Было довольно много пожеланий больше рассказать о событиях Советско-польской войны 1920 года. Тема на самом деле крайне обширная, разматывать, как и прочие, буду «потихоньку».
И вновь продолжу описанием особенностей польской армии. Как известно, бывшие офицеры старой Русской армии стали как костяком Белого движения, так и военспецами РККА. В общем, и там и там играли важнейшие, хотя и несколько разные, роли.
Но вот в чём цимес: значительную (большую!) часть генералитета «Второй Речи Посполитой образца 1920 года» составляли... бывшие офицеры Русской армии. Тоже.
У нас вообще часто забывают о том, что десятки тысяч (!) офицеров старой армии пошли (не всегда по своей воле и не всегда руководствуясь этническим происхождением) не к белым господам или красным товарищам, а к финнам, эстонцам, петлюровцам-гетманцам, грузинам. И да, к полякам.
На картах появляется Польша.
После окончания Первой мировой войны политическая карта Европы изменилась, местами — до неузнаваемости.
На месте исчезнувших империй возникли новые государства, которым предстояло создавать собственные вооруженные силы практически с нуля.
Одной из таких стран стала Польша, восстановившая независимость в 1918 году после более чем столетнего «раздельного существования». В составе России, Германии и Австро-Венгрии.
Однако вместе с государственностью перед Варшавой возникла непростая задача: сформировать национальную армию.
Парадокс заключался в том, что костяк польского офицерского корпуса составили офицеры, которые ещё совсем недавно служили в армиях государств, разделивших Польшу между собой.
В результате польская армия превратилась в уникальное военное образование, где соседствовали представители различных военных школ, традиций и даже вчерашние противники на фронтах Мировой войны.
Польский офицерский корпус без единой школы.
К осени 1919 года польская армия насчитывала свыше 11 тысяч офицеров, из которых около четырех тысяч находились непосредственно в боевых частях. Однако за этими цифрами скрывалась весьма сложная структура.
Командный состав формировался из выходцев сразу нескольких армий — русской, австро-венгерской, германской, а также из участников польских частей Антанты («Голубая армия»).
Количественно лидировали бывшие офицеры австро-венгерской армии. Их доля достигала 38,2 % офицерского корпуса. Выходцы из Российской империи занимали почётное второе место — 26,9 %. Еще 17,7 % составляли ветераны польских легионов, а около 5,3 % приходилось на бывших офицеров германской армии. В общем, кого только не было.
Подобная структура создавала серьезные трудности. Каждый офицер приносил с собой собственный опыт, привычки и представления о военном деле.
Одни воспитывались на традициях русского Генерального штаба, другие — на австрийской штабной культуре, третьи — на германской системе подготовки, четвёртые впитали французские порядки.
Фактически польская армия представляла из себя своеобразный сплав нескольких военных школ. Между которыми шла настоящая конкуренция.
Польский след в Российской империи.
Присутствие большого числа бывших офицеров Русской армии в польских частях не было случайностью. К началу XX века поляки занимали заметное место в вооруженных силах Российской империи.
По данным на 1917 год, в Русской армии насчитывалось аж 119 генералов польского происхождения и до двадцати тысяч офицеров-поляков.
Служба в императорской армии для многих представителей польской шляхты и интеллигенции являлась одним из основных жизненных путей.
Несмотря на сложные отношения между Петербургом и польскими землями (включая восстания), армия оставалась важным инструментом интеграции национальных элит в государственную систему Российской империи.
Разумеется, далеко не все офицеры польского происхождения после революции связали свою судьбу с независимой Польшей. Характерным примером является генерал-лейтенант А. И. Деникин, один из лидеров Белого движения в годы Гражданской войны в России.
Несмотря на польские корни по материнской линии, он оставался убежденным сторонником единой-неделимой России и не мог рассматриваться польским руководством как потенциальный союзник.
Хотя сам А. И. Деникин считал польские вооруженные силы союзными и стремился с ними создать общий фронт против РККА. Но в Варшаве мыслили совершенно иначе.
Можно вспомнить и о «красных примерах», начиная с К. К. Рокоссовского. И всё же многие поляки решили стать не белыми или красными, а «красно-белыми».
Почему именно «русские» поляки заняли верхние этажи командования.
Возможно, самой интересной особенностью польской армии стало то, что бывшие офицеры Российской империи оказались особенно востребованы на высших командных должностях.
К марту 1920 года в польских вооруженных силах служили 6204 офицера, ранее состоявшие в Русской армии или связанных с ней воинских формированиях. Среди них были 71 генерал, 200 полковников, 196 подполковников, 162 майора, 523 капитана, 1758 лейтенантов и 3294 подлейтенанта (А. В. Ганин. Офицерский корпус в годы Гражданской войны в России).
Особенно заметным было их присутствие в высшем командовании. Более 59 % польских генералов являлись... выходцами из Русской императорской армии!
Среди полковников их доля достигала 61,5 %, а среди подполковников — почти 45 %. Таким образом, несмотря на то что по общей численности «русские» уступали «австрийцам», именно они во многом определяли работу высшего военного руководства.
И здесь стоит отметить, что поляк в Российской империи «мог подняться очень высоко». В целом, условия для этого были лучше, чем в Австро-Венгрии и тем паче в Германской империи. Опять же, смотрим на количество российских генералов польского происхождения.
Русская армия обладала определённым опытом ведения масштабных войн (причём относительно маневренных и на той местности, где в немалой степени и Советско-польская будет происходить) и управления многомиллионными вооруженными силами.
Многие польские офицеры, служившие в ней, успели пройти серьезную штабную подготовку, получить опыт командования крупными соединениями и освоить работу в структурах Генерального штаба. Для молодой польской армии такие специалисты представляли особую ценность.
Тухачевский против Пилсудского?
И если мы посмотрим на военачальников, что противостояли РККА в 1920-м — там без шуток очень много серьёзных деятелей с богатым опытом (смотрите на описание фотографий ниже).
Ну просто все знают, что Советско-польская — это «война Пилсудского с Тухачевским». Но эти исторические фигуры в немалой степени известны «по политическим причинам», тогда как их полководческие таланты, скажем так, небесспорны.
Как в РККА имелись «малоизвестные спецы», порой делавшие 90% штабной-организаторской работы за бравых «отцов-командиров» (белое движение — аналогично кстати), так и у поляков — схожая история. На «русских» поляков-генералов там смотрели скорее с недоверием, но как толковых спецов — охотно использовали.
А ведь польские вооружённые силы тогда ещё и французских военных советников слушались (в отличие от периода 1930-х годов).
Разумеется, политическое лидерство было у Юзефа Пилсудского и его сторонников, каковые в массе своей не служили в Русской армии, чаще воевали против неё. Но большая часть генералитета, полковников и т.д. на 1920 год — это «бывшие офицеры Русской армии».
Быстрая смена поколений. Или что общего у польской армии с РККА?
Как известно, многие «спецы» в РККА были уволены-сокращены в 1920-е годы уже. Но вот у поляков — в целом аналогичная история с бывшими «российскими офицерами».
Их после 1920-го начали потихоньку вытеснять из армии (в общем-то схожие процессы были в Финляндии, странах Балтики).
Уже к сентябрю 1920 года позиции «бывших из России» начали заметно ослабевать. В генералитете они по-прежнему оставались крупнейшей группой, но их доля сократилась до 43,7 %. Среди полковников она снизилась до 36,4 %, среди подполковников — до 33,2 %, а среди майоров опустилась ниже 24 %.
Причин было несколько. Во-первых, часть старших офицеров покидала службу по возрасту или состоянию здоровья. Во-вторых, стремительно росла численность командиров, пришедших из польских легионов и бывшей австро-венгерской армии. Именно они постепенно занимали освободившиеся должности и в целом стали «приоритетом».
Фактически в течение нескольких лет польская армия пережила значительную кадровую трансформацию.
Если в первые годы независимости ключевую роль играли профессионалы, получившие образование и опыт в имперских армиях, то затем на первый план стали выходить офицеры-легионеры, чья карьера была тесно связана уже с собственно польскими военными структурами. Лояльность Пилсудскому и «пилсудчикам» безусловно играла важнейшую роль в мирное время.
Империи исчезают, государства возникают заново, а подготовленные кадры продолжают играть ключевую роль в формировании новых армий (к гражданским институтам тоже относится).
И в общем-то в кадровом плане польские вооружённые силы образца 1939-го были слабее «новорожденной» армии 1920-го.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!