
- Майя не убивала себя!! - почти закричала она и закрыв ладонями лицо, громко зарыдала.
Михайлов замер лишь на мгновение, ошарашенный ответом, но тут же вскочил, наливая в стакан воду и поднося его Вере. Девушка схватила стакан дрожащими руками и за секунду осушила его. Тяжело дыша, она пыталась успокоиться, но губы дрожали всё сильнее.
- Это была игра, - наконец произнесла она, едва ворочая языком. - Дурацкая игра, в которой нужно было слегка придушить себя, чтобы душа "вышла из тела" и поменяться на миг телами.
- Чтооо? - у следователя в буквальном смысле отвисла челюсть.
- Да! Да! - в отчаянии выкрикнула Вера. - Я знаю, как это звучит! Но тогда.. Мы были детьми! Насмотрелись фильмов.. И решили попробовать. Нам было интересно оказаться в теле у своей "второй половинки". Мы понимали, что это игра, хихикали, нам было интересно, но в глубине души надеялись, что получится. Ведь в фильмах получается занять чужое тело! Это Майя придумала делать это в петле, как висельники, - упавшим голосом продолжила Вера уже намного тише. - А я, конечно, поддержала. Мы сделали две петли там в большой комнате на первом этаже и долго смеялись, у нас ничего не получалось. И наконец приняли решение, что нужно как можно дольше себя "душить". У меня ничего не получалось и мне надоело себя "придушивать" - мы просто опускались весом тела вниз, подгиная ноги, таким образом передавливая петлей веревки шею. В итоге я встала, скинула петлю и сказала, что хватит, мне надоело. В ответ была тишина. Я подумала, что Майя хочет продолжить и махнула на неё рукой. Я не сразу поняла, что случилось.. И не знаю, как это произошло. Сейчас уже понимаю, что наверное она передавила сонную артерию или ещё что-то, потеряла сознание возможно и по итогу просто удушилась.. Возможно, если бы я с самого начала поняла, что что-то не так, то Майя осталась бы жива. Но я, сняв свою петлю, развязала её, закинула в кладовку, где мы взяли верёвки, сходила в комнату Майи, а потом мне надоело быть одной и я побежала к сестре. Вот тогда я сразу поняла, что что-то не так.. Она странно висела в петле, а глаза были открытые и стеклянные.. Дальше я плохо помню..
Михайлов потрясенно слушал сбивчевый рассказ Веры, у которой то и дело прерывалось дыхание и наворачивались слезы.
- Почему ты тогда сразу не сказала правду?!
- Кто бы мне поверил? Меня тогда видели впервые! - всхлипывая, произнесла девушка. - И я испугалась. Да, испугалась, что обвинят меня! Они же меня совсем не знали! Я была ребенком! Представляете моё состояние от произошедшего?! Я винила себя! Ведь если бы мы не познакомились, то Майя осталась бы жива! Но это я её нашла и тем самым подвела к смерти.. А потом меня запихали в психушку, отец уехал, дело закрыли, как самоубийство и всё уже стало не столь важно.. Майя мертва, а я осталась хранить эту жуткую тайну внутри себя.
- Господи, - пробормотал Михайлов. - Ты должна была сказать.. Самоубийство это грех, а девочка оказывается его и не делала. Ну и игры.. Волосы дыбом.
- Я была ребенком, я жутко испугалась, - опять всхлипнула Вера.
- Да понимаю я.. - качая головой, тихо ответил следователь. - Давай на сегодня закончим.
- Пообещайте, что никому не расскажете! - сквозь слезы прошептала она.
- Чего уж теперь, - пробормотал Михайлов. - Не расскажу.
Веру увели, а пожилой следователь ещё долго сидел на одном месте, пытаясь прийти в себя после шокирующего рассказа Веры. Правду ли она сказала или это плод её больного воображения? Он даже не представлял насколько нужно быть нездоровым, чтобы такое придумать. Но, если ей всё-таки поверить, то многое начинает сходится во всей этой ужасной истории.
В это время раздался звонок телефона. Двадцать один год назад в роддоме у Татьяны Егоровны родились две девочки-близняшки. Больше в роддом она не попадала.
- Значит одна версия отпадает, - выслушал информацию, произнёс Михайлов, сердито нахмурившись.
Кто же с ним может "играть"? Кто хотел напугать в доме? Кто украл флешку? Тот, кто похож на сестёр.. Внезапно перед глазами следователя встал образ матери девочек. Татьяна Егоровна была примерно такого же телосложения, как и Вера, только немного ниже. У неё были светлые, как и у сестёр, волосы. И короткие. В темноте можно и спутать их.. Но зачем ей это?..
- Михайлов, что за бред? - резко одернул он сам себя. - Зачем матери за тобой следить?
Сомнения грызли его душу, вспоминая, что и родительница подозреваемой ведёт себя порой очень странно.
В кабинет заглянула коллега.
- Роман Дмитриевич, назначена независимая психиатрическая экспертиза для Трифоновой на завтра.
- Отлично. Спасибо.
Значит завтра. Скоро всё встанет на свои места. Либо обратно в родные стены ПНИ, либо в места не столь отдаленные.
Раздался телефонный звонок.
- Роман Дмитриевич? - послышался нерешительный голос на том конце провода.
- Да, - отрывисто произнёс Михайлов. - Кто это?
- Это Соломатин. Лечащий врач Веры.
- Аа.. Виктор.. Простите, не помню отчества.
- Александрович, - услужливо подсказал ему голос.
- Виктор Александрович. Чем могу помочь?
- Я узнал, что завтра у Веры экспертиза?
- Да, это так.
- Я переживаю, - тяжело вздохнув, признался Соломатин. - Я знаю, что Вера невиновна. И знаю, что у неё нет явных психических заболеваний. Это ведь значит, что если экспертиза пройдёт не в её пользу, то её ожидает.. тюрьма? Скажите честно.
- Говорю честно. Да. Но.. Почему вы думаете, что не покажет? Как по мне, так у Веры явные отклонения.
- Это.. Они больше неврологического плана, Роман Дмитриевич, - как-то удрученно ответил Соломатин. - Мать, конечно, постаралась в детстве со своими таблетка..
Речь доктора внезапно резко прервалась, будто ему неожиданно закрыли рот.
- Что? Что вы сказали?! - нахмурившись, закричал в трубку Михайлов.
- О, простите, ничего.. - пробормотал Соломатин, явно обескураженный тем, что сболтнул лишнего. - Я не должен был.. Не имею права..
- Черт возьми! - со злостью прошипел в трубку следователь. - На кону стоит приговор вашей пациентке, а вы думаете о своей врачебной этике! Вы вроде хотели ей помочь?! О чем вы говорили? Мать пичкала её какими-то таблетками в детстве?!
- Да, - шумно выдохнул Соломатин. - Оттуда и пошли её проблемы..
- Немедленно приезжайте, - перебил его Михайлов. - Нам срочно нужно встретиться, чтобы вы мне всё рассказали!
Через полтора часа лечащий врач Веры сидел напротив следователя, который внимательно слушал его монолог.
Продолжение следует...
Спасибо за то, что дочитали. Буду благодарна за ваши комментарии и реакции.