Бал. К матери семейства подходит распорядитель танцев и негромко произносит: «Позвольте представить вам корнета такого-то». И в эту секунду в материнской голове щёлкает невидимый калькулятор. Корнет – это кто вообще? Выше он того поручика, что уже занесён в бальную книжку дочери, или ниже? Стоит ли вообще тратить на этого юношу вечер дочери?
А вот при слове «кавалергард» та же маменька оживилась бы так, будто речь идёт уже не о женихе, а о выигрыше в лотерею. Почему? Сейчас разберёмся.
Мы сегодня живём без этой системы координат. А ведь весь XIX век русское общество читало человека по одному слову при знакомстве. Чин говорил всё сразу: и про деньги, и про происхождение, и про то, в какой гостиной этого юношу будут принимать, а куда его и на порог не пустят. Давайте разложим по полочкам трёх героев из заголовка. И заодно поймём, почему один из них был мечтой любой матери, а другой – честным работягой в мундире.
Почему барышня даже не знакомилась первой
Прежде чем считать звёздочки на погонах, стоит понять одну вещь про сам момент знакомства. Он был обставлен строгим ритуалом.
На обычном балу нельзя было приглашать на танец незнакомых. Сначала требовалось, чтобы кавалера кто-то представил, и брал на себя это посредник: хозяин дома, распорядитель танцев или общий знакомый. Причём представляли молодого человека не самой барышне, а её матери. Или тётке, компаньонке, любой сопровождающей даме. Девушка стояла рядом, но формально знакомились со старшей. И именно мать своим кивком давала негласное разрешение на разговор и на танец.
А выбор танца был отдельным сообщением. Пригласить на кадриль – одно. А вот мазурка и котильон считались особыми: котильон порой тянулся час-полтора, мазурка давала много времени на беседу. Позвать барышню на мазурку означало проявить вполне явный интерес, и мать прекрасно это считывала. Недаром у Пушкина томит героиню «бесконечный котильон».
Так что весь этот ритуал был не просто данью приличиям. Это был язык, на котором все всё понимали без лишних слов. И первое слово в этом языке – чин.
Откуда вообще взялись все эти чины
Началось всё с Петра I. В 1722 году он ввёл «Табель о рангах» – документ, который выстроил всех служащих людей в одну лестницу из 14 ступеней. Четырнадцатый класс самый младший, первый самый высший. И военные, и чиновники, и придворные стояли на этой лестнице, и каждый точно знал, кто кому кланяется первым.
Хитрость была в том, что военные чины ценились выше гражданских того же класса. А внутри армии действовало ещё одно правило, без которого нашу троицу не понять: чин в гвардии считался старше армейского. До 1884 года разница составляла целых два класса, после – один. Проще говоря, гвардейский офицер при переходе в обычную армию получал звание на пару ступенек выше. Гвардейский прапорщик становился армейским поручиком. Запомните это, дальше пригодится.
И вот тут самое важное для нашего разговора. Корнет и поручик – это чины, конкретные ступеньки на лестнице. А кавалергард не чин вовсе. Но об этом чуть позже.
Корнет: самый юный из офицеров
Корнет это первый офицерский чин в кавалерии. Самая нижняя командирская ступенька для того, кто служит в конных войсках. Корнет носил на погоне одну звёздочку. Одну единственную.
По возрасту это чаще всего вчерашний юнкер, мальчишка лет восемнадцати-двадцати, только что выпущенный из военного училища. Горящие глаза, новенький мундир, ни одного сражения за плечами. Само слово пришло из французского и немецкого языков и когда-то означало знаменосца того, кто в бою держал штандарт эскадрона. Должность для молодого и отважного.
Так что если барышне представили корнета, перед ней почти наверняка очень молодой человек в самом начале пути. Чин невысокий, опыта мало, жалованье скромное. Но! Если этот корнет служит в гвардии, всё меняется. Гвардейский корнет благодаря той самой двухклассовой форе стоил куда больше армейского. И происхождение у него, скорее всего, было самое благородное.
Поручик: рабочая лошадка офицерского корпуса
Поручик старше корнета. В кавалерии это второй офицерский чин снизу (в пехоте ему предшествовал бы ещё подпоручик). На погоне у поручика красовались три звёздочки. По нынешним меркам что-то вроде старшего лейтенанта.
Само название говорит о сути: поручику можно поручить. Это офицер, которому уже доверяют, который успел послужить, набраться опыта, способен командовать самостоятельно. Не зелёный юнец, а человек при деле. В армейской пехоте поручик относился к двенадцатому классу Табели, в артиллерии и инженерных войсках – к десятому (там грамотность и расчёты ценились выше), а в гвардии и вовсе к девятому. Снова видим, как гвардия тянет своих вверх.
Получается любопытная картина. Армейский поручик по чину выше армейского корнета, это бесспорно. Но гвардейский корнет за счёт форы мог оказаться с ним вровень или даже обойти простого армейского поручика по реальному положению. Вот почему услышать один лишь чин было мало. Светская маменька всегда уточняла: а в каком полку служит молодой человек?
Кавалергард: а это вообще не чин
И вот мы подошли к самому интересному. Кавалергард – это не ступенька на лестнице. Это принадлежность к совершенно особенному полку, Кавалергардскому.
Само слово восходит к французскому «chevalier garde», то есть «конная стража», «конная охрана». Так называли тяжёлую гвардейскую кавалерию, чьей почётной обязанностью была охрана императора. Именно кавалергарды с обнажёнными палашами стояли у трона во время коронации. При Николае I они фактически сделались телохранителями членов царской семьи. Высокие статные красавцы в белоснежных колетах и сияющих кирасах – олицетворение блеска империи.
В этом полку служили те же корнеты, поручики, ротмистры – обычные кавалерийские чины. Но служили они не где-нибудь, а в элите элит. И вот тут начинается то, ради чего матери всех барышень держали ушки на макушке.
Так кто же завиднее жених
Теперь сложим всё вместе, и ответ станет почти очевиден.
Если выбирать чисто по чину, поручик старше корнета. Опытнее, выше по положению, три звёздочки против одной. Казалось бы, вот он, лучший вариант.
Но свет смотрел не только на звёздочки. Он смотрел на полк. И тут кавалергард бил всех на голову, даже будучи всего лишь молоденьким корнетом.
- Во-первых, происхождение. Поначалу в кавалергарды брали только знатнейших дворян. Со временем эта привилегия смягчилась, но дух остался: случайный человек в полк не попадал.
- Во-вторых, и это очень показательно, служба в таком полку стоила огромных денег. Историки приводят красноречивые цифры: к началу XX века офицеру-кавалергарду приходилось тратить, помимо жалованья, не меньше 250 рублей собственных средств в месяц. И это ещё считалось умеренным по гвардейским меркам, ведь в некоторых полках планка доходила до 500 рублей. Дорогая форма, лошади, обязательный светский образ жизни – всё это мог позволить себе только по-настоящему состоятельный человек. Само наличие кавалергардского мундира служило негласной гарантией: за этим женихом стоит капитал.
- В-третьих, близость ко двору. Кавалергард – это человек, которого видит сам император. Связи, перспективы, балы в высшем свете – всё прилагалось к мундиру почти автоматически.
Вот и считайте. Поручик завиднее корнета, если оба из обычной армии. Но молоденький кавалергардский корнет почти всегда был желаннее армейского поручика. Богатство, родовитость, блеск, доступ ко двору перевешивали лишние две звёздочки на погоне. Маменька, услышав слово «кавалергард», не зря оживлялась. Она слышала не чин. За этим словом ей виделись разом и деньги, и фамилия, и положение.
А как поступили бы вы: слушали сердце или согласились с трезвым расчётом маменьки?