«Зеленая общага» Глава 21.
Одичать можно! Который день Олег бился в неравном бою с математикой один на один. Обычно они с Даней бились вдвоём, существенно помогая друг другу. Но сейчас их отношения были под минус сорок, как и температура за окном. Они, вообще, перестали замечать друг друга. Единственный человек, кого затронула их ссора – Юлька.
Причины этой долбанутой ссоры Олег понять не мог, и поэтому она изрядно «делала ему нервы».
– У тебя есть Юлькина тетрадь по истории? Дай переписать последние лекции.
Данияр молча отдал, ни сказав не слова.
– Может быть он таким образом переживает что-то, – думал Олег, – боится вылететь? Проблемы с Юлькой? Вряд ли. И в той и в другой сфере у него позиции лучше, чем у меня. Что же тогда? – Олег не знал.
Его Оленька заболела. Он заходил к ней ненадолго пару раз. Очень хотелось побыть с ней, помочь чем-нибудь. Но она держалась молодцом. На выходные её родители забрали домой.
И вот, наконец, Оля пришла в читалку вместе с Юлей. Двухдневный перерыв в общении с предметом обожания показался Олегу очень долгим. Ольга была в новом костюме, который ей очень шёл. Но девчонки не стали задерживаться. Взяли учебники и пошли домой.
– Не попрощалась. Даже не посмотрела в мою сторону, – Олег снова склонился над учебником геометрии, – что же, нужно снова брать себя в руки. Жаль, сегодня прогулял бокс. Ничего – среда у меня будет физкультурный день. Соскучился без родных, без друзей, без тепла, – мысли скакали с одного на другое.
Олег попробовал ещё раз заговорить с Даней, но, снова увидев его холодное отношение, перешёл в его молчаливую систему отчёта.
На контрольной по математическому анализу (матану) Данияр смело сел один на свободный ряд. Олег из гордости тоже сел один на тот же ряд через две парты. Плохая стратегия. Если ты, конечно, не ботан. Коллективный разум рулит. Все остальные одногруппники сгруппировались – сели по парам друг за другом. Один что-то одно решит, второй – другое. Всегда можно обменяться. Семинарист тоже человек – иногда моргает.
Получив вариант, Олег испытал панику – слишком много заданий за отведённое время. Но потом взял себя в руки и решал сам, ни у кого не списывая и ни с кем не консультируясь. Получил наименьший балл в группе, но был доволен собой, ибо знал чего стоят остальные отметки. Обидно было только то, что Даня его обскакал.
По высшей алгебре (вышке) Олег тоже сам писал и решил почти всё. А вот контрольную по аналитической геометрии (ангему) завалил, как и многие другие. Слишком сложные задания придумал товарищ семинарист с говорящей фамилией Нещадим.
Никого не пощадил
Наш ангемщик Нещадим.
– Если бы учился сразу, то сейчас, несомненно был бы в лучшем положении, – умная мысля, как обычно, пришла опосля. Олег пытался готовиться к контрольной по теории чисел (тэче), которую совсем запустил.
Но эта контрольная погоды не делала. Главным, по информации от старшекурсников, был экзамен. Поэтому Олег не стал тратить драгоценное время на тэче и переключился на историю. Уж на гуманитарщине то надо отыграться!
И тут же ужаснулся – как мало он знает! Теперь Олегу стало понятно, почему Даня ещё в начале недели забросил математику и насел на историю – заглянул, видать, в билеты и, как жук, не сказал, что их там – и за неделю не выучить.
– Неужели он снова меня обскачет? Ну и дела... – Олегу не хотелось смиряться с вырисовывающейся тройкой по истории – единственному гуманитарному предмету в этом семестре, не считая английского.
Но ещё больше ему не хотелось, чтобы у него было «три», а у Дани – «четыре», – ладно в математике – у него школьная подготовка лучше моей, вон и контрольные пишет не хуже меня, хотя почти к ним не готовится – но в гуманитарщине я бы хотел держать среди нас первенство, – запальчиво подумал Олег.
Но тут же решил, – ну, да, ладно. Чёрт с ним, да и со мной! Учиться надо было. Вбил в башку, что мне это не дано. И что, если сейчас непонятно, то потом вдруг станет понятным само собой. Наивный ребёнок! Эва, блин, получается какой-то монолог амбициозного лоботряса. Но я устал. Только сейчас, готовясь к экзаменам, я стал учиться нормально. Но, если бы так было все четыре месяца, то я бы не выдержал.
Когда читалка закрылась, Олег пошел длинными коридорами из лабораторного в главный корпус универа и ещё издали услышал звук гитары и нежный женский голос. Слов песни было ещё не разобрать.
– Откуда же божественные звуки в святилище технической науки? – он ускорил шаг, заметив в переходе небольшую афишу «Концерт бардовской певицы Екатерины Барановской».
В просторном холле с витражами было человек пятьдесят. Перед ними выступала молодая женщина с большими выразительными глазами. Она сидела у расписания на обычном стуле из аудитории и пела без микрофона.
Когда замирает под сводами звук,
И музыка тает под куполом неба,
В глазах моих зрителей - замкнутый круг,
Мещанство извечное: зрелищ и хлеба.
А выйду на сцену - ухмылки и смех
В глазах - колкой дрожью, что злость нагоняет.
Пусть даже для них искры песни играют,
Я буду петь не для всех!
– Дерзкие строки, – Олег остановился за спинами последнего ряда, потом присел на свободный стул, – может быть она поет для меня?
Он послушал ещё немного, – да по сравнению с ней, мы с Даней просто частушки поём! Даже Высоцкий играл и пел не так замысловато, как Екатерина. Виртуозная игра на гитаре и хитрые вокальные приёмы. Впрочем, чувства и искренности в её выступлении хватало.
Барановская разрешила передавать ей записки с вопросиками. Олег уже было начертал ей несколько благодарных строк за выступление, но отдать не успел. Концертик закончился.
Когда он вернулся в общагу, Макар увлечённо читал Стивена Кинга, а Даня уже видел сны.. Это было и понятно – минувшей ночью он спал часа три – учил историю. Но Олега ещё не рубило. Ему тоже нужно было учиться. Точнее работать, что тоже самое. Короче пахать! Во вторник следующая контрольная по ангему. Он бахнул крепкого кофе.
Но за последние сутки Олег тоже спал не больше, чем Даня. Разве что прикорнул на портфеле на концерте во время одной лирической песни. Поэтому вскоре он почувствовал, что к труду не способен. И решил, что пока вещий сон не сомкнул ему очи, он будет писать. Так как это не труд, это отдых...
Олег дописал письмо другу, который учился в Питере и открыл свой дневничок, – Нет, письма у меня получаются куда интереснее, там я стараюсь. Бывает высказываю умные мысли, которые хочется переписать сразу сюда, в дневник, но лень.
Возможно, когда-нибудь, когда вырасту и закончу этот универ, заброшу математику и займусь писательской деятельностью. Может буду писать статьи и фельетоны в какой-нибудь журнал, а может стану писателем и тогда, конечно, прославлюсь, как Лев Толстой.
Книги мои будут переведены на многие языки, а вместе с ними – с двумястами томами моих сочинений – выйдут, как часть их, томов пятьдесят моих дневников и томов тридцать, содержащих мою переписку с друзьями и знакомыми. И тогда умные мысли, запечатлённые в письмах, не пропадут напрасно, став известными всему человечеству.
Вот такие честолюбивые мечты посещают меня, неудачника...
Продолжение следует...
Начало: