Ветер дул ровный, сильный и попутный, небо блестело прозрачной голубизной... но викинги так мрачно поглядывали на горизонт, что Ательстану стало не по себе. И не ему одному.
— Хельги? — Мьëлль требовательно посмотрела на брата, что-то старательно выискивающего глазами вдалеке.
— Вроде — темнеет вон там что-то... — с неприкрытым сомнением протянул Скьëльд, указывая вперëд и направо.
Валькирия изо всех сил напрягла зрение, но ничего не разглядела.
***
К вечеру Торгейр велел убрать парус, мачту — и сесть на вëсла.
Надо — так надо, согласились хирдманны, которым горизонт тоже не давал покоя.
Нервозность северян передалась и их пленникам. Увы, повлиять они ни на что не могли — только молиться и надеяться.
***
Шторм налетел внезапно. После заката, когда уже смеркалось, и невозможно было разглядеть, что это там, вдалеке, чернеет.
Благо — по приказу Сигвальдссона все, и хирдманны, и рабы, привязались к кораблю прочными верëвками.
— Держитесь!!! — рявкнул с кормы Халльгрим — и в тот же миг шквал превратил тëмную воду в кипящий белëсой пеной котëл.
«Вот откуда легенды про Эгира взялись!..» — Мьëлль изо всех сил вцепилась в тяжеленное весло рядом с Бьëрном, ибо лишними сейчас никакие руки не будут.
Толстая мокрая деревяха так и норовила вывернуться из рук и треснуть по лбу или в подбородок. Волны, ледяные и солëные, перехлëстывали через борта, всё пытаясь вцепиться в драккар и утащить его в мрачные глубины Северного моря.
Рабы едва успевали отчерпывать воду, с трудом разгибаясь в тесноте под палубой. Те, кто пока не был занят, сбились в кучку и нестройно молились. Их блеяние заглушал ровный бас жреца Ульвстейна.
«Чëрный Змей» провалился в очередную яму — и у Валькирии снова ëкнуло сердце. Водяная гора, воздвигшаяся перед драккаром, готова была на него обрушиться... Но Халльгрим довернул правИло — и волна только с силой хлобыстнула по борту, отшвырнув корабль на гребень своей товарки. «Змей» качнулся — и плавно стëк вниз, одновременно забирая левее, чтобы не сорваться в новую яму.
***
Ательстану казалось: если не вот это мгновение — то уж следующее точно станет для него последним. Он промëрз до костей, не чувствовал ни рук, ни ног, охрип и в довершение, похоже, ослеп и оглох... А, нет, это просто в лицо опять ледяной солью плеснуло.
Послушник кое-как проморгался, неловко утëрся задеревеневшей рукой (в насквозь промокшей рубахе, ага) — и с ужасом, перехватившим дыхание, увидел, как один из норманнов, совсем рядом с ним, выпустил из рук весло. Его приятель, вынужденный теперь бороться с этим адом в одиночку, сбился с ритма и — самое худшее! — вот-вот зацепил бы весло кого-нибудь из своих товарищей спереди или сзади.
Ательстан невероятным усилием поднялся на ноги и, не разгибаясь, перебрался через кого-то, бьющегося в истерике, упал на четвереньки, снова встал — и из последних сил повис на мокром скользком... по ощущениям — бревне, не позволяя ему уйти вбок.
— Тяни-и!! — крикнул северянин, подаваясь назад.
Послушник качнулся, едва не упал — но весло в руках удержал, не иначе, как чудом.
— Тяни-и!
Какое «тяни»?! Ноги скользят по палубе — не удержаться! И как только эти северяне...
Деревяха таки вывернулась из слабых рук, чувствительно саданув по щеке. Ательстан упрямо потянулся к ней — удержать — но сильная рука отпихнула его в сторону.
Послушник мешком повалился на мокрые доски.
***
Вообще-то жрец Ульвстейн запретил Хамару грести, крепко подозревая, что левая рука у словенина не ушиблена, а сломана, хоть и не сильно. Торгейр монаха поддержал, но когда на драккары обрушился шторм, Вышеслав самонадеянно решил, что шуйца у него не так уж и болит... и уж, поди, зажила — за несколько дней-то!..
За что и поплатился.
Короткий, очень знакомый, резкий хруст, от которого внутри что-то неприятно дëрнулось — и весло как-то само вырвалось из мгновенно онемевших пальцев. Следом пришла боль — но она была ерундой по сравнению с мыслью о том, что он, Славко, всех подвëл: Рейди один в такой шторм не выгребет.
***
Яромир громко выругался и изо всех сил вцепился в ставшую вдруг неимоверно тяжëлой и непослушной сосну шагов в семь длиной. В хорошую погоду он бы запросто продолжил грести, даже и не заметив отсутствия друга. Но сейчас, когда в лопасть, кажется, морские тролли вцепились, как собаки в мосол, Рейди ощутил себя маленьким и слабым — тем отроком, которого Сигвальдссон только-только принял в хирд.
Неожиданно весло стало дëргаться чуть меньше. Яромир кинул быстрый взгяд налево — и обнаружил нежданного помощника: того парня из последнего монастыря, который, по рассказам, не дал сбежать тамошнему главному жрецу.
Толку с этой помощи, увы, было немного. Но вдвоëм они хоть весло не упустили и остальных с ритма не сбили. А затем...
В тот самый момент, как парень ожидаемо разжал пальцы, деревяху, вновь ставшую тяжëлой и непослушной, перехватил сам Торгейр.
Рейди мигом подобрался. Негоже перед хëвдингом свою немощь показывать! Сигвальдссон, впрочем, и не собирался парня ни в чëм винить. А вот Хамару достанется... потом, когда всё это закончится.
***
Шторм, к счастью, к утру прекратился. К ещё большему счастью «Змей» и «Вепрь» сумели удержаться в пределах видимости, не пришлось искать друг друга.
Убедившись, что серьëзно никто не пострадал (несколько захлебнувшихся и свернувших себе шеи рабов не в счëт), Торгейр дал отмашку: всем, кроме часовых, отдыхать. А там, глядишь, тучи разойдутся — тогда и будем разбираться, где да куда.
Разборку словенину «какого ...??!!» отец Вульфстан учинил немедленно — пока, при свете нещадно чадящей плошки с жиром, вправлял непутëвому «герою» напрочь переломанную кость и упаковывал её в лубок, благо тонких деревянных плашек для этой цели у него было припасено в достатке.
***
— Тебе жрец Ульвстейн говорил?
— Говорил, — Славко опустил голову и поморщился то ли от боли, то ли от своей неправоты. — Я думал...
— Чем ты думал? — голос хëвдинг не повышал, но Хамар всё равно ссутулился. — А если б не удержали они весло?!
Вышеслав промолчал — оправдываться было нечем.
Сигвальдссон тоже не спешил оглашать приговор чересчур самонадеянному хирдманну.
— Будешь ходить под рукой Валькирии, — постановил наконец Торгейр. — Может, хоть она тебя научит...
Мьëлль про себя выругалась. Только штрафбатом она не командовала! Да и вообще... если этот умник ещё что-то вытворит — отвечать ей теперь! Не мог, что ли, хëвдинг его по-другому какак-нибудь наказать?! Оштрафовать, хотя бы?
Хамара его участь совершенно не огорчила. Особой разницы, кому подчиняться — Хродгейру или Валькирии — он не видел. Для него и тот, и другая были добрыми воинами и надëжными друзьями. А ещё — и это главное! — удачливыми воинами.
— Теперь ты, парень, — Торгейр перевëл взгляд на послушника. — Как зовут?
— Ат-т... Ательстан...
— Адальстейн, — немедленно переиначил северянин благородное имя на свой варварский лад. — Отныне ты свободен и волен уйти, когда до Бирки доберëмся — или с нами остаться.
Послушник ошалело заморгал и уже открыл было рот, чтобы сказать, что уйдëт..
«А куда идти-то? Земля родная далеко уже. А в чужедальней стороне одному... Глазом моргнуть не успеешь, как схватят и обратно в рабство определят!»
— Думай пока, — Сигвальдссон развернулся и пошëл на корму, к Халльгриму, рассматривавшему так и не прояснившееся небо через «солнечный камень».
***
— ...Так у них заведено, — отец Вульфстан довольно сощурился. — Кто за весло хоть раз взялся — тот больше не раб.
— Ого-о!! — Ательстан округлил глаза. — А это, получается, любого можно так освободить?!
— Любого, — почему-то со вздохом подтвердил монах. — Только... надо ли?
Послушник изумлëнно открыл рот. Как это — «надо ли»??!!
— Некоторым людям свобода очень уж голову кружит, — толстяк внимательно посмотрел на аббата Кутреда. — Так что лучше бы им не иметь ни свободы, ни власти.
Ательстан тоже глянул на бывшего настоятеля — куда только спесь вместе с самоуверенностью подевались? — и согласился с отцом Вульфстаном.
— И мой тебе совет, — толстяк несильно хлопнул парня по спине. — Не вмешивайся в промысел Господень и... не уходи от Торгейра.
— Да-а... Я и не собирался, — признался Ательстан с лëгким смущением.
— Вот и правильно! — обрадовался монах. — С этими язычниками не пропадëшь.
Ох-х... Хорошо бы, если б так!
***
Бирка, куда добрались через несколько дней, бывшего послушника удивила и напугала. Столько народу разом в одном месте он ещё не видел. И все шумят, толпятся, снуют туда-сюда... дерутся...
«Я бы здесь один точно пропал...» — Ательстан шарахнулся от надменного... явно — воина, разодетого до того ярко и пëстро, что в глазах зарябило.
Мьëлль, Рейди, Хамар и Бьëрн проводили разноцветного задумчиво-облизывающимися взглядами — на шее у него блестела золотая цепь, а на руках посверкивали драгоценными камнями браслеты и перстни. И дело вовсе не в пустых кошелях — они-то как раз полнëхоньки! Просто золота и серебра много не бывает.
***
Почти всех рабов после обстоятельного торга приобрëл у Сигвальдссона купец из Миклагарда (отец Вульфстан объяснил потом, что так северяне прозвали Константинополь — язычники, что с них взять?). А вот аббата Кутреда и ещё двоих самых паскудных «святых» братьев забрал человек из жарких земель, где молятся тоже единому Богу, только называют его Аллахом. Как просветил Ательстана всё тот же разбойничий монах, этих троих ожидала крайне неприятная процедура, после которой многие не выживают, а те, кому «повезло», навсегда перестают быть мужчинами.
Есть Бог на свете!!
***
А потом снова было море. И снова — шторм!
«Ох... Зачем только я с ними... У-у, да когда же этот ад закончится, Господи?!».
На самом деле, в этот раз обошлись совсем лëгким испугом. Хотя поболтало знатно. И унесло куда-то... совсем далеко.
***
Разлепив поутру глаза и обнаружив вокруг серые тучи над серой водой — так низко, что, кажется, дотронуться можно... если на мачту взобраться — Ательстан впал во грех уныния. От коего был через некоторое время излечëн подзатыльником отца Вульфстана и короткой проповедью: «Выше нос, парень! И не из такого дерь... прости, Господи!.. выбирались! Прорвëмся!».
Ну да, ему-то легко говорить.
***
Халльгрим достал «солнечный камень» — и без раздумий протянул его Мьëлль. Та взяла — привычно, не в первый раз уже — и навела мутно-белую пластину сначала на горизонт, потом чуть выше... правее... левее...
— Там! — уверенно ткнула она пальцем в сторону «Вепря», покачивающегося на волнах у правого борта «Змея».
Кормчий перепроверил — и с одобрительной усмешкой хлопнул Валькирию по плечу.
Ну, где дом — определились. Теперь добраться до него осталось.
И как бы в очередную бурю при этом не влететь! Даже Майя видела чëрную полосу у горизонта — как раз там, куда им нужно повернуть.
Торгейр нахмурился и огляделся по сторонам.
Несколько чаек с громкими криками пролетели мимо, направляясь... Мьëлль прикинула стороны света... получается — на северо-запад. Следом за птицами в ту же сторону проплыла вереница тюленей.
Намëк — толще и яснее некуда.
— Ставьте парус!
Валькирия привычно отскочила подальше, чтобы не мешаться, и чуть не столкнулась с Ательстаном, завороженно уставившимся на что-то за бортом.
Ну? Опять тюлени! И моржи рядом. Не видел, что ли, никогда?
Признаться, Мьëлль и сама клыкастых гигантов не по три раза на дню встречала. Но всё же чаще, чем бывший послушник — наверняка проведший в монастыре всю свою жизнь или бóльшую её часть.
***
Когда солнце перевалило за полдень, ветер усилился. Чëрная полоса за кормой росла и ширилась.
Но впереди уже был виден неведомый берег... с довольно уютной бухтой вон там, правее.
— Убрать парус! Вëсла на воду!
Примечания:
Эгир — великан (морской), но не такой зловредный, как его сухопутные родственнички-йотуны. Время от времени «заваривает» в своём волшебном котле бури, чтобы потопить корабль-другой и пригрести себе неправедно нажитое викингами добро. Эгира и его супругу Ран особо почитали норвежцы.
Шуйца — левая рука. Десница — правая.
Шаг — около 70см.
Солнечный камень — исландский шпат (распростанённый не только в Исландии, в России тоже имеется), благодаря своим поляризационным свойствам способный улавливать солнечный свет даже через очень плотные тучи.
Внимание! Все текстовые материалы канала «Helgi Skjöld и его истории» являются объектом авторского права. Копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем ЗАПРЕЩЕНО. Коммерческое использование запрещено.
Не забывайте поставить лайк! Ну, и подписаться неплохо бы.
Желающие поддержать вдохновение автора могут закинуть, сколько не жалко, вот сюда:
2202 2056 4123 0385 (Сбер)