Мы привыкли к нему с детства: лихой наездник с пушистыми усами, обнажённой шашкой и неизменным «Айда!». Образ, созданный актёром Борисом Бабочкиным, настолько прочно врос в народное сознание, что его имя стало нарицательным. Но за экранной легендой скрывался совершенно другой человек — с другой биографией, другими привычками и, что самое удивительное, с другой фамилией.
Гавриловы из Будайки
Всё начиналось довольно прозаично. Будущий комдив родился 9 февраля (по новому стилю) 1887 года в чувашской деревне Будайка под Чебоксарами в беднейшей крестьянской семье. Дед будущего комдива — Степан Гаврилович — носил обычную фамилию Гаврилов. Крестьяне в ту пору часто довольствовались отчествами вместо фамилий, и это была одна из самых распространённых.
Но именно этот Степан Гаврилович положил начало той самой фамилии, которая прогремит на всю страну. Случилось это благодаря одному-единственному слову.
«Чепай!»: как прокричали фамилию
Самая правдоподобная версия происхождения неожиданного прозвища связана с работой на сплаве леса. В 1882 или 1883 году Степан Гаврилович с товарищами подрядился грузить брёвна. Он был в артели старшим и постоянно выкрикивал: «Чепай, чепай!». В переводе с чувашского или мордовского это означало простое — «цепляй, бери, подхватывай».
Бригадир-крикун пришёлся ко двору. Кличка «Чепай» приросла к нему намертво. А вслед за этим — по традициям той поры — и к его потомкам. Сначала это стало деревенским прозвищем, а позже, в 1867 году, превратилось в официальную фамилию. Так Гавриловы стали Чепаевыми. В 1887 году именно под этой фамилией в метрической книге и записали новорожденного Василия Чепаева.
«Чепаев» или «Чапаев»?
Дальше начинается самое запутанное. Сам Василий Иванович подписывался по-разному. В одних архивных документах он значится как Чепаев (через «Е»), в других — как Чапаев (через «А»). Чёткого единого написания в то время не существовало, и этим пользовались все кому не лень.
Но окончательную точку в этом споре поставил литератор. Комиссар, назначенный к Чапаеву в дивизию, носил самую обычную фамилию — Фурман (дословно, с немецкого — «извозчик»). Однако, когда в 1923 году он сел писать роман о погибшем комдиве, то посчитал, что фамилия Фурман звучит как-то... негероически. Так на свет появился Дмитрий Фурманов.
С фамилией главного героя он поступил по тому же принципу. «Чепаев» показалось ему недостаточно художественным. Переставив одну единственную букву — «Е» на «А», он навсегда перекроил историю. Так «Чепаев» превратился в народного «Чапаева». Фурманов попросту боялся, что если использовать настоящие имена, его обвинят в клевете.
Кем он был на самом деле?
Но Фурманов исказил не только фамилию. Вопреки расхожему мифу о неграмотном партизане, настоящий Чапаев был полным Георгиевским кавалером — имел три Георгиевских креста за храбрость, проявленную в Первую мировую войну. В 1918 году он без колебаний поступил в Академию Генштаба, где спорил с профессорами о тактике и знал наизусть «Манифест» Маркса и Энгельса.
Кстати, коней он предпочитал не скакать на «Стрежне». Из-за старого ранения в бедро пришлось пересаживаться на автомобиль — «Форд», который он сам же и чинил.
Фурманов, к слову, его ненавидел. Комиссар быстро смекнул: если высмеять погибшего командира в книге как самодура, который не мог командовать без комиссара, — это принесёт дивиденды. Так и получилось: роман сделал Фурманова знаменитым, а слава реального Чапаева оказалась навсегда привязана к экранному образу.
Заключение
В архивах сохранилось множество документов, где сам герой Гражданской войны подписывался «Чепаев». Но миллионы зрителей, вышедших из кинотеатров в 1934 году, уже не могли представить его иначе. Так и остался этот усатый балагур с неизменной шашкой — Чапаевым. И хотя настоящая фамилия была совсем другой, суть от этого не меняется. Он — герой. И кличка его бригадира-дела навсегда осталась в истории под той буквой, с которой её написал обиженный комиссар.
Если вам захочется узнать и о других неожиданных поворотах судьбы героев той далёкой войны, я всегда готов поделиться новыми историческими загадками.