Steigan blogger | Норвегия
Доверять НАТО защиту своей страны – значит жить в иллюзиях, пишет Steigan. Надежды Норвегии на статью 5 Альянса не помогут, если возникнет реальная потребность в обороне, считает автор статьи. Ведь НАТО смотрит на нее сквозь пальцы в угоду моменту и идеологии.
Дан-Вигго Бергтун (Dan-Viggo Bergtun)
Норвегия выстроила всю свою политику безопасности на идее, которую твердят, словно религиозную догму: нападение на любого из союзников по НАТО считается нападением на весь альянс.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
В этот весь смысл статьи 5. Ее называют незыблемой гарантией. Щитом. Абсолютной безопасностью. Доказательством того, что Норвегию никогда не бросят одну на произвол судьбы.
Но нынешняя суровая реальность в Европе совершенно иная. Статья 5 сама по себе еще не гарантирует защиты. Это не тумблер, который щелкнет автоматически, как только на одну из стран НАТО нападут. Это политическое положение, которое толкуется, обсуждается, дополняется и переосмысливается всякий раз по-своему в зависимости от того, кто нанес удар, по кому и какая риторика НАТО угодна прямо сейчас.
В этом и таится главная угроза.
Мы уже видели обломки украинских беспилотников в странах НАТО. Они прилетели с Украины, которая в альянс не входит. Это не теория. Это не досужие домыслы. Это не пропаганда в социальных сетях. Это реальные события, которые освещали международные информационные агентства и власти.
В Румынии уже падали украинские БПЛА, а совсем недавно, 5 июня 2026 года, в порту Констанцы взорвался морской дрон. Румынские власти заявили, что Украина подтвердила факт “потери контроля” над четырьмя морскими беспилотниками. В результате один из них взорвался в акватории порта, а еще три — на подступах. Более 1 300 человек были эвакуированы с близлежащих пляжей. Никто не погиб, но инцидент произошел на территории страны НАТО. Это принципиальный момент.
В марте 2026 года два украинских беспилотника вторглись в воздушное пространство Эстонии и Латвии через территорию России. Один угодил в электростанцию в Эстонии. Второй упал на территории Латвии. Рига и Таллин заявили, что беспилотники были частью масштабного залпа ВСУ по России. На той же неделе Литва сообщила, что на ее территории разбился еще один украинский беспилотник.
Агентство Reuters также сообщило, что с марта 2026 года несколько украинских военных беспилотников “сбились с курса” и вторглись в воздушное пространство стран НАТО — Финляндии, Латвии, Литвы и Эстонии. 19 мая 2026 года румынский истребитель сбил в небе над Эстонией беспилотник — предположительно также украинский.
Это территория НАТО. Это воздушное пространство альянса. И его союзники, на которые на бумаге распространяются строжайшие гарантии безопасности в мире.
Однако эти события всячески замалчивают, умаляют или находят им “убедительное” объяснение.
Нам говорят, что беспилотники сбились с курса. Что это все якобы Россия и ее средства РЭБ. Что Украина не хотела. Что это в принципе не атака. Что ситуация вообще сложная. И так далее.
В отдельных случаях все это вполне может быть правдой. Но в то же время налицо серьезная проблема: НАТО не реагирует из принципа. Альянс смотрит на это сквозь пальцы в угоду моменту и идеологии.
Если воздушное пространство НАТО нарушает российский беспилотник, это явная агрессия Москвы, угроза, эскалация и вопиющее нарушение международного права. Такой инцидент раздувается и становится предлогом, чтобы усилить противовоздушную оборону, нарастить военное присутствие, увеличения финансирование и начать перевооружение. Тут формулировки жестче некуда.
Когда же на территорию НАТО залетает уже украинский беспилотник, мы слышим совсем иные речи. Это несчастный случай. Погрешность. Технический сбой. Потеря контроля. Туман войны. Российская радиоэлектронная борьба. Мы слышим лишь оправдания — и не видим решительно никаких политических последствий. Эта разница опасна.
Это не оправдание России. Это вовсе не значит, что Украина не вправе защищаться. Или что страны НАТО не сталкиваются с реальными угрозами безопасности. Дело в том, что альянс перестал оперировать объективными фактами, а подгоняет реальность под критерии “свой-чужой”. Отныне альянс руководствуется пропагандой, домыслами и риторикой. Это значит, что статья 5, по сути, отменена.
Она подрывается не только тем, что НАТО не соблюдает ее положения. А еще и тем, что сама концепция нападения толкуется произвольным образом из соображений политической необходимости. Если беспилотник запустили “не те”, — это военная угроза. Если же “кто надо” — это случайность или несчастный случай. Если его сбил противник — это веское доказательство его агрессивных намерений. Если же партнер и союзник — этому явно найдется убедительное объяснение для общественности. Доверие так не строится. Наоборот, это лишь подогревает сомнения.
Норвегия должна осознать всю серьезность момента. Мы не просто страна на периферии Европы. У нас есть нефть, газ, исключительная экономическая зона, трубопроводы, кабели, радары, аэропорты, военные базы и протяженная береговая линия на севере. Мы стратегически важны для НАТО. А это влечет за собой стратегическую уязвимость.
Если в один прекрасный день беспилотник ударит по норвежской цели, аэропорту, гавани, радиолокационной станции, энергетическому объекту или военной базе, решающим фактором будет вовсе не то, что произошло на самом деле. А какую версию событий выберет НАТО для дальнейшего освещения инцидента. И вот это совершенно неприемлемо.
Безопасность Норвегии не может исходить из того, что истина подгоняется под запросы североатлантического альянса. Мы не можем раздувать одни события и умалять другие. Если статья 5 жестка на словах, но гибка на деле, она не может служить нам опорой.
НАТО должна руководствоваться четкими принципами. Удар беспилотника по территории альянса должен оцениваться по серьезности нарушения, а не по тому, кого политически удобно обвинять, а кого — покрывать. Страны НАТО вправе требовать фактов, ведь они важнее пропагандистского образа врага. А международное право и доказательства — превыше медийной шумихи и милитаристской риторики.
Поэтому Осло не должен вести себя так, словно НАТО и норвежская безопасность — одно и то же. НАТО — это альянс государств с собственными интересами. У США — они одни, у Великобритании — другие, у Турции — третьи. У Польши, Германии, Франции, Финляндии и стран Прибалтики — у всех свои. Они могут перекликаться с норвежскими, но не совпадают по умолчанию.
Слепая верность — это не политика безопасности. Это покорность и смирение.
Поэтому мы должны заявить со всей ответственностью: статья 5, искаженная в угоду пропаганде, — не гарантия. Статья 5, которая служит политическим целям, — не защита. Статья 5, которая по-разному реагирует на беспилотники в зависимости от того, кто их запустил, — это не принцип. А не более чем инструмент власти.
Норвегии незачем демонстрировать свою преданность НАТО. Ей необходимы трезвый подход, факты и независимая оценка ситуации.
Удары беспилотников из третьих стран по территории НАТО показывают, что грань между миром и войной уже неоднократно нарушалась. Но, как оказывается, не ко всем нарушениям НАТО относится одинаково. И почему-то это не вызывает должного беспокойства.
Ведь гарантия безопасности, если ее бесконечно растягивать в угоду политической целесообразности, перестает быть гарантией. И становится иллюзией.
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>