— Апокалипсис? — спросила я. — Циклон, — сказал таксист. И мы поехали в Варадеро... Индиговое небо, бирюзовое море, немного рома… Хемингуэя это привело к Пулитцеровской премии, меня — к примирению с островом. Про Кубу я долго думала. Ну только ленивый за всю мою жизнь не потряс передо мной маракасами. Меня же останавливала не столько дальность перелёта, отсутствие привычного сервиса и как воздух нужного интернета, последний, к слову, оказался лучше, чем в Доминикане, а скорее сочувствие людям, вынужденным жить в условиях победившего коммунизма. Ну, знаете, детская травма. Но всему своё время: и любить, и ненавидеть, и на Остров Свободы посмотреть. И время, как у меня в последние годы водится, досталось уникальное. Отели закрывались, рейсы отменялись, родственники заламывали руки, а у меня была весомая причина не отказываться от задуманного: если уж здесь и случится судьбоносное событие, то я буду в партере этого театра. Путешествие я бронировала давно, ещё до того, как один эксцентр