Вчера обязательной программой было посещение Царского села. Подъехали друзья составить нам компанию. Под вечер мы забрели в скверик с памятником Александру Сергеевичу. К тому самому, где он сидит на скамейке, задумчиво подперев голову рукой.
На выходе нас окликнул пожилой человек. Это был странного вида дяденька, очень скромно одетый, немного меланхоличный и взволнованный. Дяденька представился поэтом и предложил приобрести его книги.
Мы увидели на скамейке брошюры: самиздат из листов А4, согнутых пополам и собранных вместе скрепкой. Книгами это можно было назвать с большой натяжкой. Я проявил внимание к старику. Он же потянулся с радостью навстречу, стал декламировать свои стихи и нахваливать свое творчество.
Для себя я сразу же решил, что куплю его книжку. Цена вопроса - 300 рублей. Некоторое время мы пообщались. Я поблагодарил мужчину и вернулся к своей компании.
Что могу вам сказать за стихи пушкинского поэта? Они не плохие. Они очень плохие. Ну вот прям никакого шанса мне не дали, чтобы хоть как-то порадоваться таланту. И прошу вас меня понять правильно. Я был бы рад увидеть что-то стоящее. Но стихи оказались совсем беспомощными, в ряде мест даже безграмотными. Возможно, вы сталкивались с чем-то подобным. Жил-жил человек, работал всю жизнь завскладом или типа того, а потом вдруг ударился в поэзию. И вот что не праздник, этот автор обязательно сочинит стихотворение в честь виновника торжества. Ну а там и куча глагольных рифм, и лажа с выбивающимися из ритма слогами, и "любовь", рифмующаяся со словом "вновь".
Однако вчерашний поэт был особым случаем. Я увидел человека, полностью уверовавшего в себя, как поэта. Скажу точнее. Я увидел маленького человека, чьё достоинство полностью заточено на осознание себя значимым творцом. В этом есть элемент чудачества, даже в какой-то степени юродства. Я даже думаю, что люди, встречающие пушкинского поэта, чаще всего подыгрывают ему. И это делается не из жалости, а из желания подарить человеку радость.
В предисловии к книге упоминаются многие известные личности, отметившие творчество вчерашнего дяденьки. И потомки Пушкина забрали ее себе в коллекцию, и Жорес Алферов, и даже - внимание, барабанная дробь - Ринго Старр. Вы не ослышались. Мы с великим битлом теперь коллеги. Не только барабанщики, но и обладатели книжки дяденьки из Пушкина. Я, конечно, не знаю, насколько правдива информация на счет Ринго Старра. Звучит нелепо. Но в то же время и забавно.
В приобретенной мною книжке даже есть сочиненная десятая глава к "Евгению Онегину". Она тоже не выдерживает никакой критики. Но вот давайте представим. Встречу я однажды этого дяденьку. Он меня спросит: "Как вам мои стихи? Как моя десятая глава Онегина?"
И тогда мне придётся лгать.
Я скажу, что мне понравилось. И в моей маленькой лжи будет большая правда.
Всех приглашаю на свой канал в Телеграме: t.me/bikinigun
И в Мах